Читаем без скачивания Кунсткамера аномалий - Игорь Винокуров

В конце концов, 34 гостя из 35 на личном опыте убедились, что Боллечин-хауз оказался домом более чем беспокойным. Как отнёсся к этому хозяин дома, осталось покрыто мраком неизвестности…

В нашем веке «нехорошие» дома и места продолжают доставлять беспокойство людям сходным образом. О бытиях лета 1918 года в орловском детдоме говорилось в самом начале нашего рассказа о беспокойных домах. Вообще же в первые годы советской власти подобных сообщений было немало – людям нередко приходилось покидать насиженные места и селиться в незнакомых, которые, бывало, оказывались беспокойными. Так, в одном из номеров журнала «Чудеса и приключения» за 1993 год безымянный автор сообщил о двух подобных случаях. Его знакомая – Ф. О. Полякова в годы революции вместе с дочерьми эвакуировалась из Москвы в один небольшой южный город России, переполненный беженцами. Ей с трудом удалось найти свободный дом – единственный в городе. Он пустовал, так как считался «нечистым». Однако выхода не было – пришлось там поселиться.

С первых же дней начались странности: непонятные звуки из-под пола, входящая в дом женщина, которая в нём загадочно исчезала. По просьбе Поляковой вскрыли пол и обнаружили гроб с женским трупом. Его захоронили как положено, и беспокойства прекратились.

Другой Случай приключился с писателем Б. А. Садовским, которому пришлось по переезде из Ленинграда в Москву поселиться в подвале Успенской трапезной церкви Новодевичьего монастыря. Писателя на новом месте жительства стали беспокоить странные звуки из-под пола. Пришлось обратиться к коменданту. Тот распорядился разобрать пол подвала. Под ним обнаружили двадцать два гроба – представителей духовенства издревле было принято хоронить под церковью. Гробы вынули и захоронили на кладбище, а писатель стал жить спокойно, ожидая улучшения своих жилищных условий.

А в самом начале Отечественной войны беспокойной стала шахта! Об этом в 1987 году сообщил ленинградец А. И. Богомолов. Вот что рассказал Андрей Ильич: «В 1941 году я работал на одной из воркутинских шахт. Однажды шахту закрыли на целых две недели: из неё неслись стоны, шум. Мы работали рядом и все слышали. Некоторые из нас ходили туда, но вылетали, как сумасшедшие. Взрывались электролампы. Из Москвы приезжала комиссия. Через некоторое время все прекратилось, и мы приступили к работе. А на шахте нашли какого-то „врага“, как это бывало в то время».

Одна из жительниц Харькова недавно сообщила о странных событиях, очевидцем которых стала в 1950 году в Днепропетровске. Вот что она рассказала: "Жила я в частном доме. И вот ночью с шумом стали летать в комнате стулья. Такое впечатление, как будто их кто то приподнимает и с силой бросает. Зажгла свет. Кругом валяются стулья. Проверила – нигде никого нет, двери заперты.

Тогда я стала ложиться спать, не выключая свет, да, собственно, лежала, а не спала. А спальню от комнаты отделяли шторы. И вот лежу я с открытыми глазами, и передо мной появился мужчина. Немолодой, плотный, наклонил голову ко мне и как-то иронически улыбался. Постоял минуту и исчез. Задвигались шторы, хлопнули двери комнаты и наружная.

А наутро двери оказались заперты, никаких следов.

Лицо этого мужчины я запомнила навсегда. У него одежда и лицо были одного цвета, бледно-жёлтого. Облик какой-то нечеловеческий, чуть-чуть светящийся, как неживой.

Потом две ночи летали стулья, всё было разбросано. В квартире спрятаться никто не мог, я тщательно проверяла. И я срочно выехала в Харьков, к родным. Там подобное не повторялось".

Видно, тот частный дом оказался беспокойным. К сожалению, осталось неизвестным, как в нём себя чувствовали последующие квартиранты.

Иногда потенциально беспокойный дом действительно становится таковым после какого-нибудь провоцирующего происшествия. 0б одном таком случае сообщила Милона Тамм из Эстонии. Её рассказ был напечатан в специальном выпуске альманаха «Феномен» в 1991 году. Милона рассказала, что ee родители купили хутор, хозяйка которого умерла 3aj несколько лет до этого. На хуторе стоял старинный дом, рядом разваливающиеся сараи и амбары. Дочь хозяйку в шутку сказала, что если повезёт, то здесь и клад можно найти. "Однажды, – рассказывает Милона, – мы вспомнили про этот разговор и стали обсуждать: а что, если в громадной старинной печке деньги спрятаны?

После всех этих разговоров стали происходить странные вещи. Кто бы сказал – не поверила. По природ я – страшный скептик, да и было мне тогда лет 15-16, и никаким страхам и россказням не верила. А тут бабуля хозяйка, видать, рассердилась на нас, царство ей небесное. Не нужно было обсуждать её и на клад зариться.

