Тирус осторожно тронул его за локоть, опасаясь, что последнее заявление было совершенно неправдоподобным и заставит Рофа вернуться на землю, возбудив подозрения.
Но Роф был чересчур жаден, он поддался на ловушку, так красиво разукрашенную. Положив руку на грудь, он горделиво вздернул бороду, представив себя важным человеком, каким его изобразил Эрейзан.
— Сэр Роф! А? Мне нравится, как это звучит. Представляю, какие рожи скорчат все торговцы, которые сейчас меня называют королем карманников и воров. Ха! Клянусь дьяволом… — Он взглянул на Тируса и Эрейзана. Колдовство? А что вы на этом выиграете?
— Улыбку королевы, — быстро сказал Тирус. Бандиты не знали, что ответить на это. Было ясно, что улыбка Джателлы не имеет ценности для них. Тирус добавил таинственным голосом: — И то, что имеет цену только для нас, колдунов. Больше я ничего не могу сказать.
Разбойников не заинтересовало последнее заявление и они вопросов не задавали. Мысли о богатой награде полностью завладели их воображением. После того, как они отбросили прочь думы о вооруженной охране, они уже не слушали внимательно все разговоры о колдовстве. Только Роф, казалось, имел какие-то оговорки. Его люди уже начали переругиваться, собираясь побыстрей мчаться зарабатывать королевскую награду, которую пообещал им Тирус. Роф наклонил голову и внимательно смотрел на Тируса и Эрейзана.
— Мы совсем разные люди, ты, колдун, и ты, меняющий облик. — Эрейзан весь напрягся при этих словах. Но Роф продолжал, смеясь: — Но мы все не говорим правду тем, кто нам полностью доверяет. Но сейчас в ваших словах много правды, чтобы вам можно было поверить. Уже с тех пор, как дошли слухи о пропавших крестьянах, я начал думать, не угрожает ли что-нибудь нашей королеве. Если вы имеете такие сведения, достаточно точные, и хотите сообщить их королеве, то мы не будем ссориться. Я помогу тебе предупредить ее, колдун. А ты постараешься выторговать у нее милость для нас. Согласен?
— Согласен. — Тирус ждал какой-нибудь клятвы, чего-нибудь такого, что закрепило бы сделку. Но Роф не заботился о таких вещах; впрочем, он это доказал прошлой ночью. Даже клятва, данная им Богу Зла, не остановила его перед тем, чтобы послать убийц по следу акробата и колдуна. Он быстро отвернулся от своих новых союзников. Решение было принято и никаких гарантий он не требовал.
— Ты и ты — прочь! — приказал он двоим, сидящим на хороших лошадях разбойникам. Воры в замешательстве начали медленно спешиваться. Это рассердило Рофа и он вскочил на свою лошадь и поскакал к двум бандитам. Он начал беспощадно лупить их. Роф бил их ручкой хлыста, сбрасывая с седел. Эти двое, очутившись на земле, побежали, в то время, как Одноухий схватил поводья, чтобы лошади тоже не побежали.
Как только бандиты скрылись в зарослях, Роф успокоился, его цель была достигнута. Сердечно улыбаясь, он засунул хлыст за пояс и сказал:
— Чем нас меньше, тем больше мы получим от королевы, когда она заплатит нам. Но их лошади хороши. Возьмите их. А те шакалы пусть возвращаются в Куред пешком. Садись, колдун, и ты, рыжик. Давайте предупредим королеву и заработаем золото!
Быстро оправившись от удивления, Тирус и Эрейзан вскочили на предоставленных им лошадей. Сбежавшие бандиты выкрикивали ругательства и угрозы, друзьям, Рофу и остальным бандитам, но не рисковали выйти из укрытия и постараться овладеть своими лошадьми. Тирусу досталась огромная лошадь серой масти, а его друг сидел на красном крантинском коне. Колдун заставил повиноваться свою лошадь с помощью поводьев, а Эрейзан, хорошо знавший животных, успокоил свою одним ласковым словом. Уже через мгновение они скакали по равнине за королевским кортежем. Роф и его люди несколько задержались, но вскоре и они поехали, напоминая друзьям о заключенной сделке.
Очень давно, еще до того, как его мир сгорел в огне, Тирус занимался верховой ездой каждый день, наслаждаясь приятным чувством власти над великолепным животным. Теперь он был рад тому, что тогда приобрел большой опыт, так как его огромная лошадь была весьма капризной. Тирус приподнялся на стременах и послал лошадь вперед, подгоняя ее с помощью поводьев, желая иметь крылья.
Сколько же времени они потеряли в болтовне с бандитами? Тирус оглянулся и увидел, что Эрейзан несется за ним. Роф и его бандиты немного отстали. Тирус не хотел далеко отрываться от бандитов, так как они могли оказаться полезными, если возникнет какая-нибудь опасность. И все-таки он подгонял лошадь поводьями, заставляя ее скакать еще быстрее.
Утро было в самом разгаре, солнце вставало над землей. Мог ли Врадуир творить свое злое и черное дело в такой блестящий солнечный день? В Камате было именно так. И все ужасные ограбления совершались командой заколдованного корабля на островах Кларики при дневном свете. Солнце не остановит Врадуира. Тирус это хорошо знал. Он опять думал о том, что увидел в стекле, о возможном союзе Врадуира с могущественным богом. Однажды Врадуир совершил сделку с дьяволом. А теперь…
— Тирус! — послышался голос Эрейзана, заглушая стук копыт лошадей. Послышались и другие крики, это бандиты окликали друг друга. Ужас был в их криках.
Не было нужды поворачиваться, чтобы увидеть, что же напугало их, что вселило в отважного Эрейзана страх. Это внезапно пришло к самому Тирусу.
Небольшой подъем впереди указывал на то, что равнина кончается. За ней по всей вероятности лежали луга Дрита. Это расстояние они преодолели. А вверху, над головами, заполняя все небо, бурлило черное зловещее облако. Оно появилось в одно мгновение, сверхъестественное, страшное, внушающее ужас.
Рассекаемая огромными ослепительными молниями, сгущалась бесконечная темнота, заполняя собой все. Как и то ужасное существо в цитадели Врадуира, облако непрерывно меняло очертания, подавляя людей, превращая их в насекомых своими огромными размерами и зловещим могуществом. Это были безжалостные силы природы, а может колдовства, такого же черного и мрачного, как само облако!
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Орды демонов Врадуира
Спускающийся мрак остановился над самой головой Тируса. Только самообладание, приобретенное за время скитаний, не дало ему броситься наземь и уползти в густую траву. Лошадь в безумии грызла удила и бешено крутилась под Тирусом. Тот боролся с ней, пытаясь успокоить испуганное животное.
Все лошади под остальными бандитами тоже были в панике и некоторые бандиты уже были выброшены из седел. Освобожденные лошади ржали и бессмысленно лягались во все стороны. Их седоки, ругаясь, бегали за ними. Роф и остальные воры старались удержаться в седлах, также, как и Тирус с Эрейзаном. Это было очень трудной задачей.
