может получить то, чего хочет!
От сравнения с этим ублюдком мне челюсть свело, но я уже не слушал её, а обогнул стол и захлопнул дверь кабинета, закрыв его на замок изнутри!
— Значит… — я выдохнул и обернулся, обогнув её фигуру стеклянным взглядом. — … ты думаешь, что я не могу получить того, что хочу?
Теперь она действительно испугалась, и её напускная ненависть испарилась точно так же как моя, когда я заметил, как вздымается ее грудь, как на её нежной шее, под локонами блестящих в солнечных лучах волос, бешено пульсирует кровь.
— Открой дверь! — сбивчиво пискнула она. — Дан…
Я шёл прямо на неё, стягивая галстук, и снимая пиджак, пока Ханна пятилась назад.
— Нет!
— Открой дверь, Даниэль! Иначе я начну кричать!
Она уперлась своей прелестной задницей, которая в этом платье ещё хуже на меня влияла, чем её выходка, о мой стол, а я навис над ней.
— Кричи… — ухмыльнулся и бросил пиджак на пол, пока она уже еле хватала ртом воздух.
— Что ты делаешь!?
— Беру то, что хочу!!! — прошипел я, сузив глаза от ярости, а сам нежно прикоснулся к её губам своими.
Рваный вдох вырвался из её губ, и она задрожала, пока я вёл рукой вдоль её спины, чтобы добраться до её затылка, зарыться руками в волосы, и углубить поцелуй на который она начала отвечать, как только её руки оказались на воротнике моей рубашки, и начали расстёгивать пуговицы.
Я схватил её за талию не разрывая поцелуя, и усадил на столешницу, чтобы чуть не умереть, от того как она резко обхватила меня ногами и притянула к себе ещё сильнее, пока ее тонкие и холодные от испуга пальцы забрались под тонкую ткань рубашки, и прикоснулись к груди.
Всё, что мне было нужно — это ее вкус на губах, всё чем я сейчас дышал — это её запах. Она подалась вперёд и прогнулась, когда я прикоснулся губами к коже в вырезе её платья…
— Хорошо ты мне мстить пришла, надев то, что скорее сведет меня с ума, чем в могилу!
Я прошептал это в её губы, словив её новый вздох… И она наконец, опомнилась! Ханна испуганно и широко раскрыла глаза, понимая, что если бы я сам не остановился, нас бы не остановил никто.
— Ключ в дверях, милая… Можешь сегодня от меня сбежать, но ты все равно никуда от меня не денешься!
Ханна затаила дыхание, а я закрепил свои слова, глубоким и нежным поцелуем, чувствуя как вздрогнуло её тело. Я и сам дрожал, как от горячки… И она это видела.
— Ты… — но всё-таки отпихнула меня, встала выпрямившись, и холодно отчеканила это "ты".
— Я, милая… Я! — ехидно улыбнулся ей в глаза. — Станешь опять утверждать, что ненавидишь?
— Нет… — вдруг серьезно ответила она, и обогнув меня, схватила клатч, и пошла к двери.
— Стой!
— Да пошёл ты, Даниэль!
Она уже поворачивала ключ в дверном замке, когда я медленно застегнул молнию на её спине, и пригладил её волосы. Я не видел лица Ханны, но чувствовал, что она в шоке.
— Теперь иди!
Но она стояла, верно понимая, что так же не в себе, как и я. Ханна обернулась, а я уже надел пиджак, и стал завязывать галстук.
— Вижу уже сам научился?
— У меня был самый усердный учитель…
— Ненавижу… — сквозь зубы прошипело это чудо, а я лишь усмехнулся.
— Говори себе это чаще, чтобы звучало правдоподобнее!
Ханны уже не было в кабинете, но лёгкий флёр её духов и беспорядок на столе, родили во мне уверенность в моем решении.
Хочешь поиграть в ненависть и ревность, милая? Хорошо, но играть будем по моим правилам!
Я нажал кнопку на переговорнике и уверенно произнес:
— Пригласите ко мне дочь конгрессмена Пака Мин Хи! Передайте, что жду её у нас в офисе через час!
— Слушаюсь, господин!
Я обошел стол и встал о окна. Так я и простоял наверное час, хотя эта девица явилась верно намного быстрее, потому что на моих часах не прошло и получаса.
— Если ты вызвал меня, значит принял решение, Шин Дан!
Я обернулся, и посмотрел в упор на неё. Мин Хи опять выглядела слишком вызывающе. Короткое платье, не спасал даже строгий женский пиджак.
— Поехали!
— Куда? — она приподняла брови, а я схватил сотовый и конверт и направился к двери.
— Увидишь, — бросил выходя, и остановился в приемной у стола своего секретаря. — Отмените все встречи, и передайте господину Кан Ноэлю, что я уехал с госпожой Пак на торжество.
— Слушаюсь, господин!
Я обернулся и словил озадаченный взгляд девушки, которая вообще не понимала, что происходит.
— Идем, у нас мало времени! — я схватил Мин Хи под локоть, и потащил через всю приемную к лифтам, и только на выходе у крайслера, она вырвала локоть из захвата и резко спросила:
— Что происходит?
— Едем выбирать тебе платье?
— Что? — она приподняла брови и хохотнула. — Чем тебе это не нравится?
— Если хочешь, чтобы я помог тебе и согласился на эту помолвку, будь добра выглядеть хотя бы прилично, а не… — я прошелся по ее фигуре, и закончил, — … так словно гуляла всю ночь в ночном клубе!
— А ты грубиян, Ли Шин Дан!
— Решай сама! Хочешь сбежать от отца с моей помощью — садись в машину и делай, что говорят! Если передумала, тогда водитель отвезет тебя домой.
Она смотрела на меня около минуты, потом поджала губы и села в автомобиль.
— Куда, господин?!
— Каннам, в торговый центр "Санрайс".
— Слушаюсь!
Мы вошли в огромное здание с кучей бутиков в сопровождении охраны, и каждый кто находился здесь решил запечатлеть наше появление вместе на свой телефон, мыльницу или просто шептался ща спиной. Видимо Пак Мин Хи была весьма скандальной личностью, если чаще всего в толпе звучало именно ее имя.
Прелестно! Это то что нужно! Пусть моя строптивица посмотрит на этот спектакль! Я заставлю тебя ощутить приятный вкус ядовитой ревности, которым ты меня поишь, как вином с долголетней выдержкой!!!
— Нет!!!
— Да, что тебе опять не нравиться-то?! — Мин Хи вышла из примерочной в ярко-красном платье в пол, с оголёнными плечами.
— Тебе пятьдесят лет?
— Нет… — она покачала головой и встряхнула явно высветленными в салоне пепельными волосами. — Мне двадцать один!
Ей шло это платье, но я добивался не этого. Она должна выглядеть невинно, нежно и не вызывающе, так чтобы Ханна действительно восприняла её как соперницу, а сейчас Мин Хи смотрела слишком дешево не смотря на стоимость этого платья.
— Вот и выглядеть ты должна соответственно!
