тип, очень уж у него странный взгляд был, – произнес первый голос. – Эй, Роуз! Ты не видела Лизу? – спросил он третью подругу.
– Лизу? Да, она там.
Уильям повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как девушка указывает на входную дверь, и холод пробежал по его спине. Тип, которого он увидел, был там, и явно намеревался покинуть помещение в обнимку с молодой блондинкой. Его необычайно бледная кожа в неоновом свете казалась еще бледнее. Он улыбался, ослепляя белизной острых зубов, и с жадностью пожирал девушку холодным взглядом.
Уильям устремился сквозь толпу к выходу. Вероятность сделать это, не вызывая хаоса, была минимальной. Он оказался у двери одновременно с Шейном, и оба, выбравшись наружу, принялись искать вампира и его жертву. Но их словно след простыл.
– Куда он мог ее потащить? – с тревогой прошептал Шейн. – Эта девушка- покойница, если мы не выйдем на его след.
– Они не могли далеко уйти, – сказал Уильям. В состоянии, близком к отчаянию, он закинул руки за голову. – Он постарается увести ее в укромное место, где будет легко избавиться от тела. И я очень надеюсь, что он убьет ее, если мы не подоспеем вовремя. Потому что, если этому типу взбредет в голову обратить ее, у нас будут большие неприятности.
Шейн задумчиво покачал головой.
– Раньше это была промышленная зона. Дальше только небольшой консервный завод и склады, в основном заброшенные.
– Они должны быть там.
– Тогда идем!
– Будет лучше, если ты останешься здесь…
– Что? И речи быть не может, – возразил Шейн.
Уильям нетерпеливо фыркнул.
– Если мне придется беспокоиться еще и о тебе, это сильно понизит наши шансы остаться в живых. И если что-то произойдет, твой отец не побрезгует спуститься в ад, чтобы задать мне трепку.
– Мы зря теряем время, – прорычал мальчик сквозь стиснутые зубы и бросился бежать в сторону бухты.
Уильям выругался.
– Такая же упрямая башка, как и все Соломоны.
Они оставили позади улицу, залитую огнями пабов, и вышли на безлюдную дорогу, освещаемую лишь слабым желтоватым светом уличных фонарей. Уильям с Шейном держались в тени, прислушиваясь к каждому движению или звуку, который мог бы вывести их на след отступника и девушки.
Стая собак обнюхивала мусорные баки рядом со зданием, похожим на старый завод. Почувствовав присутствие Уильяма и Шейна, они зарычали и оскалили зубы, готовые напасть.
Шейн шикнул на собак, и те мигом разбежались.
Уильяма почуял запах крови. Он прибавил шагу, пока не добрался до мусорных баков, откуда окинул взглядом всю улицу и ветхое здание, от которого исходил резкий запах. Он присел между баками для мусора и жестом велел Шейну последовать его примеру.
– По другую сторону этого здания. – Он наклонил голову, кивком указывая направление. – Один человек, три вампира.
Шейн кивнул. Он тоже учуял витающие в воздухе запахи и понял, что девушке они больше не смогут помочь.
– Если мы можем их учуять, значит, и они могут сделать то же самое. Скоро вампиры сообразят, что мы здесь, и обратятся в бегство, – прошептал оборотень, не в силах скрыть нетерпение.
Уильям положил руку ему на плечо, и лукаво улыбнулся.
– Первый урок, Охотник: отступники – существа недисциплинированные и настолько самоуверенные, что навряд ли будут держаться настороже. Слишком уж они заняты высасыванием крови из той бедняжки. Хотя, если они нас вычислят, то попытаются разорвать нас в клочки, прежде чем сбежать. Так что… действовать нужно быстро, – произнес Уильям, слегка улыбнувшись, но сразу же посерьезнел. Глаза вампира вспыхнули. – Урок второй: ты будешь делать все, что я скажу, без вопросов и колебаний, ясно?
– Да.
– Я должен вернуть тебя в Хэвен-Фолз целым и невредимым, поэтому я не позволю тебе наделать глупостей. Ты понял?
– Да понял я, понял. Может, уже пойдем? – буркнул Шейн.
Внезапно послышался сдавленный крик, за которым последовал злой, лишенный всякой человечности смех.
Уильям замер на миг, соображая, как им приблизиться к отступникам, оставшись при этом незамеченными. Он поднял голову. Единственно возможным вариантом было атаковать их с крыши. Окутанные тьмой, Уильям и Шейн перемахнули через забор, окружавший здание фабрики, и, словно призраки, скрылись в тени. Двери и окна оказались заколоченными, а погрузочно-разгрузочные доки были спрятаны за кирпичными стенами.
Уильям жестом указал Шейну на крышу.
– Ты первый.
Лицо оборотня озарила легкая улыбка. Он отступил на несколько шагов и, оттолкнувшись, прыгнул, уцепившись за небольшой выступ, торчащий из замурованного окна, после чего устремил взгляд на следующий, оценивая расстояние. Прыжок, и он уже там. Проделав то же самое еще раз, Шейн приземлился на крыше.
Он подал знак Уильяму, и тот стал взбираться по кирпичной стене. Оказавшись наверху, они подползли к другому концу крыши и осмотрели переулок, отделявший фабрику от портовых складов.
Вампир, с которым девушка уходила из бара, сидел на полу, на куске пожарной лестницы, оторванной от стены. Тихий смех срывался с его губ, пока он смотрел, как его партнер, прижимая девушку к груди, заставлял ее танцевать под мелодию, которую он напевал сквозь зубы.
Девушка выглядела жалко. В лунном свете на ее коже отчетливо были видны следы зубов. Они были везде: на горле, запястьях, декольте и бедрах. Она едва держалась на ногах, практически повиснув на руках вампира. Пустые глаза с ужасом смотрели на вампира, и стон сорвался с ее губ, когда она увидела, как он склонился над ней, чтобы слизнуть кровь, стекающую по горлу.
– Нет, – едва слышным голосом взмолилась она.
Вампир не обратил внимания на ее мольбу и обернулся к своему другу.
– А она красивая. Должен признать, у тебя изысканный вкус.
– Сойдет. Хотя спустя столько времени, мне кажется, что они все на одно лицо. Меня интересует лишь их содержимое, ничего больше, – лениво ответил вампир. Увидев, что его партнер снова наклонился к девушке для укуса, он закатил глаза, – А тебе не хватит, Майлз?
– Ты не отдаешь мне приказы, Расс.
– Ведешь себя хуже новорожденного.
Майлз отбросил девушку. Ее тело ударилось о землю с глухим звуком, и он посмотрел на нее безо всяких эмоций.
– Она почти мертва.
Расс покачал головой.
– Дрейк рассердится. Ты обещал оставить ему немного.
Сидящий сверху Уильям понял, что третьего вампира с ними не было.
– Пошел он к черту, я от него устал! – едко сказал Майлз.
Он наклонился к девушке и погладил ее лицо, затем губы и наконец, впадину на шее.
– Поосторожнее с выражениями. Дрейк прикончит тебя, если услышит такие речи.
– Пусть попробует, – фыркнул Майлз. – Я не собираюсь целовать ему ноги только потому, что он стал одним из любимцев этой
