— Нет, — коротко бросил Стивен.
Отобрав у нее лампу, он снова схватил Белль за руку.
— Слава Богу! Я, признаться, нисколько не сомневалась, что там труп.
Ее вдруг затрясло так, что даже зубы застучали, как кастаньеты, а перед глазами все поплыло. Казалось, она снова слышит тот жуткий треск, когда череп трактирщика раскололся под ее ударом. Тряхнув головой, чтобы избавиться от этого наваждения, Белль спросила:
— Стивен, а это… эти…
— Не думай сейчас об этом, Белль. Мы уедем из этого страшного места с первыми лучами солнца. К этому времени сюда подоспеет напарник мистера Фрая. Думаю, они и без нас справятся с этим кошмаром. А мистеру и миссис Смит пришло время исчезнуть.
Белль по-прежнему тряслась как осиновый лист, гадая, как же можно пылать, словно в лихорадке, и одновременно дрожать от холода.
— Значит, он мертв? Я хочу сказать — Каскер? — слабым голосом спросила она, борясь к подступающей к горлу тошнотой.
Внезапно перед глазами стало темно, словно какая-то пелена скрыла от нее весь остальной мир.
— Очень надеюсь, что нет, — ледяным тоном отрезал Стивен, теснее прижимая Белль к себе. — Слишком уж легкий конец для такого мерзавца! Эти двое долгие годы грабили и убивали проезжих, имевших несчастье завернуть сюда в поисках ночлега. Я бы многое отдал, чтобы увидеть, как вздернут эту парочку!
— А я нет, — слабеющим голосом прошептала Белль и первый раз за всю свою жизнь упала без чувств. Ей вдруг показалось, что она со страшной силой несется куда-то по длинному черному туннелю, и последнее, что она услышала, был голос Стивена, когда он со страхом выкрикнул ее имя.
Глава 8
— Рада, что не пришлось оставить кучера Джона в этом жутком месте. Бедняга и без того достаточно натерпелся. Наверное, более неприятного приключения у него не было за всю жизнь.
— Учитывая тот удар по голове, который он получил, парень может считать, что ему здорово повезло и он вообще остался в живых, — напомнил Стивен.
— Возможно. И все же, думаю, он будет счастлив, когда сможет наконец избавиться от нас. — Белль выглянула в окно, словно желая лишний раз убедиться, что раненый на месте. А потом рассеянно добавила: — Однако не было никакой нужды тратить лишние деньги. Я и сама могла бы править лошадьми — конечно, если бы вы попросили. Впрочем, должна сказать, что легкой коляской править куда приятнее, да и движется она быстрее, чем эта колымага. Надеюсь, добравшись до Йорка, мы сможем нанять приличный экипаж?
— Конечно, дорогая, вы без труда справились бы с лошадьми, — кивнув, пробормотал Стивен. — И с четверкой, и с парой. Нисколько не сомневаюсь.
— А вам это не нравится? — удивилась Белль. То, что Стивен этим утром предложил составить ей компанию в карете, страшно обрадовало ее, тем более что она догадывалась, какая это для него жертва — учитывая погожий денек. — Между прочим, это еще одно подтверждение, что меня воспитывали самым что ни на есть неподходящим образом. Видите ли, мой первый отчим сам когда-то учил меня править.
— Вовсе нет. Напротив, я восхищен вашими многочисленными талантами, моя дорогая. В конце концов, нет ничего необычного в том, что дама рисует акварели. А вот играть в карты или править каретой… — Стивен неожиданно расплылся в улыбке. — Правда, когда я в первый и единственный раз увидел вас верхом на лошади, то сразу понял, что вам лучше и безопаснее путешествовать в экипаже.
Белль неодобрительно фыркнула и надулась.
— Между прочим, это была не лошадь, а корова. Дайте мне вашего Короля, и тогда посмотрим, не отпадет ли у вас охота делать подобные ехидные замечания по поводу моего умения держаться в седле.
— Всему свое время, дорогая, — кивнул Стивен. — Эту привилегию нужно вначале заслужить.
Склонившись к Белль, он заботливо оправил платье у нее на коленях. Все это утро Стивен был неправдоподобно внимателен к ней. Белль усмехнулась про себя — скорее всего ее вчерашний обморок напомнил ему, что она, в конце концов, самая обыкновенная женщина, а стало быть, нуждается в том, чтобы с ней обращались бережно, словно она хрупкая, драгоценная безделушка. Белль невольно смущалась, она никак не могла понять, нравится ей это или нет. Конечно, в нежности есть и свои преимущества, однако гордость ее невольно протестовала, ведь в собственных глазах она считала себя во всем равной Стивену.
Смущало ее и другое: к несказанному удивлению Белль, этим утром, открыв глаза, она увидела, что уютно свернулась клубочком в объятиях Стивена, руки ее обнимали его за шею, пальцы запутались в его волосах. И сейчас она с трудом могла заставить себя поднять на него глаза.
— И заслужу. А мой вчерашний проигрыш — не более чем простое невезение. Больше у вас таких легких побед не будет, и не надейтесь, — буркнула она, постаравшись, чтобы голос ее звучал как можно более непринужденно, хотя при одном только воспоминании о том, что им довелось пережить, кожа у нее до сих пор покрывалась мурашками. — О Господи, я просто умираю от усталости! И голодна как волк.
— Ничего удивительного. Посмотрим, что тут можно придумать. Ну, можно считать, что нам повезло, — через пару минут ответил Стивен. Отодвинув занавеску, он выглянул наружу: — Смотрите, Белль, чем решил нас порадовать новый день.
Белль придвинулась к нему, и щеки их соприкоснулись. В ее взгляде читалось нетерпение. Удача действительно им улыбнулась. Словно устав хмуриться, небо наконец прояснилось, из-за туч выглянуло солнце, позолотив своими лучами легкую пелену снега, покрывавшую землю, и поросшие вереском болота, среди которых паслись овцы, осторожно переступая ногами, чтобы не задеть птиц. Деревни, которые они проезжали, выглядели зажиточными, даже дороги, несмотря на проливной дождь, хоть и были покрыты грязью, казались вполне приличными.
Внезапно перед их глазами появился небольшой холм, сплошь покрытый поникшими нарциссами. Прибитые к земле вчерашним дождем, цветы упрямо тянулись к солнцу, изо всех сил стараясь оторвать от земли намокшие чашечки, чтобы обсохнуть. Яркое желтое пятно радовало глаз. Стивен и Белль любовались им, пока холм не пропал из виду. Впереди вдоль дороги замелькали крыши. Городок выглядел просто очаровательно: дома в лучах солнца имели веселый и довольный вид, что было особенно приятно после угрюмого и страшного трактира, где им довелось провести ночь.
Она не переставая твердила себе, какое это облегчение, что их путешествие понемногу подходит к концу. А стало быть, конец и их маскараду — мистер и миссис Смит вскоре прекратят свое существование, что не может не радовать, учитывая страшные испытания, выпавшие на долю этой несчастной четы.
