могли лишь беспомощно смотреть на хлынувший внутрь железный поток – абордажную партию берсеркера, холодную и безжалостную, как кошмар.
Машины захватили курьер настолько быстро и результативно, что никто не смог оказать сколько-нибудь действенного сопротивления, но убивать людей пока не стали. Выдрав двигатели из одной шлюпки, они загнали в нее Хольта вместе с экипажем и пленниками.
– Но на экране-то был не берсеркер, не берсеркер, – твердил второй пилот. Люди сидели бок о бок, стиснутые в тесном пространстве, как сельди в бочке. Машины предоставили им воздух, воду и пищу и начали выводить по одному для допроса.
– Я знаю, он не походил на берсеркера, – отозвался Хольт. – Вероятно, берсеркеры придают себе новые формы, создают новое оружие. После Каменной Россыпи это выглядит вполне логичным. Просто странно, что никто этого не предвидел.
Люк с лязгом распахнулся, и в шлюпку вошли две машины приблизительно человеческих очертаний. Они с математической точностью прокладывали курс среди девяти сбитых в кучу людей, пока не добрались до того, кто был им нужен.
– Нет, он не может говорить! – вскрикнула Люсинда. – Не берите его!
Но машины не могли или не хотели слушать. Резко подняв Джанду на ноги, они увели его. Девушка увязалась следом, цепляясь за них, пытаясь спорить. Хольту оставалось лишь беспомощно протискиваться вслед за ней в тесном пространстве: он боялся, что какой-нибудь робот обернется и убьет ее. Но машины лишь помешали Люсинде выбраться из шлюпки, оттолкнув ее от люка металлическими руками – мягко, но неумолимо, как само время. Они скрылись вместе с Джандой, и люк снова захлопнулся. Люсинда стояла, устремив на него пустой взор, и даже не шелохнулась, когда Хольт обнял ее за плечи.
Потянулось бесконечное ожидание, затем люк снова распахнулся. Машины вернулись, но Джанду не привели. Вместо этого они забрали Хольта.
Обшивка курьера сотрясалась; похоже, роботы перестраивали корабль. В тесной камере, изолированной от остальной части корабля при помощи новой обшивки, компьютерный мозг берсеркера установил электронные глаза, уши и громкоговоритель для себя. Сюда-то и привели Хольта – для допроса.
Берсеркер очень долго расспрашивал Хольта, и почти каждый вопрос касался Иоганна Карлсена. Все знали, что берсеркеры считали Карлсена своим главным врагом, но этот был просто одержим Карлсеном и никак не желал верить, что тот действительно умер.
– Я захватил ваши карты и данные об астронавигационных настройках, – то и дело напоминал берсеркер Хольту. – Я знаю, что ваш путь лежит к «Нирване», куда предположительно доставлен нефункционирующий Карлсен. Опиши этот «Нирвана»-корабль, используемый живой единицей Ногара.
Пока вопросы касались только покойного, Хольт отвечал берсеркеру без утайки, не желая попасться на бесполезной лжи. Но флагманский корабль – дело другое, и капитан заколебался. Однако он почти ничего не мог сказать о «Нирване», даже если бы хотел. Ни у капитана, ни у его товарищей по несчастью не было возможности сговориться насчет того, как обмануть берсеркера; тот наверняка прослушивал все разговоры на шлюпке.
– Я ни разу не видел «Нирвану», – правдиво ответил капитан. – Логика подсказывает, что это крепкий корабль, поскольку на нем путешествует верховный правитель человечества.
Не будет ни малейшего вреда, если сказать машине то, о чем она и так наверняка догадалась.
Дверь внезапно распахнулась, и Хольт вздрогнул при виде странного человека, вошедшего в камеру для допросов. Приглядевшись, он понял, что это не человек, а творение берсеркера. Кожа то ли пластиковая, то ли выращенная из культуры клеточной ткани.
– Привет, вы – капитан Хольт? – спросил субъект. В нем не было больших изъянов, но даже закамуфлированный с величайшим искусством робот походит на закамуфлированного робота и ни на кого больше. Не дождавшись ответа, субъект осведомился: – В чем дело?
Одна манера говорить выдавала его с головой внимательно прислушивающемуся разумному человеку.
– Ты не человек, – ответил Хольт. Субъект сел и как-то обмяк.
– Как видишь, – пояснил берсеркер, – я не в состоянии создать имитацию живой единицы, приемлемую для настоящих живых единиц при встрече лицом к лицу. Поэтому мне требуется, чтобы ты, настоящая живая единица, помог мне убедиться в смерти Карлсена.
Хольт промолчал.
– Я специальное устройство, – проговорил берсеркер, – построенное берсеркерами с единственной и важнейшей целью: получить полную уверенность в смерти Карлсена. Если ты поможешь мне доказать, что он мертв, я охотно освобожу тебя и остальные живые единицы, находящиеся у меня. Если ты откажешься помогать, вы все будете получать самые неприятные стимулы, пока ты не передумаешь.
Хольт ни на миг не поверил, что берсеркер охотно отпустит их на свободу. Но терять было нечего: вдруг удастся выторговать для себя и остальных хотя бы смерть, обойдясь без самых неприятных стимулов. Берсеркеры предпочитали быть результативными убийцами, а не садистами.
– Какой помощи ты ждешь от меня? – поинтересовался Хольт.
– Когда я закончу встраивать себя в курьер, мы отправимся на «Нирвану», куда ты доставишь своих пленников. Я читал приказы. После допроса человеческими лидерами на «Нирване» пленники должны быть доставлены на Эстил для тюремного заключения. Не так ли?
– Так.
Дверь распахнулась снова, и в нее, приволакивая ноги, вошел униженный, согбенный Джанда.
– Не можешь ли ты избавить этого человека от дальнейших расспросов? – спросил Хольт у берсеркера. – Он не поможет тебе ничем.
Ответом ему было молчание. Хольт с беспокойством ждал. Наконец он поглядел на Джанду и понял, что тот изменился. Из правого глаза перестали течь слезы. В душе Хольта всколыхнулся необъяснимый ужас, словно его подсознание уже знало то, что берсеркер только собирался сказать.
– Вместо костей в этой живой единице теперь металл. Где текла кровь, залиты консерванты. Внутрь черепа я поместил компьютер, а в глаза – камеры, чтобы собрать доказательства, необходимые мне относительно Карлсена. Я способен имитировать поведение человека, прошедшего промывку мозгов.
– Я не питаю к тебе ненависти, – сказала Люсинда берсеркеру, когда он вызвал ее для допроса. – Ты несчастный случай, как планетотрясение, как облачко пыли, в которое врезается корабль на субсветовой скорости. А ненавижу я Ногару и его прихлебателей. Не будь его брат мертв, я убила бы его собственными руками и с радостью принесла тебе его труп.
– Капитан курьера? Это губернатор Микаль от имени верховного владыки Ногары. Приведите обоих заключенных на «Нирвану» сию же секунду.
– Сию секунду, сэр, – подтвердил Хольт.
Выйдя из гиперпространства в пределах оптической видимости «Нирваны», машина-убийца забрала Хольта и Люсинду из шлюпки. Затем отправила шлюпку с командой Хольта дрейфовать между обоими кораблями – будто экипаж воспользовался ею для проверки силовых полей курьера. Люди на шлюпке послужат берсеркеру заложниками, а заодно щитом, если того разоблачат. А еще, оставляя их там, берсеркер, несомненно,
