Читаем без скачивания Противостояние 2 - Александр Маркьянов

   Вот это выступление - было видно - председательствующему пришлось явно по душе.

   - Спасибо, Егор Кузьмич. Кто еще желает? Товарищ Соломенцев?

   Этот чуть приподнялся - и плюхнулся на место

   - Я попробую кратко. Произошедшее как нельзя лучше показало расхлябанность в кадрах Министерства обороны, расхоложенность, отсутствие должного спроса за выполнение служебного долга. Ситуация эта не касается одних лишь ПВО, она проявляется в целом по всем вооруженным силам. С таким командным составом перестройку в рядах Вооруженных сил не проведешь. Считаю, что нужно немедленно укрепить ряды вооруженных сил кадрово. Все, товарищи.

   - Так, дальше. Товарищ Зайков?

   - Я тоже постараюсь кратко. Совсем недавно присутствующий здесь товарищ Соколов на заседании военно-промышленной комиссии ратовал за выделение новых огромных ассигнований на разработку и постановку в производство новых видов вооружения, разработанных по результатам применения наших войск в Афганистане. Но мне кажется, товарищи, что и наши неудачи в Афганистане, и последний вопиющий случай - это звенья одной цепи. Оружие есть, оружие хорошее и его в армии достаточно. Не хватает грамотных инициативных офицеров, способных правильно применять это оружие. Считаю, что кадровый вопрос в руководстве министерства обороны назрел. У меня все.

   - Спасибо. Дальше, кто...

   Чебриков едва слышно постучал краешком папки по столу.

   - Товарищи... - Горбачев посмотрел на часы - товарищ Чебриков, в пятнадцать минут уложитесь?

   - Да, товарищ генеральный секретарь.

   Чебриков говорил как всегда сухо, даже нудно, уныло. Тон речи совершенно не вязался с тем, что он говорил - в ход шла главная артиллерия. Дальше, явно Шеварднадзе - не упустит возможности, потом, скорее всего Яковлев и наконец, как апофеоз всего - сам Михаил Сергеевич Горбачев. На часы Горбачев посмотрел специально - чтобы потом не дать слова или ограничить по времени. Хотя в принципе - время было.

   Однако, Чебриков удивил своим выступлением. Вместо того, чтобы педалировать эту тему дальше - он "нажал на тормоза", возможно с какой-то далеко идущей целью.

   - Товарищи. То, что произошло - иначе как чрезвычайным происшествием назвать невозможно. Факт вопиющий, репортаж о произошедшем видели многие, об этом говорят телекомпании и газеты по всему миру. Объяснить народу, почему так произошло мы не сможем, это будет воспринято как отговорки. Система ПВО, которая выстраивалась не годами - десятилетиями, на которую потрачены огромные суммы, в том числе и в инвалюте, в которой сконцентрирован все передовые достижения советской военной промышленности, показала свою полную несостоятельность. Но недостаточно просто взять и покарать кого-то, снять с должности, и посадить в тюрьму - так мы не решим проблему, товарищи. Надо как следует разобраться в этой истории, не торопясь и не делая скоропалительных выводов. Из материалов, которые у нас есть на сегодняшний день, становится ясно, что самолет изначально был засечен радарами, но дальше многое было сделано неправильно. Нужно разобраться - откуда вообще взялся этот Руст, помогали ли ему с нашей стороны или на Западе, и если помогали - то кто и с какими целями. Как самолет пропадал и вновь появлялся на экранах наблюдения, почему сразу несколько операторов систем ПВО приняли неправильное решение? Почему о нарушителе не было вовремя доложено наверх, почему тот же товарищ Колдунов, здесь присутствующий узнал от подчиненных о самолете только когда он совершил посадку на Красной площади. Кто из штабов армий и корпусов ПВО, из главного штаба ВО, штаба Московской зоны ПВО знал о пролете нарушителя и какие меры лон предпринял? И какие должен был предпринять по уставу? Каковы схемы согласования действий и подчиненности у нас в ПВО, правильны ли они? Кто виновен в произошедшем? И только потом, товарищи, мы сможем принять разумное и взвешенное решение о наказании виновных в произошедшем товарищей.

   Внезапно, маршал Соколов вспомнил происшествие, которое удивительным образом совпадало с тем, что произошло несколькими днями ранее. Почти в деталях совпадало! Пятнадцатого мая сорок первого года в районе Белостока границу нарушил немецкий трехмоторный транспортник Юнкерс-52. Машина благополучно долетела до Москвы и приземлилась на военном аэродроме в Тушино. После приземления Юнкерса последовали чистки и репрессии: были арестованы начальник ВВС Красной Армии П.В. Рычагов, начальник управления ПВО Г.М. Штерн, командующий Прибалтийского военного округа А.Д. Локтионов, до того занимавший должность начальника ВВС Красной Армии, помощник начальника Генштаба по авиации Я.В. Смушкевич, командующий ВВС Московского военного округа генерал-лейтенант авиации П. И. Пумпур, а также бывший начальник Генштаба К.А. Мерецков и нарком вооружений Б.Л. Ванников. Все они, кроме помилованных начальника Генштаба К.А. Мерецкова и наркома вооружения Б.Л. Ванникова, были расстреляны в октябре 1941, когда уже шла война И это только самая верхушка, на самом деле арестованных и расстрелянных в ВВС были сотни!

