начинкой безумно аппетитны и желанны на нашем столе. Вот один из таких пирогов – песочный, рассыпчатый, с хрустящей сладкой крошкой. По-домашнему уютный, даже как будто «одушевленный» и очень напоминающий иллюстрацию с пожелтевших страниц старинной кулинарной книги…
Для теста
• 150 г сливочного масла
• 120 г сахара
• 2 яйца
• 2 ст.л. молока
• щепотка ванилина
• щепотка соли
• 370 г пшеничной муки + для посыпки
• 1 ч.л. разрыхлителя
• растительное масло для смазывания
• ½ ст.л. крахмала для посыпки
Для начинки
• 500 г слив
• 120 г сахара
• 3–4 ст.л. пшеничной муки
• 1 ст.л. сливочного масла
• 1 ч.л. молотой корицы
Для теста соединить размягченное сливочное масло с сахаром, яйцами и молоком, добавить ванилин и соль. Смешать венчиком или миксером (так быстрее). В несколько приемов подсыпать муку и замешать мягкое тесто.
В смазанную растительным маслом и присыпанную мукой форму для выпечки диаметром 25 см выложить тесто, распределить его внутри формы, сделать небольшие бортики и присыпать поверхность теста крахмалом.
Для начинки сливы помыть, обсушить и разрезать на половинки. Половинки слив выложить в основу из теста разрезом вверх и в каждую насыпать немного сахара.
К оставшемуся сахару добавить муку, сливочное масло и корицу, растереть пальцами в крошку. Крошками посыпать начинку пирога.
Выпекать пирог в духовке при 180–190 °C около 1 часа до готовности. Дать пирогу остыть в форме, после этого достать и нарезать.
Творожный пляцок
Элина Быстрицкая – пожалуй, самая красивая актриса в СССР – конечно же, была и остается для поколений зрителей непревзойденной Аксиньей из «Тихого Дона». А ведь эта роль далась ей очень непросто. С этой ролью, с творожным «пляцком», с разбитым когда-то Кириллом Лавровым сердцем, с мужем, который всегда оставался в тени, но был ей прочной опорой и пьедесталом, связаны и наш рассказ, и наш рецепт.
Многие поколения советских девочек носят имя Элина в честь любимой актрисы, даже не подозревая о том, что имя это – ошибка паспортистки. Родители планировали назвать дочь Эллиной. Эллиной Быстрицкая – в честь героини американского фильма. Однако украинская паспортистка посчитала, что отец ребенка произнес имя в творительном падеже, и записала так, как ей послышалось. Родители посмеялись, да и успокоились. Семья жила счастливо в самом центре каштанового Киева, а потом, за несколько лет до войны, перебралась в Нежин. Папа был врачом, возглавлял в больнице инфекционное отделение, а мама работала там же поваром. Карьеру врача прочили и дочери, хотя она с самого детства, лет с четырех, мечтала исключительно о том, чтобы стать балериной или актрисой.
Война началась в тот год, когда Элина отметила свое тринадцатилетие. Девочка вместе с отцом отправилась в военный госпиталь и проработала в нем санитаркой, а потом и сестрой милосердия до самого Дня Победы. Рядом с ней часто разрывались снаряды, спина немела и отваливалась от тяжеленных носилок с ранеными, но Элина ни разу не пожаловалась ни отцу, ни маме. «Ничего, – говорила она в самые тяжелые минуты, успокаивая себя и очередного раненого, – вот окончится война, и я вам принесу не морковный чай, а настоящий, черный, байховый, в серебряной бумажке. А еще мама испечет пляцок. Вы прямо пальцы проглотите… Такой этот пляцок замечательный, и миром пахнет, и немножко весной»…
После войны Элина уступила просьбам родителей и поступила в медицинский техникум. Но о сцене мечтать не перестала. Она не пропускала ни одной репетиции нежинского танцевального ансамбля, и уже через год занятий ее стали приглашать в местный театр танцевать в массовке. Однако Быстрицкая никогда не видела себя в массовке. Она родилась быть звездой, а посему после окончания училища не пошла в медицинский институт, а поступила в педагогический – компромиссный вариант для родителей. Правда, стоило отцу переехать в Вильнюс, на новую должность, как Элина тут же бросила вуз и поступила в театральный.
Годы учебы дались нелегко. Красота и талант не помогали, а скорее мешали девушке. Ее считали гордячкой, ей устраивали бойкоты и провокации, она месяцами сидела за партой в гордом одиночестве. А после института, будучи уже вполне зрелым человеком и перспективной актрисой, Элина встретила и обрела, наконец, свою первую любовь – Кирилла Лаврова. Любовь была сумасшедшей. Пара провела двенадцать счастливейших месяцев и собиралась расписаться в июне 1953 года, когда Лавров вдруг внезапно осознал, что жить с Элиной он не сможет. Что даже при всей любви и страсти он всегда будет в жизни актрисы вторым номером. Первым будет театр, любимая работа, которой актриса служила еще неистовее и преданней, чем отдавалась роману с Лавровым. Поэтому, когда влюбленная Элина в мае месяце прибежала на вокзал, дабы проводить жениха на гастроли, она увидела, как он нежно целуется со своей коллегой – Валентиной Николаевой. «Свадьбы не будет!» – решительно заявила девушка, выбросила букет и, задыхаясь от слез, решила немедленно уехать из Киева в Москву.
Рана, нанесенная Лавровым, была столь глубока, что Быстрицкая все последующие годы практически ни разу и никому не рассказала ничего о своей личной жизни. Даже став примой Малого театра, выйдя замуж, появляясь повсюду в самых модных и дорогих заграничных туалетах и бесценных бриллиантах, разъезжая по лучшим курортам страны, имея личную «Волгу» с водителем и штат домработниц и поваров, Быстрицкая не называла имени супруга.
А им был Николай Кузьминский, седовласый пятидесятилетний начальник отдела советского Внешторга, сделавший предложение Быстрицкой буквально через три дня после знакомства. Москвичи долгое время сплетничали, что Быстрицкая получает главные роли благодаря протекции мужа-генерала, но это не было правдой. Все свои роли Элина отвоевывала, выгрызала, получала и зарабатывала исключительно сама. Даже свою легендарную Аксинью в «Тихом Доне» Быстрицкая, что называется, вынянчила сама. Узнав, что Герасимов еще не утвердил актрису на роль Аксиньи, хотя пробы шли уже год, Быстрицкая сорвалась с зарубежных гастролей и вернулась в Москву. Герасимов сомневался, но Шолохов утвердил именно ее пробы.
«Ну какая ты Аксинья? – нервно спросил Герасимов Быстрицкую. – Руки у тебя с маникюром, бедер нет, тоща и изнеженна». До начала съемок оставалось три недели, официального утверждения на роль не было, и Элина решила, что сумеет все исправить. Она все эти недели с утра до вечера мыла полы в подъездах своего знаменитого дома, стирала белье на стиральной доске хозяйственным мылом и кипятком, а утром и вечером сама пекла любимый пляцок и съедала его, запивая жидкой сметаной. В результате к приезду в станицу она продемонстрировала режиссеру натруженные покрасневшие руки и гордо прошла, повиливая округлившимися бедрами, именно такими, которые особо ценились у казачек…
Быстрицкая снимется еще в тридцати фильмах, сыграет массу главных ролей в любимом Малом театре, но затмить славу первой и блестящей роли – роли Аксиньи – не сможет ни одна работа.
А что же Николай Кузьминский? Он будет тридцать лет боготворить свою королеву и даже примет со смирением в возрасте восьмидесяти лет ее решение расторгнуть брак и переехать в купленную
