меня вернул к реальности, и за это я должна была сказать спасибо, человеку, который всегда меня унижал.
Сейчас он был полностью прав, ведь этот мужчина, что смотрел на меня в упор и осматривал с ног до головы, словно коршун, был действительно посторонним! После сегодняшнего спектакля, я уверилась в том, что лёд вокруг меня стал крепче, а жажда отмщения ещё сильнее!
Тем временем все начали входить в зал, и пропускать виновников сего торжества вперёд. Я на ватных ногах, шла к центру, пока гости разбирали бокалы, и ждали лживой речи моего дражайшего супруга.
— Господа, добрый вечер! — мы с ним поклонились с бокалами в руках и встали перед толпой.
— Сегодня у меня и моей Ханны… — продолжил Чон Сок и притянул меня за талию к себе. — … очень важное событие и праздник! Мы благодарим вас, что вы откликнулись и решили провести его вместе с нами!
Да уж! Откликнулись так откликнулись! Все эти люди… От половины из них исходило злорадство и негатив. Кто-то вообще не скрывал ехидной ухмылки. Но вот Даниэль… Он-то как раз стоял каменной статуей с зажатым бокалом в руках, пока Мин Хи висела на его локте.
Чувство ревности вернулось, поэтому не разрывая зрительного контакта с ним, я благосклонно и с улыбкой протянула кисть руки Чон Соку, и он поцеловал мою ладонь под аплодисменты.
Бокал разлетелся в дребезги, и все застыли. Я же затаила дыхание, смотря на то, как в руке Даниэля остались лишь осколки. Чон Сок сильнее прижал меня к себе, пока мой встревоженный взгляд блуждал по руке Дана. Но сам он лишь стряхнул с неё стекло, и ухмыльнулся.
— Простите, не рассчитал силы от восторга и радости при виде такой красивой пары… — он улыбался, а Мин Хи рядом с ним, хмыкнула и встряхнув волосами, посмотрела на меня так, словно я исчадье ада.
— Благодарю, Ли Шин Дан! Нам очень приятно, что вы наконец явили себя миру!
— О! Я в этом уверен! — парировал Дан, а гости и репортеры уже начали шептаться.
— Может и нам следует вас поздравить?
Сволочь! Какая же ты сволочь, Чон Сок! Вы оба… Разрушили мою жизнь и растоптали меня…
— Думаю, что негоже на вашем торжестве отнимать внимание гостей от вашего повода для радости!
Молчи Даниэль! Молчи иначе я действительно тебя возненавижу всеми фибрами своей души!
— Напротив, — Чон Сок грубо потянул меня вперед, и мы встали прямо возле них. — Я думаю, что от этого праздник станет ещё приятнее…
Мин Хи, потянула Даниэля немного назад, явно заметив, что он подался вперёд после слов Чон Сока. И это меня доводило просто до немой агонии.
— Да, я тоже… — Дан вздрогнул после моих слов, и посмотрел прямо в мои глаза. — … думаю, что радостных событий, для остроты момента как-то не хватает!
Мой голос звучал небрежно, но в его глазах я уловила странный блеск, и он приподняв бровь, хмыкнул. Даниэль взял другой бокал и промолвил.
— Ну раз так, и вы не против! — он обернулся к Мин Хи и обвил ее талию, наблюдая за тем, как моё лицо каменеет. — Я должен познакомить вас с моей будущей женой! Мин Хи, поздоровайся с хозяевами этого праздника жизни! — он расплылся в наигранной улыбке, и со злостью посмотрел прямо на меня.
— Да, милый!
Теперь уже мой бокал трещал по швам. А девушка тем временем, поклонилась нам, и зал загудел восторженными возгласами, пока мы стояли друг напротив друга. Четыре человека, которых связывала лживая игра.
— Думаю, пора смотреть настоящий спектакль, господа! Прошу, проходите в зал. Нас ожидает невероятное пение и драма, которой нам явно не хватает в жизни!
Все рассмеялись, и отсалютовав нам бокалами, живым потоком двинулись в сумрак зала, где сегодня играли оперетту "На девяти небесах".
Как только свет в зале театра погас и началась пьеса, все мои мысли вылетели прочь из головы. Сегодня я должна была встретиться с дядюшкой Чхве, чтобы забрать банковские карты, и документы с билетами в Штаты.
Поэтому сославшись на то, что мне нужно в уборную, я покинула зал через пол часа после начала представления. Но за мной буквально по пятам шла охрана Чон Сока, поэтому я решила действовать грубо:
— Вы и в туалет за мной войдете?
Парни застыли и ошарашенно переглянулись.
— Госпожа, у нас приказ…
— Вы ополоумели?! Куда я денусь с набитого охраной и закрытого, как бункер концерт-холла! Убирайтесь и дайте мне хоть вздохнуть! — я прорычала им это в лицо, и они явно впечатлились.
— Или мне пожаловаться вашему хозяину, что вы меня до истерики довели при гостях?
— Нет, госпожа! Идите! Мы вас здесь подождем!
— Вот и отлично!
Я прошла по округлому коридору, что огибал выходы на балконы над сценой, и вышла на пролет, где были уборные. Долго не думая, вошла в женский туалет, и встретилась глазами с дядей Чхве.
— Я уж думал ты не вырвешься? Это не совсем… — он осмотрелся, и продолжил, — … то место, где я привык проводить встречи!
— Я тоже! Охрана стала намного бдительнее, а Чон Сок с каждым днём все нервознее. Не знаю, что происходит, но он явно чем-то встревожен.
Дядя протянул мне сверток, и я поспешила положить его в клатч.
— Не мудрено! — вдруг хмыкнул мужчина и покачал головой. — Его крепко взяли за горло.
— Вы о чем? — я нахмурилась и включила водопроводный кран на всю мощность, чтобы он создавал шум.
— Послушай меня внимательно, девочка! Назревает что-то очень серьезное, и боюсь, что тебе нужно действовать немедленно. Мы уже создали новый фонд, и в руках Чон Сока пустышка вместо твоих денег! Но это чепуха в сравнении с тем, что его вызвали на допрос в прокуратуру и он не явился!
— Так и меня вызывали в налоговый комитет!
— Ты не поняла, Ханна! Его вызвали к прокурору который занимается не просто мошенничеством, а коррупцией!
Я схватилась за умывальник, а дядюшка придержал меня за локоть.
Вот почему он постоянно ошивался возле конгрессменов! Где политика, там и бизнес! Он давал взятки, чтобы конгрессмены лоббировали интересы компании Ким в Голубом доме и конгрессе!
— Если это касается фонда! И если это действительно коррупция, это пожизненное, Ханна! И не ему, а тебе, как тому кто всё это время им владел!
— Он свалит всё на меня… — убито прошептала я, и начала трястись.
— Нет! Если ты отдашь все активы ему! Пусть сам расхлебывает это!
— То есть отдать ему и недвижимость?
— Всё, Ханна! Пусть он заберет всё, и
