Чаще всего женщина появляется в предрассветные часы, примерно от трех до пяти утра, но были случаи, когда её видели и в одиннадцать, и в двенадцать ночи. Визиты незнакомки непродолжительны, от нескольких секунд до четырех-пяти минут. Спят или бодрствуют хозяйки квартиры – значения не имеет, но каждое её появление предваряется состоянием панического страха, ужаса. Однако стоит взглянуть на гостью, как страх пропадает.
В момент исчезновения женщины в белом и сразу после этого появляется тяжесть в голове и руках, тело кажется разбитым и уставшим. Через некоторое время это состояние плавно исчезает.
Со временем девушки привыкли к посещениям незнакомки и уже так бурно, как поначалу, не реагируют. Я, по крайней мере, не заметил, чтобы они очень уж сильно боялись этой неожиданно свалившейся на их голову напасти.
Разговаривать с гостьей никто не пытается, лишь однажды Лариса спросила: «К худу или добру?» Ответ прозвучал телепатически: «К добру!»
Но так происходит не со всеми. Был случай, когда женщина в белом появилась в соседней квартире, и вскоре у живущей там девушки произошли крупные неприятности в личной жизни.
Однажды понаблюдать за женщиной в белом напросился знакомый одной из девушек, Алексей. Белая фигура возникла внезапно. Алексей потянулся к выключателю, но тут же получил мысленный приказ: «Не надо!» Тогда он попытался её обойти. Шаг в сторону – женщина тоже, шаг в другую – она опять преградила путь. Тогда Алексей протянул руку и отодвинул настырную незнакомку. При этом его рука не коснулась белой фигуры, однако та отодвинулась. Парень сделал шаг, и вновь женщина стояла перед ним, не пропуская.
Алексей поднял руку для удара, но получил мысленное предупреждение о том, что при этом разобьётся стекло, что разбудит спящих девушек (за спиной женщины находилась стеклянная дверь, ведущая на кухню). Тогда Алексей плавно, но с ускорением ткнул рукой перед собой. Рука пронзила женщину в белом насквозь и ладонью упёрлась в стекло. И в тот же миг незнакомка очутилась по ту сторону двери.
…Когда появилась женщина в белом, Ирина сильно испугалась. Тут же ей была внушена мысль о том, что Лариса рядом, и девушка успокоилась (Лариса, однако, была на работе в ночной смене). Какая-то сила подняла её и, оставив в горизонтальном положении, перенесла в соседнюю комнату. Затем тело девушки опустилось на пол, причём голова очутилась на включённой электроплитке (это случилось 20 ноября, в комнате было холодно). Ирина не чувствовала ни жары, ни холода – ничего.
Утром девушка проснулась на своём обычном месте. Все, что произошло ночью, помнила отлично. Возникает вопрос: если это было не астральное тело, а физическое – могло ли оно спокойно лежать на включённой электроплитке? Если кто-то скажет, что могло, экспериментируйте сами, тут я вам не помощник.
Ещё одно наблюдение: в квартире девушек женщина в белом всегда появляется из одного и того же угла. И оно не единично. Очень часто такие призраки появляются вблизи кладбищ, в старинных замках, древних строениях. Есть, очевидно, какая-то привязка к определённым местам.
Фантомы могут активно воздействовать на материальные тела и даже на физические процессы. Возьмём примеры из той же квартиры.
Неоднократно девушки оставляли на ночь свет включённым, но после каждого посещения их квартиры женщиной в белом все лампочки оказывались перегоревшими. Плохо стал работать телевизор, причём из всего многоквартирного дома телевизоры плохо работают только у этих девушек и в квартире этажом выше.
Кстати, там лет пять назад была убита девушка. Не исключено, что именно её фантом появляется в этом многострадальном доме.
Почему-то чаще всего рассказы о призраках, женщинах в белом и т. п. связаны с когда-то жившими людьми, умерщвлёнными насильственным путём. Вот, например, что рассказала мне та же самая Лариса:
"Два года тому назад моя лучшая подруга Люба отравилась. А через две-три недели… она стала по ночам приходить ко мне. По виду нормальный человек, одета как обычно, в свитер. Она ходила по комнате, садилась на кровать и разговаривала со мной. Тело её не было прозрачным, но однажды, когда я, в волнении, закурила, дым прошёл через фигуру подруги насквозь. Да и в движениях какая-то неестественность чувствовалась.
