Читаем без скачивания Чудеса в решете (сборник) - Светлана Алешина

Она подошла к окну и сквозь тюлевую занавеску стала разглядывать друга покойной Насти. Внешне он был очень хорош: темные волосы, ясные серые глаза. И было еще в Николае нечто, что невольно к нему притягивало: он излучал мужественность, чувство собственного достоинства и надежность. Возможно, именно эти интуитивно угаданные в нем качества и подкупили в свое время Настю. Он выглядел так, что казалось: за этим человеком женщина будет чувствовать себя как за каменной стеной.

Увидев, что Николай направился к дому с готовым шашлыком в руках, Лариса отошла от окна и села на табуретку.

Летчик вошел, сразу заполнив собой пространство, а воздух наполнился восхитительным запахом жареного мяса.

Однако, прежде чем приступить к трапезе, Лариса честно призналась:

– Николай, мне бы хотелось уточнить: я не представляю правоохранительные органы, я занимаюсь этим в частном порядке.

– Кто же вас нанял? – удивленно спросил Лукашин.

– Сам Карякин. Через своего адвоката Ромаева.

Николай кивнул и глухо сказал:

– Впрочем, какая разница, кто вы? Главное, что вы появились вовремя. Еще немного – и я сам бы занялся этим делом, только, пожалуй, наделал бы глупостей.

– Вам удалось что-нибудь узнать? – поинтересовалась Лариса.

– Давайте сначала пообедаем, потом вы зададите мне свои вопросы, а я поделюсь с вами тем, что узнал, – предложил Николай.

– Давайте, – согласилась Лариса.

Шашлык показался ей необыкновенно вкусным. Ко всему прочему, Николай предпочитал «Ахмад» – а этот чай входил в число любимых Ларисиных сортов. Что и говорить, она была приятно удивлена.

– Спасибо за завтрак, – сказала она, после того как с трапезой было покончено. – Я когда-нибудь приглашу вас в свой ресторан и угощу там.

– У вас есть ресторан? – удивился Лукашин.

– Да. А расследование – это мое хобби.

Лариса несколько пожалела, что так быстро раскрылась перед этим человеком. Все это противоречило принципам частного сыска – нельзя было никому априори доверять. Но Лукашин почему-то показался ей человеком, которому можно сказать правду.

Николай удивленно поднял брови и, не отрывая взгляда от чашки чая, сказал:

– Настя была необыкновенной девушкой. Наверное, когда-нибудь я встречу и полюблю другую, но ее никогда не забуду. А теперь спрашивайте. Я готов отвечать.

– Вы знаете официальную причину смерти Насти?

– Да. Передозировка героина, – хмуро ответил Лукашин. – Но я не верю, что Настя сама на это пошла: во-первых, она не была наркоманкой. Я готов жизнь положить на то, чтобы доказать это. Во-вторых, даже если предположить, что Насте захотелось разочек попробовать – она же медик и знала предельно допустимую норму. В-третьих, она очень любила жизнь. Она мечтала о своей семье, о детях. Вам кто-нибудь говорил о том, что Настя была беременна?

– Нет, – удивилась Лариса.

Николай прерывисто вздохнул:

– Мы вместе мечтали о семье. В тот день, когда я вернулся домой и нашел Настю мертвой, мы должны были подать заявление в загс.

– Николай, а какие взаимоотношения были у нее с отцом?

– Он был хороший отец. Настя любила его, – ответил Лукашин чуть изменившимся, более сухим тоном, и Лариса это заметила.

– А какие у вас отношения с Карякиным? – спросила она.

– Не очень хорошие, – честно признался Николай. – Но я думаю, что мы бы с ним в конце концов смогли найти общий язык. Просто Карякин никак не желал признавать, что его малышка выросла и ей пора устраивать собственную жизнь. К тому же он считал, что раз Настя его дочь, то он имеет полное право распоряжаться ею как ему захочется. То есть она должна выйти замуж не за того, за кого она пожелает, а за кого он захочет ее отдать.

– Она говорила отцу о том, что беременна?

– Не знаю, – смутился Николай. – По-моему, да… Но точно не скажу.

Лариса посмотрела на Лукашина в упор и быстро спросила:

– Как вы думаете: между Настей и ее отцом могли существовать интимные отношения?

Николай даже отшатнулся:

– Да как вы могли предположить такое?! – возмутился он. – Боже, какая гадость! Да об этом и речи быть не может! Нет! Нет! И еще раз нет! С чего вы взяли?

И посмотрел на Ларису недоверчиво и даже зло.

– Извините, в интересах дела я не буду раскрывать вам источник информации, – сухо ответила Лариса. – Но слухи такие ходят.

