много попыток, малых заклинаний и…
— Ладно-ладно, давай подойдем с другой стороны. Кто может нам помочь?
Тишина. Она что, и вправду только сейчас об этом подумала? Сколько гордости!
— Хм-м-м… Может быть, Алька.
Обожаю, когда собеседник общается без меня.
— Нова, объяснения приветствуются. Как в этом нам поможет Алька? И, насколько я понял, ты не особо посвящала всех в свои планы.
На мгновение мне показалось, что кто-то промелькнул у деревьев на другой стороне снежной поляны.
— Не хотела подвергать остальных дополнительной опасности, но ситуация, мягко говоря, безвыходная. Алька старше и мудрее, если кто и может посоветовать что-то, то она — лучший вариант. — Очередной раздосадованный выдох.
— Погоди, старше? Мудрее? Я думал, ты тут самая опытная ведьма.
Не то чтобы я сомневался в нашей кукольной мастерице, но даже в момент смерти Нова выглядела куда старше.
— А, ты все еще не понял… Ну, с другой стороны, и женщины везде одинаковые. — У меня уже голова начинала болеть. — Возраст, Клиф. Женщины не особо распространяются об этом, знаешь ли. Прибавь еще и то, что ведьмы умеют продлевать свою молодость с помощью эссенции.
— Чтоб меня! Это значит? — Мои брови поднялись.
— Да, Алька гораздо старше, чем выглядит, и под словом "гораздо" я имею в виду очень сильно старше. Просто она выбрала путь мира и всепрощения.
Теперь мне как-то стало стыдно, хотя и не понимаю почему.
Дождавшись первых лучей солнца, все взрослые собрались вокруг выцарапанного заклинания. Девочкам разрешили поспать подольше: ночь была неспокойной.
— Значит, вот над чем Нова работала? — Рита выглядела разочарованной.
— Нова… — Алька внимательно изучала символы, поправляя очки. — Как же много запретного в одном заклинании.
Теперь я даже жалел, что узнал секрет о долгожительстве. Маленькие морщины вокруг глаз Альки и задумчивый взгляд теперь не казались мне простым недосыпом.
— Это все, что она смогла вспомнить. Может быть, будут советы, поправки, предложения? — Я все еще находился в облике оборотня и, приоткрыв пасть, выдохнул немного пара.
Рита сразу же посмотрела на ведьму. Как и мне, ей все эти символы мало о чем говорили. На меня она, кстати, не смотрела, стеснялась…
— Если бы ты не отдала жизнь за это, то я бы и смотреть не стала. Почему же ты не сказала сразу, чем занимаешься? — Алька говорила со мной, но явно обращалась к Нове.
"Ты всегда была занудой". Повторил слово в слово. Ведьмы не видели друг друга, что не помешало взаимной улыбке получиться максимально синхронной. Алька внимательно присмотрелась, обдумывая разные варианты. Взгляд ее скользил по контурам пентаграмм.
— Пожалуйста, скажи что-нибудь, — не выдержала Рита.
— Это и вправду древняя магия, наверное, еще древнее первой войны, даже предположить не могу. — Она сняла очки, и ее пальцы помассировали веки. — Но, к сожалению, я могу сказать, кто ее знает…
— Это же прекрасно! — обрадовался я.
— Только кусочек, — обрезала она мою радость на корню. — В общей науке о сторонах света отсутствующий, нижний, правый знак — это юго-восток. В писаниях о духах юго-восточными пентаграммами обозначают именно их помощь. Помогают как злые, так и добрые. И самый древний дух, которого я знаю и который уцелел, это Дихтрикт.
— Почему столько грусти? Давайте попросим помощи у этого… Дихтрикта.
Мрачное лицо Альки сразу дало понять, что не все так просто.
— Последний раз я его видела на Липких землях.
Нова в моей голове начала сокрушаться — в точности как Рита. На мой непонимающий взгляд ответила бурая:
— Это очень далеко отсюда, и путь не из простых. Земля Корнара, обжитая монстром колоссальной силы, Заселенные земли, где охотников больше, чем простых людей, да и сами Липкие — места гиблые, опасные. Поглощённые роями плотоядных насекомых.
Волчица сплюнула.
Меня переполняли эмоции, в основном — непонимание. Да, я ни черта не знал об этом мире; да, я не представлял, сколько еще мерзости населяет его. Я вообще ни черта не знал, но… но!
— У нас появилась цель, шанс завершить это чертово заклинание, шанс уделать этот мир!
— Клиф, прошу! — Алька повысила голос. — Ты не понимаешь, что это все набор случайностей. Старые сказки. Подумай, может, Дихтрикт уже мертв? И даже если нет, даже если мы найдем его, даже если узнаем… Откуда брать остальные запретные знания? Штурмовать библиотеки инквизиторов?
Я сделал шаг ей навстречу.
— Если придется! За то, чтобы не просыпаться поутру, ожидая пули или огня, чтобы у нас всех было будущее… будущее у детей в той чертовой лачуге! — Я сам не заметил, как оскалился.
— А у вас было будущее в своем мире? — мрачно прошептала Алька, будто окатив меня холодной водой, но по ее лицу я понял, что ей сразу стало стыдно. — Если вы так беспокоитесь за детей, Клиф… Вы подумали, как они перенесут это путешествие?
— Так почему бы не спросить у них? — Моя шерсть начала опадать, рык перешел в кряхтение. И вот уже я недовольным человеческим взглядом сверлил ведьму.
Ветер прошел между деревьями, поднимая легкие снежинки.
— Я согласна, — сжав зубы, процедила Рита. — Алька, мы не можем жить здесь вечно, мы не сможем всегда быть рядом. Я тоже люблю их всем сердцем. Но, если придется, я готова за каждую из них сгореть дотла.
— Вот именно этого я боюсь больше всего! И за девочек, и за тебя, и за Клифа, Нову. — Разумом она понимала, что еще остается надежда. Но сердце всегда говорит громче. — Слишком много потерь, слишком много…
Нова опять направила мою руку. И маленькая ладонь ведьмы наполнилась теплом моей.
— Меня призвали именно для этого: защищать, оберегать. Клянусь тебе, Алька, я доведу вас куда скажете, и еще дальше. Я не остановлюсь, пока мы не найдем все части заклинания.
Не отрываясь, мы смотрели друг на друга.
Лучи утреннего солнца заполнили округу, проникая через кроны, отбрасывая первые тени.
— Мы спросим их… — прошептала девушка, отведя взгляд.
— Хорошо, — выдохнул я.
— Её руку можешь отпустить, — нахмурилась Рита.
— Кхм.
