Она теперь мишень — как страшно это знать! Она жила так спокойно, чувствовала себя защищенной; даже никогда не подверглась никаким грубым нападкам. И вот теперь она может стать жертвой, кто-то может убить ее! Кто-то, кто даже не знает ее. Какой-то незнакомый человек. Он может напасть на нее в любой момент.
Первое, что она должна сделать, решила Габи, — это уйти из дома на то время, пока идет расследование. Пока она здесь, слишком легко за ней следить. Она снимет номер в отеле и зарегистрируется под вымышленным именем. Габи довольно улыбнулась: она собьет преследователей со следа.
Она позвонила в свое агентство, сказала, что заболела — это было недалеко от истины, она была в ужасно подавленном состоянии — и что она по крайней мере неделю не сможет работать. Затем обдумала ситуацию. Мистер Харрольдс сказал, что немедленно даст задание одному из своих сотрудников. Быть может, сегодня же. Ей надо спешить.
Габи уже выходила, когда зазвонил телефон. Она замерла на месте, глядя на аппарат. А если звонит отец? Она не может не ответить, даже если на другом конце провода убийца, который охотится за ней.
Ладони у Габи вспотели. Она осторожно взяла трубку, поднесла ее к уху.
— Слушаю, — нерешительно произнесла она слабым, напряженным голосом.
— Какого черта ты ходила к моему дяде? — злобно спросил Марк. — Чего тебе нужно? Не оставить ли тебе наконец в покое мою семью?
Его голос! Сердце у Габи горячо забилось в груди. Хоть он и злится, его голос почему-то успокаивает ее. Ее пальцы нежно гладили трубку. Чудный голос! Может, она никогда больше не увидит его и не услышит этот голос. Если Смиту уже известно про то, что она сегодня затеяла, он не будет медлить с расправой.
— Мне нравится дядя Майкл, — тихо ответила Габи. — Он меня не знает с пеленок, но поверил мне.
Марк тяжело дышал в трубку — как видно, хотел сдержать свою злость.
— Знаешь ли, у него не безупречная репутация…
— Он очень славный старик, — ответила Габи. — Марк, сегодня он мой единственный друг на всем белом свете.
— Габи…
Она чувствовала, что вот-вот слезы польются у нее из глаз. Какие страшные дни она переживает, и в основном по вине Марка.
— Чья-то машина пыталась сбить меня вчера утром, — сказала она твердо. — Кто-то по телефону сказал мне, чтобы я прекратила задавать вопросы о Джо, о его гибели, и когда я вышла из дома, какая-то машина въехала прямо на тротуар и поехала на меня. И потом, когда я вернулась в квартиру — я еще не успела унять дрожь, — опять зазвонил телефон и все тот же голос сказал, что это предупреждение, что в следующий раз мне от него не уйти.
Дыхание на другом, конце провода оборвалось, наступила тишина.
— Ты пожелал мне смерти, не так ли? — прерывающимся голосом сказала Габи. — Можешь считать, твое пожелание скоро исполнится.
— О Габи! — Голос Марка дрогнул. — Габи, я не то хотел сказать!
— Неужели?
Она устало вздохнула. Впрочем, какое это имеет теперь значение, что он имел в виду? В этом мире ей, пожалуй, уже нечего терять. Может быть, она уже никогда больше не услышит его голос, а она еще пытается в чем-то его убедить.
— Послушай, — мягко сказала она, меняя тактику, — мне пора идти. Какое-то время я не буду жить дома. Мне очень жаль, что все так получилось, Марк. И больше всего я страдаю из-за Джо. Он был моим лучшим другом. Я никогда не причинила бы ему зла.
— Габи, я был в полном безумии в тот день. Жутко страдал и казнил себя за то, что упустил Джо. — Он смолк, потом сказал: — Габи, давай пойдем куда-нибудь. Нам нужно поговорить.
Она вся затрепетала на какое-то мгновение, ей захотелось броситься к нему, но потом поняла, что может подвергнуть Марка опасности. Она не перенесет, если с ним что-нибудь случится.
— Нет, — мягко сказала Габи. — Я не могу этого сделать. Если тебя увидят со мной, ты тоже станешь мишенью.
— Какое это имеет значение, черт побери! — воскликнул Марк. — Не буду же я стоять в стороне и ждать, когда они с тобой что-нибудь сделают! Ладно, может быть, я зря верю тебе и терзаюсь. Убеди меня. Поговори со мной!
Габи сжала в руке трубку и нежно поцеловала мембрану. К глазам подступили слезы. Она его так любит! Несмотря ни на что, любит его до безумия!
— До свидания, Марк, — осипшим вдруг голосом прошептала она. — Мне ужасно жаль, что все так случилось. Но ты ни в чем не виноват. Может быть, только в одном — что очень любил своего брата.
— Да еще в том, что разбил тебе жизнь, — глухо сказал Марк. — Ведь это так, да? Я и не подумал, как это подействует на тебя, когда брал деньги. Я недооценил твое чувство ко мне, дорогая. Я только теперь это понял.
— Это было так давно, — медленно сказала Габи.
— То, что случилось с нами на берегу в Хамптоне, было не так давно, — ответил он. — Я не могу забыть.
— Секс — это ненадолго, — сказала Габи. — Ты точно определил: это влечение, которое всегда будет жить в нас. Нить, выбившаяся на свободу из ткани нашей жизни.
— Ну-ну, не слишком ли поэтично? — засмеялся он. — Да разве это только секс? Нас тянуло друг к другу куда сильнее, чем девять лет назад, и ты это знаешь. Мы знаем друг друга до самых тайных глубин.
— Мы изменились.
— Не так уж сильно, — возразил он, — ты все та же щедрая, безрассудная девчонка, готовая пойти на любую жертву. Ты склонна идеализировать мужчин, иначе ты никогда бы и близко не подошла к самоуверенному недоучке, чумазому орангутангу вроде меня.
— Ты забыл добавить: бесстрашному и надежному, — сказала она.
— Ну да. Это про кого из нас я забыл сказать?
Его нежный, мягкий голос манил ее. Габи представила себе их встречу, если бы она сейчас состоялась, и у нее защемило сердце.
— Наверно, про нас обоих, — еле слышно проговорила она.
— Мы всегда были страстными натурами, — напомнил он ей. — Ничего не боялись. У нас все было впереди, и я все погубил. Ты никогда не узнаешь, как мне было больно.
— Да, никогда, — покорно согласилась она. Габи еще крепче сжала в руке трубку и потерлась об нее щекой. Сейчас его голос исчезнет, и уже никогда больше она не поговорит с ним.
— Почему ты не женился? Ты ведь говорил, что тебе хочется иметь свой дом, детей.
— Только от тебя я хотел иметь детей. Ни от кого больше не хотел, — честно признался он. — Время ускользало от меня. Я был так занят Джо, с ним столько было всяких проблем. И «Мотокрафт». Времени хватало только на короткие связи. На женщин вроде Ланы.
— Как поживает Лана? — задала Габи светский вопрос.
— Не знаю, — помедлив, ответил Марк. — После похорон Джо я потерял ее след. Наверно, она в конце концов получила приглашение от арабского принца, которого встретила в Хамптоне, и отправилась к нему.
