что хаотичная траектория шумной компании наконец замкнулась в точке из трех слагаемых: двух собак и одной палки.
По второму закону Кирхгофа, сумма палок, влетающих в узел, равна сумме палок, вылетающих из узла. В соответствии с этим законом одна палка успешно отлетела в сторону. Остальная энергия равномерно распределилась между пятью компонентами этого нового узла напряженности.
Итак, к собачьему уравнению с палкой добавилось еще две орущие переменные в лице Дра и Го. Ситуация была патовая. Собаки морщили морды, косили глаза и рычали друг на друга. Мандрагоры строили гримасы и хихикали. И никто не хотел отпускать палку — уравнение не решалось.
— Ты за кого болеешь? — над самым ухом кота раздался знакомый голос Ра.
— За себя, конечно, — сказал кот, шмыгнув носом. — И если эти любители палок не разойдутся в ближайшее время, то болеть за себя я буду ещё на протяжении пары недель.
Кота меньше всего волновало, как малютка-мандрагора забралась на дерево. Наверняка она использовала одно из своих природных дендроспособностей. Сейчас его грела мысль, что он не один кукует на ветке и что рядом именно Ра. Ведь с её горячей поддержкой можно было продержаться если не до вечера, то хотя бы до того момента, когда всем надоест играть в перетягивание палки.
— А я болею за Го, — усмехнулась Ра. — Потому что она очень хитрая и быстрая.
И зря. Потому что в любой ситуации с мандрагорами нужно болеть за Ман.
— Что вы тут устроили! — закричала старшая мандрагора, да так грозно, что теперь ее можно было смело называть страшная мандрагора. — Вас на пару минут одних оставить нельзя! Ну-ка живо сюда!
Собаки поджали хвосты и прижали уши, Го и Дра со вздохом вышли из уравнения и присоединились к старшей сестре.
— А вы, зверюги, зачем загнали кота на дерево? — продолжала бушевать Ман.
Что ей эти собаки, она одна своим страшным криком на протяжении четырех лет отпугивала всех диких кабанов в округе.
— А разве с нами был кот? — спросила одна собака у другой, ослабляя хватку зубов.
— Не знаю, я не заметила, — ответила другая. — И знаешь что, мне уже надоело кору муслякать.
Она выплюнула палку из пасти.
— Можешь забирать.
— Так если она тебе не нужна, — воскликнула первая собака, — то тогда она и мне не нужна!
И действительно, ведь по неизвестному закону Кирхгофа желание что-то удержать стремится к нулю, если у тебя это никто не отнимает.
Когда отвес в зените
С верхней полки с грохотом упал чайник. Он отскочил под странным углом от грубоватых досок пола торгового помещения и трагически затих, обиженно глядя в потолок. Маленькая крышечка, как неопознанный летающий объект, блеснула отполированным боком и исчезла в лабиринте шкафов. Кудесник сурово посмотрел на своего пушистого ассистента. Кот сидел на торговой стойке и старательно изображал удивление и смирение.
— Это не я, — коротко мяукнул кот, стараясь не смотреть в глаза хозяина лавки.
Его взгляд метался из стороны в сторону, как маятник часов, а хвост напряженно подрагивал.
Кудесник ничего не ответил, а молча подошел к упавшему предмету.
— Прости, — сказал кудесник чайнику, вытирая пыль с металлического бока.
— Нифего фтлафного, — тихо прошепелявил носиком чайник, в душе радуясь, что он не фалфо́ловый.
Неожиданно крышечка чайника, как небольшое перекати-поле, с жалобным звоном пронеслось из одного угла комнаты в другой.
Из старого каретного фонаря, который с недавних пор облюбовала шумная ботаническая семейка, высунулась малютка-мандрагора и с любопытством уставилась на хозяина лавки.
— Вы играете? — спросила малышка Ра, сверкая глазами.
— Нет, — вздохнул кудесник. — Это кот развлекается.
— Что за несправедливые инсинуации! — обиженно воскликнул Диодор, как будто ожидая этих обвинений.
Он оскорбленно надулся и демонстративно повернулся к кудеснику спиной, чтобы тот не заметил хитрой улыбки на усатой морде. Но кудесник и без того понял, что инсинуации были не такие уж и несправедливые.
— Сижу, — театрально шмыгнул носом пушистый ассистент. — Никого не трогаю, мирно медитирую и-и-и…
— И-и-и? — с нажимом спросил кудесник, хитро прищуриваясь.
Он знал, что кот начинал медитировать, только когда затевал очередную пакость.
— И разглядываю… — глаза кота блуждали по комнате, стараясь за что-нибудь уцепиться. — И разглядываю угол! Точно! Разглядываю угол!
— Угу, — недоверчиво усмехнулся кудесник. — И какой же угол ты разглядываешь?
— Угол падения, — небрежно муркнул кот, и с полки упал граненый стакан-невыпивайка. Стакан не разбился, но только потому, что пол в лавке «Залейся зельем» был зачарован как раз от подобных неожиданностей. Предмет отскочил от пола и, перевернувшись, укатился вслед за крышкой чайника.
— Ко-о-от! — воскликнул кудесник.
— Я тут не при чем! — затараторил Диодор. — Согласно мебельному гороскопу, сегодня отвес в зените, а нивелир по транспортиру смещен на 12 делений. От этого у полок обострился угол падения — на них ничего не держится, и предметы неожиданно падают… Сами. Совершенно без моего…
С полки соскочило несколько разговорников на курином языке. Книги звучно шлёпнулись и закудахтали, как перепуганные наседки. Они захлопали переплетами, теряя страницы, исписанные аккуратным куриным почерком, и, смешно подпрыгивая, поспешили за крышкой и стаканом.
— Без моего участия, — запнувшись, закончил кот, стараясь не привлекать к себе внимание.
Кудесник отставил чайник и быстро начал делать пометки на полях альманаха «Кастанеда и кактусы». За что он всегда уважал кота, так это за то, что он на лету мог придумать такие вот несуразные, псевдоастрологические объяснения.
— Ого! — воскликнула Ра, наблюдая за необъяснимым сбоем в гравитации. На ее голос из фонаря высунулись Дра и Го.
— Что такое? — воскликнули сестры-мандрагоры.
— Кот углом падения роняет вещи! — выпалила малышка.
— Ух ты! — три пары блестящих детских глаз с восхищением уставились на кота.
Диодор подбоченился, поднял усатую морду к потолку и с гордым видом стал купаться в лучах славы. Он скосил глаза, и тут же с полки упали гаечный ключ-самокрут и ручка астрального молотка. Предметы с грохотом свалились на пол, но, не пролежав пары секунд, укатились вслед за остальными вещами.
— Ось Земли сегодня что-то слишком наклонилась… — доверительно заявил кот. — По вектору угла отражения могу заявить, что…
Вещи всей гурьбой с грохотом перебежали из одной части комнаты в другую, явно от чего-то убегая.
— Догонялки! — воскликнули мандрагоры и, спрыгнув на пол, побежали за вещами. — Виу-виу-виу!
— Так вот, — авторитетно продолжил Диодор. — Вектор угла отражения при нестабильном состоянии оси земного диска постоянно меняется. Из-за этого фундамент здания съезжает с тектонической плиты и…
— Тектоническую плиту только не трогай! — усмехнулся кудесник. — Она у нас и так нестабильная, особенно когда отвес в зените.
— Ничего не поделаешь, — вздохнул кот, пожимая плечами. — Закон астрохлябии…