   Пятнадцатого мая сорок первого года!!!

   Этот пролет обезглавил ВВСС перед самой войной! В военно-воздушные силы пришли люди, которые просто не могли ими управлять, многие были передвинуты снизу, но, извините, командовать истребительным звеном, это одно - а полком или даже дивизией - совершенно другое. И двадцать второго июня ни одна часть советских ПВО не смогла достойно встретить рвущихся через границу фашистских стервятников! В первые дни и часы, когда можно было сломить ситуацию в самом начале - имела место потеря управляемости, отсутствие взаимодействия и нормального командования. Соколов знал подлинные цифры и факты, и он знал что ни на одном из трех стратегических направлений вторжения, ни на севере, ни в центре ни на юге у фашистов не было ни численного, ни технического превосходства над РККА. Их можно было отбить с самого начала, но - истребители не прикрыли бомбардировщики, бомбардировщики не смогли сбросить бомбы на колонны вторжения, потому что были выбиты хозяйничающими в небе Мессерами, истребители и артиллерия ПВО не смогли прикрыть небо. Четыре года и двадцать с лишним миллионов человек - вот что стоило тогда стране это! И решение Сталина и полет этой транспортюги - все один к одному.

   А если эти сейчас - хотят повторить?!

   Морозом обожгло кожу. Это был мороз того самого зимнего февральского вечера, когда он едва не погиб под кабаньими клыками. Поваленное дерево, на котором так удобно сидеть, потрескивающий чуть в стороне костер, медный запах кабаньей крови. Сидящий напротив человек с кристально чистыми, не замутненными сивухой глазами, и его слова - одно немыслимей другого.

   Если не мы - то кто? За нас - никто не разгребет. Надо самим.

   Эти - ошиблись. Сами того не зная - они ошиблись. У каждого человека есть грань, шаг за которую опасен. Смертельно. Маршал Советского Союза Сергей Леонидович Соколов, воевал ту войну и помнил, как это было. А у тех, кто прошел через это и выжил, на всю жизнь осталась только одна цель, одна миссия - единая для всех выживших.

   Не допустить, чтобы это повторилось вновь.

   И маршал Соколов принял решение. Он - не допустит. Сделает все что в его силах. Потому что кроме них - и вправду, некому.

   Соколов незаметно вернулся в зал, вынырнул из глубокого омута памяти. Заметил злобные глаза Яковлева - и понял, что тот выступать не будет, папки не было. Как всегда будет держаться в стороне, даже если сейчас все выступят - он воздержится. Этот бьет в спину.

   - Слово имеет товарищ Шеварднадзе Эдуард Амвросьевич.

   Шеварднадзе говорил стоя. Не мог сдержать себя. Даже не смотря в написанную речь - ее у него и не было, говорил что думает.

   - Кратко скажу, товарищи - позор! Позор, какого еще не было! То что произошло - не случайность, этот вопиющий факт отражает общее состояние в вооруженных силах страны! На месте присутствующего здесь товарища Соколова - я бы сам подал в отставку, вспомнил про офицерскую честь!

   Горбачев видимо хотел что-то сказать, возможно привычно одернуть - внутренне соглашаясь со сказанным, но блюдя приличия - но Шеварднадзе уже сел на место.

   - Еще выступить, товарищи?

   Горбачев оглядел зал. Никто из военных даже не попытался - знали, что смысла нет. Соколов заметил, как держится Колдунов, тронул за рукав. Бывший ас, маршал авиации чуть заметно кивнул - нормально. Выдержу.

   - Тогда выступлю я, товарищи. Конечно, произошедшее - это безобразие. Опозорили страну, унизили народ! Такого не было даже в сорок первом, тогда посты ВНОС*** - и то лучше работали. А сейчас... техники закупили, израсходовали миллиарды рублей и в конечном итоге получили самолет на Красной Площади. Я не буду повторяться, товарищи уже и так многое сказали. Главный вывод, который мы должны сделать- в армии, как и во всем нашем обществе должны быть законность и порядок. Не надо рубить с плеча, есть закон, есть соответствующие органы - вот и пусть расследуют по закону. Кто виноват - пусть наказывают. Все, кого это касается должны предстать перед советским судом, он и определит меру наказания. Халатность - значит, халатность - будем наказывать. Если что-то большее, чем халатность - значит, будем наказывать и за это. Наказывать будем всех, невзирая на должности и звания, товарищи!