— Клянусь! — произнесла Къяра, и кольцо упало ей на ладонь.
— Ты неосмотрительна, радость моя, — Владетель употребил давно позабытое им обращение к дочери, — Подобными клятвами не разбрасываются.
— Я хочу мира и согласна на все.
— Ну что же, я долго ждал, вдруг ты одумаешься… но видимо напрасно, — Владетель нахмурился, — что же… ты не оставила мне выбора.
Он помолчал немного, затем продолжил, — Завтра я оглашу имя нового наследника, вместо тебя, а ты отправишься Владетельницей в восточный предел к киритам, которым я по их настоятельной просьбе дарую независимость, если они примут тебя в качестве Владетельницы.
Къяра взглянула на Владетеля, в ее больших темно-синих глазах читалось удивление, постепенно переходившее в отчаяние. Она медленно, не сводя глаз с Владетеля, опустилась на колени и чуть слышно прошептала:
— Это невозможно. Отец, пощади… Умоляю…
— Встань, дитя мое, встань. Для тебя ничего невозможного нет… Было бы желание, — Владетель недобро усмехнулся.
— Отец, они воины, они не подчинятся женщине… Для них это позор. Для них женщины лишь партнерши для совокупления, рожающие им детей и служанки, обустраивающие их быт. Женщина-Владетельница — это оскорбление, которое не потерпит ни один из них. Они выберут смерть такому правлению. Ведь даже ты до конца не смог их подчинить. А уж женщина и подавно… Пощади.
— Встань! То, что я сказал — это приказ, и он не обсуждается. Если, конечно, ты не изменишь свое первоначальное решение.
Къяра поднялась с колен.
— Ты посылаешь меня на верную смерть, — тихо произнесла она.
— Во-первых, ты еще можешь все изменить.
— Я решений не меняю, ты знаешь, — она грустно покачала головой.
— Ну, а во-вторых, — жестко продолжил Владетель, — если ты позволишь киритам убить себя, то значит, ты только того и стоишь… Значит ни я, ни Грег, ни Норлан ничего не сумели в тебя вложить, и тебе действительно нет места в этом мире. Это конечно печально, зато у меня появится повод уничтожить полностью весь род киритов. Так что худа без добра не бывает.
— Понятно… Одной стрелой сразу двух уток. И от дочери-отступницы избавляешься и от непокорных киритов. Это мерзко…
— А отказаться от престола, когда ты единственная наследница, когда именно ты, и только ты способна наследовать империю, это не мерзко? — вскричал Владетель. Его голос загрохотал, эхом несколько раз прокатившись по зале — Перечеркнуть все мои достижения, разбить все планы, ради своих идиотских моральных принципов, это не мерзко?
Он схватил Къяру за плечи, зло тряхнул, а потом, нависнув над ней, взглядом поймал ее взгляд. Взгляд отца был тяжелым, но Къяра выдержала его и не отвела глаза.
— Ты сильней меня, детка, — тон Владетеля стал более спокойным, но злости в нем не убавилось, — но я все рано заставлю тебя распроститься со всей этой твоей глупой моралью… или ты сдохнешь…
— Кроме как сдохнуть пока другого выхода не вижу, — Къяра положила свои руки, поверх рук отца и медленно сняла их со своих плеч, — я не буду заставлять киритов принять мое Владетельство силой и магией.
— Решать тебе. Не жалко себя, пожалей киритов… Ты же знаешь на что я способен в гневе, — лицо Владетеля скривила усмешка, он помолчал, потом подошел к трону и тяжело сел, опустив голову.
— Это все что ты хотел мне сказать? — попыталась завершить аудиенцию Къяра.
Она была удручена, не скрывала своего отчаяния, но отступиться от своего решения не хотела.
— Нет, — Владетель вновь поднял на нее тяжелый взгляд, весь его вид говорил о том, что он до последнего ждал, что Къяра изменит решение. — Перед отъездом ты обручишься.
— С киритом? — скривила губы Къяра.
— Нет. Твоим супругом станет Лиат.
Это было слишком. Къяра внутренне уже смирилась со своей смертью, но потащить за собой последнего двоюродного брата было явным перебором.
— Ему же лишь пятнадцать… — в голосе Къяры зазвенело отчаяние, — Отец, пощади хоть его… Тебе мало что ты заставил меня убить Геллара, ты хочешь чтобы я и его обрекла на верную смерть? Он ни в чем не виноват! Он не маг, не воин, он же еще ребенок!
— Я знаю, Лиат тебе не безразличен, и именно поэтому он станет твоим супругом. Может хоть ради него ты образумишься… К тому же в качестве супруга он идеален: красив, влюблен в тебя по уши, ты легко сможешь им управлять. Да и клятву принесет лишь он, а ты будешь свободна от обязательств. К тому же он давно не ребенок, в пятнадцать ты была уже и воином, и магом.
— Отец, ты жесток…
— Я знаю, радость моя, знаю… Но ты не оставила мне выбора. Иди.
Къяра склонила голову в прощальном поклоне и вышла.
Всю ночь Къяра гадала. Она смотрела на звезды и строила магические кривые. Проекций будущего было много, и все они были разные, и во всех звезды были добры к ней. Они сулили ей долгую жизнь, но Къяра не хотела им верить. Ни один их ответ ее не устраивал. Она не видела ни одного приемлемого для себя выхода из создавшейся ситуации, и то, что говорили звезды, ее не удовлетворяло. Она задавала вопросы, но впервые в жизни не получала тех ответов, которые ждала. Звезды как будто смеялись над ней. Наконец, Къяра не выдержала. Она достала магический шар и вызвала Грега.
Образ седовласого старика, возник из тумана.
— Что хочет жемчужина моего сердца? — с улыбкой спросил он.
— Прости, учитель, я знаю, что сейчас глубокая ночь. Но я нуждаюсь в твоем совете именно сейчас. Завтра может быть уже поздно… — Къяра грустно улыбнулась.
— Какая разница день или ночь… Ты так редко вспоминаешь о старике, что для меня твое обращение в любое время суток — праздник.
— Я боялась тревожить тебя…
— Да, ладно, — не оправдывайся, — улыбнулся старик, — лучше говори, в чем проблема.
— Отец решил дать киритам свободу, если они примут меня в качестве Владетельницы.
— Ну и в чем проблема?
— Кириты не примут, и отец их уничтожит, а заодно погибнет Лиат, которого отец вешает мне на шею в качестве супруга. И при всем этом звезды говорят, что я остаюсь жива…
— Я стал стар, звездочка моя. Я не понимаю в чем проблема, — образ колыхался в туманном облаке, но в определении выражения лица нельзя было ошибиться, старик лукаво улыбался.
— Грег, прекрати! — рассердилась Къяра, догадка как молния сверкнула у нее в мозгу, — Ты все понимаешь! Даже более того, теперь я уверена, что это ты натолкнул отца на эту «гениальную» идею.
— Ну не надо мне приписывать гениальность, которой нет, отрада моих очей. Твой отец давно уже не прислушивается к моим советам. Я действительно не понял в чем проблема. Тебя не устраивает то, что кириты могут не принять тебя Владетельницей или то, что они погибнут, если не признают? Или же то, что даже в этом случае ты останешься жива? Или то, что погибнет Лиат?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