Вечерами мы часто на кухне играли в карты, иногда даже засиживались за полночь. Вдруг наверху начинал кто-то ходить, стулья двигать. У нас на чердаке была ещё комната, там я жила. Жутко становилось. Мы послали мужчин наверх проверить. Зайдут – никого, и пока они там находятся – тишина. Спустятся вниз – опять шаги, и настолько явственные, что ушам не верилось. Я с тех пор в той комнате перестала ночевать, страшно было. Мы даже соседей звали послушать. Когда я замуж вышла, мы с мужем снова заняли ту комнату. Сидим как-то вечером, слышим, будто кто-то пришёл: открылась и закрылась входная дверь. Я спустилась – никого, закрыла дверь на ключ. Через несколько минут опять кто-то зашёл, у меня аж мурашки по спине забегали. Муж посмотрел – дверь на ключе. Страх, да и только. Иногда слышались шаги на лестнице, даже кто-то будто скрёбся за дверью, шумы, шорохи всякие, половицы скрипели… Мы в те вечера уже спать не могли – просто тряслись от страха. Включали свет и радио погромче, и только так засыпали. Родне рассказали, те посмеялись. Кончилось тем, что продали этот проклятый дом".

А теперь перенесёмся из балтийской Эстонии в холодную северную тундру, где даже временные места обитания человека могут оказаться беспокойными. Именно о таком случае летом 1996 года сообщил житель Воркуты М. А. Уляшев. К сожалению, Михаил Алексеевич не написал, когда это с ним было. Вот что он рассказывает:

"Как-то вечером, а вечера в Арктике очень длинные, так как в полярную ночь солнце вовсе не появляется на горизонте, двое из нашей геофизической партии рассказали мне весьма пикантную историю. Они в один голос утверждали, что из окна дощатого домика, где мы сидели возле печки и пили чай, они видели малиново-красный шар, приплюснутый к земле, и этот шар Двигался. Когда же они решили подойти поближе к неизвестному объекту, то шар начал подниматься и улетел за горизонт. Тогда я поинтересовался, а не выдавал ли в этот день начальник партии спирт для технических нужд? В геофизических поисковых партиях очень много точных приборов, требующих тщательной чистки и регулировки перед работами. Геологи отметили, что в этот день они действительно получали спирт, протирали и чистили приборы. Тут я не выдержал и громко расхохотался. «С пьяных глаз можно увидеть не только малиновый шар, но и кривоногих чёртиков», – сказал я им вполне серьёзно. Они недоуменно посмотрели на меня и обиделись. С тех пор мы поссорились на этой почве. Дело происходило в балке – домике на полозьях под номером четыре.

Этот случай постепенно забылся, но жить в этом балке почему-то все отказывались. В нём происходили разные каверзные происшествия, и поэтому домик пустовал. Лишь иногда проезжие оленеводы останавливались там на ночлег.

В один прекрасный морозный день в феврале начальник геофизической партии мне объявил, что все переезжают на новое место стоянки за сотни вёрст, а я должен остаться сторожить технику, которую доставят позже. Возражений быть не могло, и пришлось согласиться. Домики подцепили трактора, и санный поезд покинул место стоянки. Каково же было моё удивление, когда домик номер четыре оставили мне, а все остальные переехали на новое место. Тут у меня волосы зашевелились! Кругом безбрежная тундра, белое безмолвие, а иногда это холодное место со снежными заносами называют ещё и белой погибелью, а я обязан сторожить и ухаживать за оставшейся техникой. Все те байки, которые я слышал раньше, просто не выходили из моей головы.

Первая ночь прошла спокойно, но в дальнейшем я был просто атакован неизвестными пришельцами. Никаких шаров, конечно, не видел, но в домике стоял полный бедлам. Сперва начали передвигаться тарелки, а полярные совы с непонятными звуками принялись стучаться в дверь. Я невольно насторожился. Наточил топор поострее и положил его возле койки на случай внезапного нападения, а лук со стрелами лежал на столе, готовый к стрельбе. Ружья не было, и приходилось рассчитывать на первобытные орудия обороны.

Атаковали меня через две недели после переселения. Однажды ночью, когда я уже спал, вдруг раздался громкий взрыв возле противоположной от меня стены домика. Я вскочил и схватился за топор. Затем в домике воцарилась тишина. Тогда я зажёг свечу, другого света не было, и стал осторожно осматривать стены. Никаких повреждений от взрыва не обнаружил. На полу валялись какие-то незнакомые мне предметы, я наклонился к ним, и при этом свеча потухла. В это время в окошечке засветилось лицо женщины – с некоторой аномалинкой, но довольно симпатичное. Она была похожа на актрису кино Веру Васильеву, очень популярную в фильмах 50-х годов. Видение исчезло моментально, как только я чиркнул спичкой. Тогда у меня мурашки пробежали по спине, стало не просто страшно, но и жутко. Долго я стоял в оцепенении, не зная, что и делать. Ведь на дворе глухая ночь, за сотни вёрст ни одной души, и я наедине с неизвестными призраками.