Разговаривали обо всём. Не раз Люба предлагала присоединиться к ней. Она уверяла, что ей там хорошо и даже нравится. Однажды Люба показала мне лист бумаги, на котором были написаны семь фамилий. Эти люди вскоре должны были уйти к ней. Мне стало страшно, так как это были ребята из нашей компании, друзья, но я ничего не могла сделать. За полгода шестеро из этого списка погибли и все – насильственной смертью (кто-то зарезан, кто-то застрелен, кто-то разбился на мотоцикле и т. д.).
Люба регулярно приходила ко мне в течение года, а когда я поставила в церкви свечку, её визиты, наконец, прекратились".
Виктор Петрович заканчивает свой рассказ такими словами: «Только об одном хочу предупредить: не занимайтесь самодеятельными экспериментами в этой области. Это очень опасно!» Совет этот своевременный и добрый, ему действительно необходимо следовать. Ведь неведомое всегда неожиданно и опасно, к тому же нередко весьма коварно. Об этом, в частности, предупреждал и А. Блок. У него в чудесном стихотворении «Есть игра: осторожно войти…» этому посвящены такие вот предостерегающие строки:
А пока – в неизвестном живёмИ не ведаем сил мы своих,И, как дети, играя с огнём,Обжигаем себя и других…
Но продолжим нашу экскурсию по беспокойным домам. Не в одной только доброй старой Англии, но и в нашей многострадальной России старинные, имеющие богатую, нередко трагическую историю дворцы оказываются беспокойными. Пример тому – Михайловский замок в Санкт-Петербурге и расположенные в окрестностях северной столицы Гатчинский дворец Екатерины II и Екатерининский дворец в Царском Селе. Что существенно – беспокойства там проявляются и в наши дни. Тому есть множество свидетелей среди работников охраны и персонала, занятого обслуживанием зданий в ночные смены.
Вот, например. Гатчинский дворец. Его построил Ринальди, а доводили «до ума» Бренна и Кузьмин. В нём томился Павел 1, закончивший свой земной путь в Михайловском замке. О том, с чем в 1990-1992 годах сталкивались по ночам в Гатчинском дворце милиционеры из службы его охраны, рассказала Е. Анфимова. Как и В. Тетис в его случае, она побывала на месте событий и подробно расспросила очевидцев. Вот её беседа с сержантом милиции Анной Евдокимовой, которая работала во внутренней охране дворца: "Ощущение такое, что мимо кто-то быстро проходит, обдавая тебя ветерком. В центральной части дворца это бывает реже, а вот в арсенальном каре часто слышны мужские, иногда женские шаги, а то вдруг будто собака пробежит. Один раз в зале раздался смех, мы думали – грабители или кто-то из реставраторов заночевал. Стали искать – никого, а смех то из одного угла, то из другого. Потом все стихло.
«До того, как вы начали работать здесь, вам приходилось слышать об этих явлениях?»
«Перед самым первым дежурством ребята меня предупреждали, но думала – разыгрывают. До тех пор, пока сама не убедилась. – Эти… призраки не причиняли вам зла? – Одного сотрудника внутренней охраны пытались душить, но он сделал вот так, – Аня проводит тыльной стороной ладони по подбородку, – и его отпустили. Другой милиционер как-то прилёг отдохнуть на топчан, вдруг слышит, прямо к нему – шаги. Идёт кто-то и не сворачивает, прямо через него. Тогда он стал ругаться: „Зачем на людей наступаешь?!“ Ему никто не ответил, и все стихло. А вот ещё один милиционер с центрального поста рассказывал, что видел, как в воздухе появился светлый сгусток вроде облака, почти над самым полом, и скрылся за скульптурой „Урания“. Он шёл, потрогал скульптуру, вроде все на месте, а облака нигде нет».
Все это, сообщает Анфимова, уже давно не новость для работников милиции: «Я расспрашивала о привидениях, и Аня отвечала таким тоном, словно речь шла о протекающем кухонном кране: досадно, конечно, однако все привыкли».
Тем же вечером Анфимова расспросила сержанта милиции Игоря Степанова, который обычно дежурит в арсенальном каре. Беседа проходила в присутствии А. Евдокимовой. Вот что, по свидетельству Алфимовой, рассказал Степанов; его сообщение она сопровождает своими комментариями, пояснив, что он работал в охране дворца с 1990 года и с тех пор накопил достаточно впечатлений: "Сначала Игорь дежурил снаружи и должен был с определёнными промежутками ходить вокруг дворца. При этом он обратил внимание, что если подойти к Часовой башне, то можно услышать очень тихую музыку, доносящуюся изнутри.
А зимой 1991 года сержанта Степанова перевели во внутреннюю охрану дворца, и довольно долго он не замечал ничего необычного. Все началось, когда он начал дежурить в галерее арсенального каре.
