Поведя рукой, в которой тут же появился нож, она перерезала ремни, стягивающие руки Лиата. И тот со стоном повалился на пол.
Растирая Лиату затекшие руки, Къяра под обрывками ремней нашла то, что дало объяснение столь необычной реакции юноши на ее магию. На руке его чуть повыше локтя виднелся след браслета Вирты. Раскаленный браслет надели мальчику на руку, заставив перед этим произнести заклятье, причем ориентированное именно на нее. Этот обряд сделал Лиата невосприимчивым к ее магии, которая теперь вызывала невыносимую боль и только… Она поняла, зачем отец это сделал. Теперь она не сможет с помощью магии защитить Лиата от гнева киритов, не убив нападающих… Это была дополнительная страховка.
Къяра грустно вздохнула, теперь с помощью магии она исправить ничего не могла.
Они некоторое время сидели на полу, лицом друг к другу, Къяра нежно обнимала и ласково поглаживала по спине двоюродного брата. А потом встала, приготовила отвар, восстанавливающий силы и заживляющий раны, и дала ему выпить.
— Благодарю, госпожа, — произнес Лиат, беря кружку из ее рук.
— Перестань так ко мне обращаться. Ты всегда звал меня просто Къярой, — она раздраженно повела плечом.
— Не могу, я обещал дяде, что буду так обращаться к тебе, по крайней мере, до обручения.
— Даже так? Ну и что ты ему еще наобещал под пытками?
— Что буду тебе верным супругом и принесу клятву перед алтарем, а больше ничего.
— Ладно, но после обручения, уж будь добр, зови по имени.
— Как скажешь, госпожа, — Лиат улыбнулся.
Когда Маграт распахнул дверь, Къяра сидела на полу, а Лиат спал, положив ей голову на колени.
— Нам пора? — спросила она.
Владетель кивнул. Къяра, тихо потрепала за плечо спящего Лиата, — Просыпайся, пора.
Лиат открыл глаза и, увидев стоящего в дверях Владетеля, тут же вскочил. Мертвенная бледность залила его щеки, он судорожно сглотнул и потупил глаза.
— Можешь не бояться, отныне для тебя страшен гнев лишь твоей госпожи, — Маграт кивнул в сторону Къяры, — и ты не смотри, что она сейчас такая добрая, через пару лет одно ее имя будет нагонять страх на все близлежащие пределы… Поэтому будь послушен, а то потом возможная твоя вольность сыграет с тобой злую шутку.
— Отец, прекрати его запугивать! — Къяра медленно поднялась с пола. — Со своим мужем я уж как-нибудь сама разберусь.
— Конечно, разберешься, но предупредить я его был должен, — ехидная улыбка озарила лицо Владетеля, — а теперь пойдем, нас уже ждут, к церемонии все готово.
Обряд обручения прошел в дворцовом храме. Лиат принес клятву, которую приняла Къяра, и они обменялись кольцами.
Там же Владетель объявил, что отныне его наследником считается Артес — старший из его учеников, а Къяра отправляется Владетельницей к киритам, которым даруется независимость.
Все присутствующие были несколько шокированы указами Владетеля. Но старались вида не подать и лишних вопросов не задавать. Любой указ Владетеля не обсуждался. Артес тут же приосанился и с усмешкой взглянул на Къяру.
"Ну что, допрыгалась до изгнания? И поделом тебе. Нечего было спорить с Владетелем и разыгрывать из себя борца за справедливость", — явственно читалось в его взгляде.
Къяра потупила взор. Ей не хотелось, чтобы Артес смог прочесть в ее взгляде ту жалость, которую она к нему испытывала. Она подошла к Владетелю и склонила голову в прощальном поклоне перед ним. А затем вместе с Лиатом вышла из храма. Им надо было подготовиться к отъезду, путь предстоял неблизкий.
На рассвете Къяра с Лиатом покинули дворец и верхом на двух великолепных конях, подаренных Владетелем, направились в сторону восточного предела, во владения киритов. Конь Къяры был вороным иноходцем, как и бывший ее любимец — Бриз, и даже звали его так же.
От охраны и свиты Къяра отказалась, с собой у нее был лишь свиток с указом Владетеля. Выехали они налегке, так как любую необходимую вещь она могла создать с помощью магии.
Если бы Къяра была одна, то в восточный предел она легко переместилась бы с помощью магии, но теперь, будучи обременена невосприимчивым к магии супругом, ей пришлось довольствоваться хорошими скакунами, и рассчитывать, как минимум, на пять дней пути.
5
Предводитель киритов, конунг Раннег, высокий, мускулистый, мощный, рыжебородый и рыжеволосый, как все кириты, богатырь, сидел в центральной зале своего большого замка. Он вместе со своими военачальниками уже третий час к ряду праздновал удачное завершение очередного набега на торговый обоз. Столы стояли большим полукругом, все пирующие сидели лицом к парадным дверям и могли следить за тем, как время от времени, слуги вносят все новые и новые блюда, вина и закуски. Еды было вдоволь, вино текло рекой.
Раннег поднялся с кубком в руке, чтобы произнести хвалебные слова своим тысячникам и сотникам, но слова застряли у него в горле. Отшвырнув кубок, его рука непроизвольно схватилась за рукоять короткого меча, висевшего у него на поясе. Конунг заметил стройную черноволосую девушку-волшебницу, в роскошных одеждах, стоящую у стены, рядом с парадными дверями. Ее высокий магический статус выдавала великолепная золотая диадема, усыпанная драгоценностями. По правую руку, чуть позади девушки, стоял высокий молоденький паренек в не менее богатых одеждах. По их позам казалось, что стоят здесь они уже давно и ждут когда же на них, наконец, обратят внимание. Раннег не заметил, как вошли незваные гости. При этом он не ощутил магических чар, которые могли бы объяснить их столь внезапное появление. Это насторожило и даже испугало его.
— Кто ты? — хриплым голосом спросил он, обращаясь к чародейке. Меч он уже вытащил из ножен и держал обнаженным, готовый немедленно пустить его в ход. Все присутствующие повернулись к нежданным гостям и тоже схватились за мечи.
— Я обещаю тебе, мечом ты воспользоваться успеешь. Если бы я хотела прибегнуть к магии, сделала бы это уже давно, поэтому вложи меч в ножны и людям своим прикажи.
Голос незнакомки был тих, но чувствовалась в нем такая сила и уверенность, что конунг выполнил требование, и его меч с лязгом вновь вошел в ножны. Потом он махнул рукой соратникам, и те тоже убрали оружие.
— Так кто же ты все-таки?
— Я Къяра, дочь твоего Владетеля.
На последних словах Раннег поморщился, было заметно, что это слово режет ему слух. Однако оспаривать титул он не стал.
— Я тебя не звал. Зачем пришла?
— С недоброй вестью я пришла конунг.
Рука Раннега снова схватилась за рукоять меча.
— Успеешь ты воспользоваться мечом, конунг… я же пообещала тебе… или ты не веришь мне? — губы Къяры слегка тронула усмешка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
