миг свободы. Но у неё своя свобода, воспетая великими русскими поэтами и писателями. Ей нравится размеренность и простота данной местности, люди без гонора, растворяющиеся в моменте здесь и сейчас, отдающие дань счастливым мгновениям с детьми, чистому воздуху и незатейливости существования.
Мне это не подходит, хотя я уважаю её выбор. Ощущение, что мы движемся в тупик, но возникает мысль: и что? Мало ли, сколько неординарных в мире пар. Мы будем одной из них…
– За тебя, за твою уникальность во всём! С днем рождения!
Чокаемся и пьем на брудершафт, скрепляя тост поверхностным горячим поцелуем. Для которого я тянусь к ней, подаваясь вперед корпусом. Когда отрываемся друг от друга, не спешу садиться и зависаю на пару секунд, улыбаясь жене.
Мы находимся далеко от входа в глубине зала ближе к пустующей сцене. Но когда дверь открывается, впуская новых посетителей, почему-то поворачиваю голову. На секунду застываю. Конечно, узнаю её сразу. Затем медленно оседаю. Алина в компании какого-то типа, смахивающего на итальянского мафиози, располагается за столиком у окна, и у меня отличный обзор на это место. Зато самого из-за расположения колонн практически не видно.
Непривычно лицезреть девушку при параде. Пока Яна возится с мясом в тарелке, позволяю себе изучить ту внимательнее. Волосы собраны в высокий хвост, открывая шею и изгиб плеч, на лице эффектный, но сдержанный макияж, очень подходящий ей. Тело облачено в облегающее вечернее платье, и изумрудный цвет поразительно сочетается с оттенком её карамельной кожи. Неплохо, в общем. Обычная среднестатистическая ухоженная женщина с ладным телом, имеющим изгибы и формы в нужных точках.
Почему-то чувствую облегчение. Осознаю внезапно, что до этого подозревал, будто из-за меня…у неё могла возникнуть психологическая травма, в силу которой Алина не допускает к себе мужчин. Мне казалось, у неё совершенно нет личной жизни. Хорошо, что я ошибся.
Усмехаюсь, отпивая воды.
Дал очередную осечку. Эта девушка никак не вписывается в стандарты. Нельзя её присобачить к каким-то стереотипам и закономерностям. Сильная и выносливая, преодолевает трудности в одиночку, оставаясь при этом неизменно невозмутимой.
Часто те же качества, что восхищают в ней, выводят меня из себя. Проскальзывает догадка, будто она и вовсе неживое существо, лишенное импульсивности и настоящих эмоций. Моя противоположность.
Взгляд то и дело отползает в сторону гармоничной пары. Алина орудует ножом и вилкой, как настоящая королева. И осанка у неё соответствующая. Если вдуматься, это не должно удивлять. Она же выросла в достатке, её семья считалась интеллигентной и образцовой. В таких, наверное, этикет впитывается с молоком матери.
Стоило только подумать о родственниках девушки, в груди моментально неприятно закололо, а пульс скаканул с такой резкостью, что в ушах зазвенело.
Бл*дь, до сих пор не могу не реагировать.
– Мне кажется, я малость перебрала, – признается Яна, хихикая и возвращая к реальности.
Пытаюсь отмахнуться от налета прошлого, сосредоточившись на имениннице. Какого черта я творю! Сегодня у неё день рождения, нельзя портить вечер неизменно гадкими вещами типа мыслей о косвенных убийцах Сони.
– Это чревато последствиями, – вздергивает бровь в многообещающем жесте, – но только после десерта! Хочу сладкое!
Смеюсь, упиваясь её раскованностью и готовностью пуститься во все тяжкие. Да, Яна обожает эксперименты и новые ощущения. Отвлекаю её разговорами, пока ждем. Чуть позже приносят торт, и счастливая жена задувает свечи, после чего откусывает краешек и блаженно облизывает испачкавшиеся губы кончиком языка. Моё тело реагирует острыми импульсами. Будь мы дома, немедля опробовал бы её такую прямо на столе. В паху предвкушающе ноет.
– Нам два кофе, пожалуйста, – прошу подоспевшего официанта, который убирает всю лишнюю мишуру.
Этой ночью спать никто не будет. И глаза Яны светятся той же мыслью.
Случайно цепляю боковым зрением тени в середине зала. Оказывается, Алина танцует со своим ухажером. Он кружит её медленно, в процессе о чем-то говоря. У неё на лице отражаются невероятные эмоции, видно, что тема очень душещипательная. Мужчина в какой-то момент перестает наматывать круги и останавливается, прижимая её к себе и просто раскачиваясь. Она доверительно утыкается в его плечо, при этом – каждое движение пропитано достоинством. В них сквозит скромность. Женственность. Какой-то элемент, присущий девицам прошлых лет, веков. Когда смотреть в глаза тому, кто нравится, считалось постыдным. Сейчас так тоже делают, когда хотят завести самца своей невинностью.
Раздражение разливается по венам неожиданной горячей волной. Морщусь и намереваюсь отвернуться.
Но вдруг она слегка поднимает голову и ловит мой взгляд. Будто поймала с поличным. Несколько секунд фокусируется, после чего её брови ползут вверх от удивления. Скованно отстраняется от кавалера, что-то растерянно говорит ему, вынуждая повернуться в мою сторону, затем они оба движутся к нам.
– Добрый вечер, – приветствует безмятежным голосом.
– О, привет! – Яна приподнимается.
Мужская половина скупо кивает друг другу.
Алина одаривает её легким поцелуем в щеку и искренне произносит:
– Еще раз с днем рождения! Всех благ!
– Спасибо! В том числе и за подарок, мне очень понравилось. Присядете? Мы как раз торт пробуем.
– Нет, спасибо. Мы…уже уходим домой. Это – Гарик, а это – Яна и Дмитрий.
Как молнией шандарахнуло. Дмитрий. Яна и Дмитрий. Так, чисто знакомые.
Я, бл*дь, отец твоей дочери, дорогая! Какой на х*й…Дмитрий?..
Почему-то раньше никогда не замечал, как она ко мне обращается. Оказывается, Алина до сих пор и не называла меня по имени. С ума сойти! Это открытие является настоящим потрясением, отчего я продолжаю мрачно молчать.
Мафиози Гарик присоединяется к поздравлениям, а потом моя жена восторженно произносит:
– Вот это совпадение! Вы тоже выбрали этот ресторан…
– Ничего удивительного, в этой дыре он считается самым престижным. Хотя не тянет на такое звание, – скептически отвечает мужчина, раздражая меня ещё больше своим надменным превосходством.
– Да, наверное, так и есть, – сглаживает сказанное Алина, – это популярное заведение, которое славится среди взрослого населения. Не будем мешать. Ещё раз поздравляю.
После чего они тепло прощаются и возвращаются за свой стол.
Я понимаю и принимаю, что между мной и Алей есть дистанция. Но только сейчас осознаю, что она уходит куда-то за переделы вселенной. И это жутко бесит. Мы воспитываем дочь! Зачем эта напускная холодность и безразличие? Мне казалось, вполне возможно мирно сосуществовать. А не делано отстраненно размечать грандиозные границы.
Да что с ней не так?!
– Конченый сноб.
Яна прыскает со смеху и издевательски выгибает бровь:
– Правда? Никого не напоминает? Дырой этот город называешь и ты, причем почти год, как начал приезжать. Или тебе можно, а, товарищ пилот?
– Какой еще подарок? – выдыхаю с опозданием, игнорируя весьма верное замечание.
– Алина
