же откроют эту дурацкую дверь на улицу.
– Да у тебя уже совсем крыша поехала! – опустившаяся по стенке на пол Тейлор повысила на брюнета голос. Впредь ее раздражала та или иная точка зрения всех окружающих ее людей по вопросу об их общем освобождении из жуткого заточения. Ни воды, ни еды, ни света. Лишь утомление и страх оказаться на том свете.
Дрейк перевел дыхание, сдерживая уже готовый вырваться наружу гнев. Ссоры могли только усугубить ситуацию и обратить все в худшую сторону. Поскольку парень считал, что выбраться из старинного, погрязшего в гнили здания можно было только после завершения игры, его отношения с брюнеткой подпортились окончательно. Однако винить ее в срывах он не решался. Лучше было дать человеку волю эмоциям, поскольку тот впервые в жизни столкнулся с настоящими трупами… мертвыми телами. Собравшаяся вместе группа молодых людей была уверена до последнего, что теперь им потребовалось бы помощь весьма хорошего психолога. Но пока только они сами могли помочь друг другу.
– Ну, хватит! – прокричала Эмма. – Мы закончим эту дурацкую игру и, наконец, выберемся отсюда, выведя этого урода, что гонится за нами, на чистую воду. Он поплатиться за то, что сделал.
– Каков будет следующий шаг? – встряла Иви, в которой пробудился дух упорства и щепотка храбрости.
– У нас есть карточки с буквами и магнитная лента, – объяснил Дрейк. – Но поскольку мы и понятия не имеем, какое слово стоит выложить, думаю, поиск видеопроигрывателя – единственное решение.
– Это снова придется бродить по комнатам, а если мы на маньяка натолкнемся? Кто-нибудь из вас сталкивался с нужной нам техникой? – Эмма осмотрела каждого из присутствующих в надежде получить положительный ответ на поставленный ею вопрос. Однако четверка людей лишь отрицательно покачала головами.
– Пойдемте, не будем терять время, – Олден уже готов был в очередной раз повести группу товарищей по тернистому пути в неизвестность.
– Мы разделимся, – выкрикнул Дрейк.
– Да ты с ума сошел! Опять? – Эмма была против подобного рода идеи друга, поскольку последний раз все обернулось печальным исходом событий для знакомого ей брюнета.
– Мы всей толпой будем шнырять из одной комнаты в другую, что только займет больше времени, чем продуктивная работа в случаи с делением на группы, – заключил Дрейк.
Белокурая девица лишь обделила парня тревожным и протестующим взглядом, после чего махнула на него рукой.
– Идем все вместе, – с пола поднялась Тейлор, которая не смогла больше терпеть очередное бестолковое обсуждение. – Мы достаточно пережили, хватить строить из себя героев. Будет лучше, если мы, пусть и с потерей большого количества времени, сможем дойти до конца в целости и сохранности.
– Я согласна с этим, – добавила Эмма, за которой также одобрила идею и Иви.
Молодые парни лишь обменялись друг с другом опасливым взглядом, после чего поняли, что противостоять настроенным решительно девицам было бы глупым и бессмысленным поступком. Они последовали за своими спутницами на изучение оставшихся комнат второго этажа поместья.
Поиски не обвенчались желаемым молодыми людьми успехом, поскольку одна из комнат представляла собой обшарпанную и прогнившую по углам ванную с проржавевшими ванными принадлежностями, другая являлась приемной-гостевой комнатой, а третья предстала перед толпой молодежи в качестве музыкального зала, в котором, однако, не имелось нужного им видеопроигрывателя. Лишь старое немецкое пианино с росписью имени производителя Ф.Мюльбаха и неопределенно большое количество кресел, стоящих позади него и используемые зрителями того или иного музыкального представления, заполняли последнюю из изучаемых молодыми людьми комнату.
– Что ж, спускаемся вниз? – поинтересовался Олден после того, как он с друзьями не заполучил столь ожидаемый проигрыватель.
На первом этаже здания большинство комнат левого крыла было осмотрено Дрейком и Эммой еще в самом начале игры, поэтому толпа молодежи направилась сразу к комнатам по правую сторону поместья. Некогда изученное Аббигейл отведенное под разного рода хлам помещение молодые люди тоже решили пройти мимо. Перед ними раскрылось две лакированные двери.
Первой комнатой оказалась больших размеров, но ничем непримечательная спальня. Полуторная железная кровать с панцирной сеткой сразу дала понять, что подобного рода комната могла быть отведена только лишь прислуге. Тем более что в прошлые века весь первый этаж столь роскошных домов уходил на использование и жилье дворовым людям, которые занимались наведением порядка и чистоты в окрестностях.
– Не слишком уютно, – заметил Олден.
– Прислуге большего и не следовало давать, – ответил Дрейк. – Видеопроигрывателя мы тут точно не найдем.
– Пойдемте отсюда, пока мне окончательно дурно не стало, – проговорила Эмма.
Следующая дверь, из двух доступных, открыла молодым людям доступ к винтовой спиралевидной лестнице. Дрейк и Олден вызвались первыми проверить данную конструкцию на прочность. При спуске по ней каждая из ступеней издавала резкий скрип. Все доски за столь приличное время рассохлись, а крепления между ними ослабели. Спуск пришелся безопасным, лишь треск и хруст деревянного материала неприятно давил на барабанные перепонки.
Пока Дрейк и Олден только начали знакомиться с содержимым подвального помещения, девушки решили переждать их возвращения на первом ярусе здания. Они были начеку, чтобы в нужное время дать парням знать о приближение нежеланного гостя, а конкретно – самого сумасшедшего из них, что кидается на всех с ножом.
Под светом фонарей молодые люди осмотрели мебельную стенку, полочки которой были заставлены семейными фотографиями, которые по итогам прошедших лет уже приобрели желтоватый оттенок. Это были снимки одной и той же женщины. Она в детстве, юности и отрочестве. Ее фото в форме горничной. Снимки нескольких младенцев, на каждом из которых были написаны их имена. Это были владельцы поместья в момент их рождения: Питер Холл, его брат Эдвард, их дети – малышка Эмили и новорожденный Роберт. Было предельно ясно, что эта домработница застала ни одно поколение семейки Холлов.
– Дрейк, думаю так мы больше чего узнаем, – Олден протянул парню рукописи в потрепанной обложке.
– Личный дневник? – поинтересовался брюнет.
– Вполне возможно.
Большинство листов было вырвано и, вероятно, уничтожено когда-то самой владелицей записей. Однако молодые люди понадеялись на успех, когда взялись за чтение документов, не возжелав упустить какие-либо детали.
«Май 1928,
Я познакомилась с мистером Эндрю Холлом, который не пожалел для меня жилья и обеспечил пропитанием. Он с удовольствием принял меня на работу, и это несмотря на мои полные 14 лет. Я несколько раз предпринимала попытки заполучить заработок, наводя порядок в доме богатых людей, однако никому не нравились мой слишком юный возраст.
Этому святому человеку я обязана всем! Мистер Эндрю Холл пожалел меня за больное сердце матушки, потому и принял меня на работу в свой дом. Я буду век служить столь щедрому и доброму
