взял таксу на руки, — так как они больше не нужны. У нас есть контакты в частях, нам сообщают, и мы забираем собак, потом пристраиваем… стараемся пристроить хорошим людям. Многих забрали, но на Каштана пока нет желающих.
Тот сделал пару кругов по слишком тесному для него вольеру и снова кинулся на ограду, грыз ее так, что звон стоял. Черников беспомощно глянул на Риту, показал на пса, потом куда-то в темноту.
— Как — усыпляют? Я думал, что их в приют отдают, вроде вашего, они там доживают свои дни. Я не знал, что с ними вот так…
— Вот так.
Парень с таксой ушел в дом, девушка хлопнула по сетке, прикрикнула на Каштана, но тот и ухом не повел. Правда, не лаял уже, но зверски рычал, и даже в полутьме было видно, что клыки у него просто отличные, белые, острые, превосходные клыки. Черников подошел вплотную, пес прижал уши, поднялся на задние лапы и рыкнул Черникову в лицо.
— А на зонах караульных собак не списывают. Зэки любят собачатину как профилактику туберкулеза, простите за подробности.
— Да ладно, — ахнула Рита, — так нельзя, это дикость какая-то!
Черников прижал ладонь к сетке, пес щелкнул зубами, но промахнулся.
— Отделение, подъем. Выходи строиться! — вполголоса сказал Черников и тут стало так тихо, что аж уши сдавило. Вот будто разом все звуки мира взяли и отключили одним рубильником, все до единого. Черников так и стоял, прижав ладонь к сетке, а Каштан сидел напротив и подметал землю роскошным хвостом.
— Выходи строиться! По машинам!
Каштан вдруг заскулил, вскочил, снова сел, задрал морду.
— Лежать, башку береги! Башку убрал, кому сказано!
Каштан плюхнулся наземь, точно ему лапы подрубили, вжался в пыль и снова заскулил. Черников присел на корточки, просунул пальцы через сетку.
— Осторожно! — девушка кинулась к нему, Черников остановил ее.
— Ко мне, ко мне, быстро.
Черная махина поднялась с земли, медленно подошла и ткнулась носом Черникову в ладонь. Тот погладил пса по морде, поднялся. Каштан снова кинулся на сетку, но уже молча, потом еще раз, еще и заскулил.
— Тихо, тихо, — Черников прижал к сетке обе ладони, — не ори, дурак, чего орешь. Тебе повезло, скотина, а ты истерику устроил. Иди сюда, иди, иди.
И принялся через сетку чесать пса за ушами, тот жмурился и норовил лизнуть Черникова в лицо.
— Вы ему понравились, — сказала девушка, — первый раз его таким вижу.
— Ему без дела тошно, — Черников никак не мог оторваться от собаки, — вот он и бесится. Все, братан, ты на пенсии, гуляй, отдыхай и больше не позорься. Я к тебе еще приеду.
Подбежала такса, уже без темной полосы на ухе, принялась прыгать на гостей и на хозяев, девушка прикрикнула на нее, но веселая псина не обиделась, а ускакала к дальнему вольеру, куда отвели «новенького». Рита тоже пошла туда — найденыш лежал под навесом на подстилке и шевелил ушами, было видно, что ему страшно и он очень устал, а его миска с водой была почти пустой.
— Поехали, — сказал Черников, — второй час ночи уже.
«Как второй час?» — Рита схватилась за телефон. И правда, была уже почти половина второго.
— Позвоните мне утром, — попросила Рита девушку и погладила неугомонную таксу. Та радостно тявкнула и побежала к Черникову. Получила свою порцию ласки, сунулась в вольер к «балерине», но та спала.
— Возьмите, — Черников дал девушке несколько крупных купюр, — купите этому зверю пожрать нормально и вообще все, что надо.
— Мы всех наших собак хорошо кормим, — сказала та, — у нас есть сайт и кошелек в Сети, нам многие помогают.
— Ну и я помогу, — Черников впихнул ей деньги, — я к вам еще заеду. Все, по домам.
Дождь все-таки нагнал их на полдороге, по лобовому стеклу ползали «дворники», лило так, будто вся вода этого мира скопилась над их городом и разом рухнула с небес на землю.
— Выпили вина, называется, — Черников всматривался в стену ливня перед машиной, — нормально так посидели, неплохо время провели.
Рита смотрела в окно, в тепле клонило в сон, глаза слипались. Немногочисленные машины еле ползли, а сейчас вообще остановились, движение замерло.
— Я не могла его там бросить, — сказала Рита. — Он бы погиб. Прости, что так вышло.
— Нормально все, — Черников тронул машину с места, объехал «газель», — красивый пес, его хозяева найдутся. Наверное, сами волосы на себе рвут, я бы переживал. Давай хоть кофе выпьем, что ли.
Он свернул к АЗС, там имелось небольшое кафе, пустое в этот час, но до того светлое и уютное, что хотелось плакать, просто от того, что тут не страшно, не колотит по крыше ливень и даже есть молоко.
— Хоть что-то выпить, — Черников кинул в свой стакан несколько кусочков сахара и принялся быстро размешивать, — а то я озверел, как та собака.
Рита фыркнула, Черников засмеялся, и они просидели в кафе почти три часа. Вышли уже засветло, ливень давно прекратился, ветер быстро растаскивал тучи, над дальним лесом показался край багрового солнечного диска.
— Куда тебя везти? — Черников был бодр и свеж, точно проспал всю ночь, а не шарахался по бездорожью.
— На работу.
Глаза закрывались, кофе не помог. Рита улыбнулась Черникову и увидела в зеркале свою бледную физиономию и растрепанные волосы. «Какой ужас!» — она принялась поправлять прическу, Черников ухмыльнулся.
— Чтобы ты там уснула? Езжай домой, банк без тебя не рухнет.
— А вдруг? — Рита кое-как привела себя в порядок. — Отчет сегодня сдать надо, Милютин меня сожрет.
«Ровер» остановился на красный, Черников включил поворотник, и тот тикал, точно бомба.
— Милютин, Милютин… Это толстый такой, в очках, с наглой мордой?
— Руководитель проектов комплаенс, — уточнила Рита.
— Ну да, ну да, — Черников повернул, миновал еще один перекресток, и они оказались в центре города, тихого и почти безлюдного ранним утром. Мимо прошла поливалка и окатила водой асфальт, весь в лужах после ночного ливня; промчался велосипедист в наушниках.
— Езжай спать, Милютина я на себя беру, — распорядился Черников, — у меня к нему есть претензии, я их с утра ему и предъявлю. Он на неделю о тебе забудет, гарантирую. Недели тебе хватит на отчет?
— Хватит. А он точно не…
— Точно, точно, — перебил ее Черников, — зуб даю. Адрес говори.
Подвез ее к дому, посмотрел странным взглядом на подъезд, на окна, точно впервые в жизни видел, снова на Риту, на дом.
— А мы почти соседи. Твоя или снимаешь?
— Снимаю, — честно сказала Рита, ей очень хотелось закончить этот разговор. Черников опустил стекло и внимательно осмотрел фасад дома.
— Окна
