— Да, не за что… по большому счету я сама истосковалась по семейным взаимоотношениям… — Къяра улыбнулась и села на кровати, — поэтому, когда почувствовала, что ты пришел, лежала и мечтала, что ты подойдешь и разбудишь поцелуем… А когда так и случилось, сыграл инстинкт самосохранения… Ты ведь это проверить пришел?
— И это тоже… Получилось у тебя замечательно, и я рад, что твои инстинкты опережают твой разум… и Грег, и Норлан на славу потрудились.
— Так ведь именно на это у вас и расчет, как я поняла… Как только кто-то из киритов попробует хоть что-то предпринять против меня, мое тело и моя магия решат все раньше, чем сможет вмешаться мое сознание… а потом уже вступишь в игру ты, но за моей спиной.
— Къяра, девочка, откажись… — Маграт сел на кровать рядом с дочерью, обнял ее за плечи и прижал к себе ее голову.
— Я знаю, что был всегда очень жесток с тобой, и у тебя совсем не было детства, по которому ты так тоскуешь, — продолжил он, кивнув в сторону цветов и бегающих зверюшек, — но ты родилась моей наследницей и это твое предназначение и твоя судьба! У тебя нет иной цели. Та дорога, что ты сейчас выбираешь, она туда же, но она более длинна, терниста и трудна…
Къяра потерлась головой о щеку отца. Ласка, которой он одаривал ее сейчас, была столь долгожданной, что она не могла противостоять искушению продлить ее.
— Я знаю, отец… Вчера я прочла это по звездам… Ты действительно не оставил мне ни единого шанса… и звезды говорят, что ты получишь то, что желаешь, но не сейчас… Сейчас я не соответствую титулу твоей наследницы и ты знаешь почему…
— Глупости! Империей невозможно управлять, не будучи деспотом и тираном, — Маграт выпустил дочь из объятий и, устремив на нее тяжелый, холодный взгляд, медленно поднялся.
— Возможно это и так… — Къяра тоже встала с кровати. Ее легкая кружевная накидка, не прятала ее достоинств: высокой груди, тонкой талии и крепких бедер, а лишь подчеркивала идеальность фигуры, своей обладательницы.
— Ты прекрасна, — окинув взглядом фигуру дочери, констатировал Маграт, затем отошел к окну и отвернулся. Къяра, не спеша, одевалась, Маграт молча ждал. В воздухе витало напряжение.
Одевшись, Къяра прервала молчание:
— Вполне возможно, кириты — это действительно лучший способ заставить меня стать тираном… Я не хочу становиться им твоим руководством… Твоя жестокость и беспощадность гнетут меня. Я могу их принять, как твоя подданная, но учиться им у тебя я не буду.
— Радость моя, кровавые мятежи уносят гораздо больше жизней, чем планомерные казни непокорных… — Маграт, отошел от окна. — Ты же знаешь, именно ради уменьшения общего количества жертв, я поддерживаю имидж беспощадного тирана и всю жизнь отказываю себе в проявлении любой слабости. Ты что думаешь, мне не хотелось бы быть хоть изредка великодушным и добросердечным? Хотелось… и достаточно часто, но я не позволяю себе.
— Это твой выбор, отец… не делай его за меня. Я хочу найти свой способ правления.
— Ты хочешь учиться на своих ошибках… что ж это твое право. Учись!
Они помолчали недолго, затем Владетель, кивнув в сторону увитой цветами кровати и мельтешащих зверюшек, спросил:
— Сама все уберешь, или мне потом позаботиться?
— Сама…
Къяра опустила глаза и, резко подняв вверх руки, хлопнула в ладоши. И тут же бабочки сложили крылья и, как сорванные ветром листья, безвольно упали на пол, цветы поникли и пожухли, а потом рассыпались пылью, зверюшки обмякли, осели на лапы, ткнулись носами в пол, а затем словно растворились в утреннем тумане, тихо наползающем изо всех щелей. Этот туман медленно окутал все вокруг, а затем умчался, влекомый резко налетевшим порывом ветра, и унес с собой все то, что еще недавно составляло жилище Къяры.
— Красиво, — констатировал Владетель, с интересом наблюдавший за происходящим.
— Я старалась… — Къяра тряхнула головой, и черные волосы, словно крылья волшебной птицы, упали на лицо, но не скрыли от проницательного взгляда Владетеля глаза Къяры полные тоски и слез.
— Неужели вся эта чепуха была столь дорога тебе? — Маграт был явно удивлен.
— Была… это ключевое слово, — Къяра отбросила волосы с лица, минутная слабость прошла, слезы стоявшие в глазах исчезли, она улыбалась.
— Ну что ж, если «была», то это неплохо. Только учти, что это только начало того, что тебе предстоит испытать. У меня для тебя еще имеется еще сюрприз. Так что приготовься, — недобрая усмешка тронула губы Владетеля.
— Может, расскажешь заранее? Или тебе нравится эффект неожиданности?
— Могу и заранее. Эффект неожиданности вовсе необязателен. Сейчас мы переместимся во дворец, и я тебе расскажу.
Маграт взял дочь за руку, и шагнул в раскрывшуюся перед ним мерцающую арку, и в тоже мгновение вихрь перемещений подхватил их, а через несколько секунд они вышли из арки в одной из галерей его дворца. Не отпуская руки Къяры, Владетель повел ее по лабиринтам лестниц в подвалы дворца.
— Так что же меня ждет в темницах твоего подземелья?
— Лиат. Там ждет тебя Лиат. Сегодня ночью его подготовили к обручению с тобой, — не останавливаясь, произнес Владетель.
— Что ты имеешь в виду?
— Радость моя, ты все увидишь сама… Ему лишь объяснили, что тебе необходимо повиноваться.
— Что ты с ним сделал?
От нахлынувшей злости у Къяры свело скулы, она побледнела, сжала зубы и выдернула свою руку из руки отца. Тот остановился, обернулся и, пристально посмотрев на нее, покачал головой.
— Эмоции свои надо уметь скрывать. Это помогает выигрывать, — проронил он и вновь зашагал вперед.
Некоторое время они шли молча. Затем Владетель рывком открыл одну из массивных дверей подземелья и кивком пригласил Къяру войти:
— Думаю, тебе будет полезно побыть с ним наедине.
Къяра шагнула внутрь, и отец захлопнул за ней дверь.
Лиат стоял на коленях в центре небольшой пыточной камеры, руки его, заведенные за спину, были заломлены и приподняты так, что пленник практически висел на них, и любое движение вызывало боль.
— Лиат, мальчик! — Къяра кинулась нему. — Я сейчас все исправлю, потерпи… я сейчас…
Она встала перед ним на колени и, наложив руки, с помощью магии попыталась освободить его от пут, стягивающих его руки. К ее огромному изумлению Лиат судорожно забился у нее под руками и страшно закричал.
Къяра немедленно прекратила свои попытки, Лиат тут же перестал кричать и с мольбой в голосе произнес:
— Госпожа, я буду послушен, не надо больше.
— Лиат, ты не понял, я хотела лишь помочь… — покачала головой Къяра.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
