вставил обратно и сунул пистолет за пояс. Обернулся к ней.
Собрался сделать кое-что совершенно кретинское но все равно пойду. Если не вернусь скажи маме что я ее люблю.
Ллуэлин твоя мама умерла.
Ну тогда я сам ей скажу.
Она села в постели.
Ты меня пугаешь, Ллуэлин. У тебя неприятности?
Нет. Спи.
Спать?
Я скоро.
Ну и катись, Ллуэлин.
Он обернулся к ней от двери.
А если я не вернусь? Это твои последние слова?
Она пошла за ним по коридорчику до кухни натягивая халат. Он взял из-под раковины пустую канистру и стоял наливая в нее воду.
Знаешь сколько сейчас времени? сказала она.
Да знаю я сколько времени.
Милый я не хочу чтобы ты уходил. Куда ты собрался? Не уходи.
Слушай дорогая тут мы сходимся я тоже не хочу идти. Я вернусь. Не дожидайся меня.
Он заехал на ярко освещенную заправку заглушил мотор достал из бардачка карту развернул на сиденье и стал изучать. Наконец пометил точку где как ему казалось должны находиться те машины и прочертил путь обратно до ворот выгона Хакля. У его грузовичка были приличные внедорожные шины и еще две запаски в кузове но местность пожалуй слишком тяжелая. Он сидел глядя на линию которую провел на карте. Потом наклонился и провел другую. Посидел глядя на карту. Когда он выехал на шоссе было четверть третьего дорога пустынна радио в такой дали молчало даже треска помех не слышно пока не пересечешь глухую зону между станциями.
Он затормозил у ворот вышел открыл их проехал, снова вышел закрыл и постоял вслушиваясь в тишину. Потом забрался в грузовичок и направился по проселочной дороге на юг.
Не включая полный привод он медленно на второй передаче продвигался вперед. Встающая луна постепенно высвечивала темные холмы как театральный прожектор — декорации. Он съехал вниз туда где оставлял машину утром на старой гужевой дороге которая тянулась на восток через земли Хакля. Когда луна разбухшая бледная кособокая поднялась и повисла между холмами освещая все вокруг он выключил фары.
Спустя полчаса он затормозил прошел пешком вперед по гребню высотки остановился и посмотрел на восток и юг. Луна в небе. Голубой мир. Видно как тени облаков скользят по плоской пойменной долине. Взбегают на склоны. Он сел на каменный выступ вытянул перед собой скрещенные ноги. Ни души. Даже койотов нет. И все ради мексиканского наркодилера. М-да. Что ж. Не одно так другое.
Он вернулся в машину съехал с колеи и двинулся по целине и луна освещала ему дорогу. Миновал вулканический выступ в начале долины и снова повернул на юг. Он хорошо помнил местность. Сейчас он пересекал равнину которую днем осматривал с высоты в бинокль и опять остановился вышел из машины чтобы вслушаться в ночь. Забравшись в кабину он откинул пластмассовый плафон на потолке выкрутил лампочку и положил ее в пепельницу. Развернул карту и углубился в нее светя себе фонариком. Когда он остановился в очередной раз то просто заглушил мотор и опустил стекло. И долго сидел прислушиваясь.
Он затормозил в полумиле над верхним краем кальдеры прихватил канистру с водой сунул в задний карман джинсов фонарик. Потом взял с сиденья пистолет тихо закрыл дверцу зажав большим пальцем защелку и пошел к машинам.
Они стояли там где он оставил их осевших на спущенных колесах. Он приблизился со взведенным пистолетом наготове. Мертвая тишина. Может все дело в луне. Слишком привязчива собственная тень. Отвратительное чувство. Чувство чужака. Среди мертвецов.
Нечего-нечего, сказал он. Я-то живой. Пока еще.
Дверца «бронко» была нараспашку. Увидев это он упал на одно колено. Поставил канистру на землю.
Ты последний придурок, сказал. И вот тебе доказательство. Слишком ты глуп чтобы жить.
Он медленно обернулся и оглядел черный на фоне светлого неба горизонт. Единственное что он услышал это как колотится его сердце. Пригнувшись подошел к распахнутой дверце грузовичка. Водитель лежал головой на приборной доске. По-прежнему пристегнутый ремнем безопасности. Повсюду свежая кровь. Мосс вынул из кармана фонарик прикрыл ладонью и включил. Человека застрелили. В голову. Не lobos. Не leones. Он направил луч за сиденье. Груз исчез. Он выключил фонарик и пошел к остальным трупам. Ружье с барабанным магазином тоже исчезло. Луна прошла уже четверть пути. Светло почти как днем. И ощущение будто ты мошка в стеклянной банке.
Он наполовину одолел склон кальдеры возвращаясь к своему грузовичку когда что-то заставило его замереть на месте. Он припал к земле положив на колено руку со взведенным пистолетом. И увидел наверху машину освещенную луной. Пригляделся. Какие-то люди стояли возле его пикапа. Потом они пропали.
Ну ты придурок каких свет не видывал, сказал он. Теперь ты умрешь.
Он сунул пистолет за пояс сзади и рысцой потрусил вверх по склону. До него донесся звук заработавшего мотора. На краю гряды вспыхнули фары «фордовского» вездехода. Он пустился бегом.
К тому времени как он добежал до камней вездеход был на середине спуска в кальдеру, свет его фар прыгал по неровностям почвы. Он оглянулся ища где спрятаться. Нет времени искать. Он бросился на землю лицом вниз раскинув руки в жесткой траве и замер. Они или увидели его или нет. Он ждал. Вездеход проехал мимо. Когда он скрылся Мосс встал и полез дальше по склону.
На середине пути он остановился чтобы отдышаться и прислушаться. Свет фар был где-то внизу. Он их не видел. Он полез дальше. Скоро он уже мог различить темные силуэты машин внизу. Потом вездеход развернулся с выключенными фарами и поехал вверх по склону кальдеры.
Он лежал прижавшись к камням. Прожектор на кабине вездехода обшаривал лавовый склон. Они остановились. Он слышал как урчит мотор на холостом ходу. Медленно вращается вал. Мощный многоцилиндровый мотор. Пятно прожектора снова заскользило по камням.
Ладно, сказал он. Пускай уж пристрелят чтобы не мучился. Так будет лучше для всех.
Мотор взревел и вновь затих. Низкий рык заглохший в утробе. Вал цилиндры и бог знает что еще. Немного погодя они скрылись в темноте.
Добравшись до вершины он пригнулся достал из-за пояса пистолет поставил на предохранитель заткнул обратно за пояс и посмотрел на север на восток. Никаких признаков их машины.
Как ты собираешься уйти от них на своем старом пикапе? спросил он себя. Потом сообразил что о пикапе можно забыть.
Да, сказал он. Ты еще много о чем можешь забыть.
Прожектор снова вспыхнул на верху кальдеры и двинулся вдоль края. Мосс лег на живот и