Она внимательно смотрела на Николая и наблюдала за его реакцией. Но ничего подозрительного не заметила – Лукашин вел себя так, как и должен был вести человек, впервые узнавший подобную новость о своей умершей возлюбленной.

– Извините, у меня к вам еще один деликатный вопрос – Настя была девственницей, когда вы встретились? – спросила Лариса, не давая ему опомниться.

Николай замялся, но потом прямо взглянул на гостью:

– Нет. У нее была связь до этого. Случайная, еще когда она училась в школе.

– Кто был он, вы не знаете?

– Алексей Ромаев, тот самый адвокат, который вас нанял, – глядя в сторону, ответил Николай.

«Вот это да! – подумала Лариса. – Сколько интересного узнаешь, когда глубже погружаешься во взаимоотношения людей, замешанных в этом деле!»

– Да нет, Карякин при всей его властности и деспотичности все же порядочный человек, – продолжал рассуждать Лукашин. – Но вы ведь не просто так задали мне этот вопрос?

– Не просто так, – согласилась Лариса.

– Кто вам сказал про это?

Лариса отрицательно покачала головой.

– Тогда тот, кто вам наклеветал на Карякина, сам лжец, и рыльце у него в пушку, – в интонации летчика явно слышался металл. – Нет, ничему не верьте и оставьте Карякина в покое.

И Лукашин решительно мотнул головой, претендуя на категоричность своего мнения.

– Николай, а какие отношения были у Насти с матерью? – спросила Лариса, переменив тему разговора.

– Никаких не было, – ответил летчик. – Настя свою мать не любила и предпочитала о ней не говорить. Я же ее никогда не видел и своего мнения о ней не имею. Был, правда, один момент, мне непонятный.

– Какой же?

– Настя отдавала матери деньги из тех, что давал ей Карякин. Я спрашивал, зачем она это делает, а она объясняла, что ей жалко опустившуюся мать.

– Вот как? – машинально переспросила Котова.

А про себя подумала: «Вот, пожалуй, и разгадка того, куда она девала деньги. Только непонятны мотивы этого – неужели любовь к матери? Но ведь все утверждают в один голос, что не могло быть там никакой любви – мать, по сути дела, не воспитывала Настю! Значит, дело в другом. Только в чем?»

– И вы ей верили? – спросила она.

– Я всегда верил Насте, – нахмурившись, ответил летчик. – У меня не было оснований ей не доверять.

– Хорошо. А с женой Карякина вы знакомы?

– С Региной? – переспросил Николай. – Да, знаком. Честно говоря, Настя не хотела, чтобы отец жил с ней. Она хотела, чтобы отец женился на другой женщине. Вы знаете о том, что у Карякина есть внебрачный сын?

– Знаю.

– Настя очень любила братишку и хотела, чтобы отец женился на его матери.

– Но они с Региной были подругами в школе, насколько я знаю…

– Это не основание для того, чтобы принять увлечение отца, – отрезал Николай. – Да и подругами-то были так, чисто номинально. Регина – она вульгарная и резкая, а Настя – домашняя девочка. К тому же существует странная связь между Региной и уже упоминавшимся мной Ромаевым.

Фамилию Ромаева он произнес с явным недружелюбием.

– На любовную связь это не похоже, но что-то между ними есть. Я в этом уверен. И еще одно… Я думаю, это может помочь вам в расследовании. В однокомнатной квартире рядом с Настей живет один алкоголик. С тех пор, как она погибла, его нет дома. Не исключено, что он что-то видел или слышал и теперь очень боится.

– Спасибо, – Лариса поблагодарила летчика. – Николай, у вас есть ключи от Настиной квартиры?

– Есть. Я сразу не вернул их Карякину – было не до того. А теперь никак не соберусь с духом увидеться с ним, – признался летчик.

– Мне нужны эти ключи, – сказала Лариса. – Вы можете отдать их мне?

Николай выдержал паузу, потом полез в карман куртки и отцепил от связки два ключа.

– Возьмите, я надеюсь, что вам можно доверять, – сказал он.

– Да, конечно, – поспешила заверить его Лариса. – Что ж, мне пора. Спасибо вам и за прекрасный завтрак, и за откровенный разговор.

Николай проводил Ларису до машины и на прощанье махнул рукой.

Всю дорогу по пути в город Лариса раздумывала над тем, что уже удалось узнать. Мыслей было столько, что даже пришлось на какое-то время свернуть к обочине дороги и остановить машину, чтобы не попасть в аварию.

Ларису мучило огромное желание побывать в квартире, где погибла Настя. «Не может быть, чтобы я там ничего не нашла или ничего не почувствовала – иногда бывает достаточно взглянуть на место преступления, чтобы открылась истина», – настырно думала она.

Приняв решение, она завела двигатель и направила машину к дому, где еще не так давно жила Настя Карякина.