сейчас, — подумал он. —
Я весьма растреклятски занят».
Но в ответ не появилось привычного цветного водоворота, только чернота — абсолютная, как сердце Мурддраала. Но тяга усилилась.
Мэт отбросил видение прочь.
«Только… не… сейчас».
У него куча неоконченных дел. У него есть план. Свет, пусть он сработает.
Тинна оказалась хорошенькой девушкой, гораздо моложе, чем он рассчитывал увидеть, высокой и мускулистой. Она собрала свои длинные каштановые волосы в хвост, хотя отдельные завитки местами так и норовили из него выбиться. Она носила штаны и, судя по мечу на поясе и тёмным пятнам троллочьей крови на рукавах, успела принять участие в нескольких схватках.
Подъехав ближе, она оглядела Мэта сверху донизу проницательным взглядом.
— Значит, вы наконец-то о нас вспомнили, лорд Коутон? — Да, она точно напоминала ему Найнив.
Мэт оглянулся на Высоты. Огненное противостояние между Айз Седай и шаранцами превратилось в свалку.
«Лучше тебе победить там, Эгвейн. Я на тебя рассчитываю».
— Итак, твоя армия, — произнёс Мэт, обращаясь к Тинне. — Мне доложили, что к тебе присоединились несколько Айз Седай?
— Несколько, да, — осторожно ответила она.
— Ты одна из них?
— Я — нет. Не совсем.
— Не совсем? Что это значит? Послушай, женщина, мне срочно нужны Врата. Если их не будет, эта битва может оказаться проиграна. Так что прошу, скажи, что у нас есть направляющие, которые могут отправить меня туда, куда мне нужно.
Губы Тинны сжались.
— Я вовсе не хотела разозлить вас, лорд Коутон. Но у старых привычек крепкие корни, и я усвоила, что об определённых вещах говорить не следует. Меня выгнали из Белой Башни по… по ряду причин. Очень жаль, но мне неизвестно плетение для Перемещений. Я точно знаю, что большая часть присоединившихся к нам направляющих слишком слабы, чтобы его создать. Оно требует очень много Единой Силы, а это за пределами возможностей большинства из…
— Я могу помочь.
Из рядов раненых вышла женщина в красном платье, где она, по всей видимости, занималась Исцелением. Женщина была худой, костлявой и с кислым выражением лица, но Мэт, увидев её, так обрадовался, что готов был расцеловать. И пусть это было всё равно, что поцеловать битое стекло. Он готов был это сделать.
— Теслин! — вскричал он. — Что ты здесь делаешь?
— Думаю, что сражаюсь в Последней Битве, — ответила она, отряхивая руки. — Разве не этим мы все занимаемся?
— Но почему вдруг тут, среди Принявших Дракона?
— Вернувшись, я сразу поняла, что в Белой Башне больше не будет так уютно, как прежде, — ответила она. — Там всё изменилось. Так что, воспользовавшись возможностью, я направилась туда, где была нужнее всего. Значит, тебе нужны Врата? И насколько большие?
— Такие, чтобы провести сквозь них как можно больше войск — и Принявших Дракона, и огир, и вон то знамя кавалерии Отряда Красной Руки, — ответил Мэт.
— Тинна, мне нужен круг, — сказала Теслин. — И не нужно жаловаться, что ты не можешь направлять. Я чувствую в тебе способности. Здесь все прежние приверженности и обеты ничего не значат. Собери остальных. Так куда мы отправляемся, Коутон?
Мэт ухмыльнулся:
— На самую вершину тех Высот.
— На Высоты? — переспросил Карид. — Но вы же отступили оттуда в самом начале битвы. Вы сами отдали их в руки Отродий Тени!
— Верно. Так и было.
А теперь… Теперь у него был шанс всё закончить. Войска Илэйн держались вдоль реки, Эгвейн сражалась на западе… А Мэту предстояло взять штурмом северную часть Высот. Он знал, что с уходом Шончан и вовлечением в бой у подножия высот почти всех остальных войск Мэта, Демандред отправит большие силы шаранцев и троллоков через вершину на северо-восток, чтобы по руслу реки зайти в тыл армиям Илэйн. Тогда армии Света будут окружены и окажутся во власти Демандреда. Поэтому единственным шансом для Мэта было связать войска Демандреда на Высотах, несмотря на их численное преимущество. Свет! Это было очень рискованно, но иногда выбирать не из чего и ты вынужден идти на этот шаг.
— Вы опасно распыляете наши силы, — сказал Карид. — Вы рискуете всем, уводя так необходимые здесь войска на Высоты.
— Ты ведь хотел отправиться на передний край, — ответил Мэт. — Лойал? Ты с нами?
— Нанести удар в сердце врага, Мэт? — Спросил Лойал, взвешивая в руке топор. — Это не худшее место, где мне довелось побывать, следуя за кем-нибудь из вашей троицы. Надеюсь, с Рандом всё в порядке. Как думаешь?
— Если бы Ранд погиб, — ответил Мэт, — мы бы тут же об этом узнали. На этот раз ему придётся самостоятельно приглядывать за собой, без помощи спасителя Мэтрима Коутона. Теслин! Давай открывай эти Врата! Тинна, собери свои войска. Пусть приготовятся атаковать, прямо через Врата. Нам нужно быстро захватить северный склон и удерживать его любой ценой, что бы Тень на нас ни обрушила!
* * *
Эгвейн открыла глаза. Она лежала в комнате. Как могла здесь оказаться эта комната? Причём такая прекрасная. Под ней была мягкая перина, а прохладный воздух пах солью.
«Это сон», — подумала она. Или, может, она умерла. Наверное, поэтому так больно? Какая ужасная боль. Забвение было бы лучше, намного лучше, чем столь ужасная боль.
Гавина больше нет. Часть её самой была вырвана напрочь.
— Я всё забываю, как она молода, — донёсся шёпот из-за двери. Голос был знакомым. Сильвиана? — Присмотрите за ней. Мне нужно возвращаться в бой.
— Как там? — Эгвейн знала и этот голос. Розил, Жёлтая. Она вместе с Послушницами и Принятыми помогала в Майене Исцелять раненых.
— Битва? Плохо, — Сильвиана была не из тех, кто станет приукрашивать. — Присмотри за ней, Розил. Она сильная, у меня нет и тени сомнения, что она выкарабкается, но всегда есть повод для тревоги.
— Я уже помогала потерявшим Стража женщинам, Сильвиана, — ответила Розил. — И поверь, удачно. Следующие несколько дней ей будет очень плохо, но потом она начнёт оправляться.
Сильвиана фыркнула:
— Этот мальчишка… Мне следовало догадаться, что он её погубит. Едва я увидела, как она на него смотрит, я в тот же день должна была оттащить его за уши на какую-нибудь ферму подальше и определить на работу лет этак на десять.
— Сердцу не прикажешь, Сильвиана.
— Стражи — наше самое уязвимое место, — возразила Сильвиана. — Так всегда было, и так всегда будет. Этот мальчишка, этот глупый мальчишка…
— Этот глупый мальчишка, — вмешалась Эгвейн, — спас меня от шончанских убийц. Если бы не он, меня бы здесь не было, чтобы горевать. И, пожалуйста, Сильвиана, не забывай этого, когда говоришь о погибшем.
Повисло молчание. Эгвейн пыталась приглушить боль потери. Она, конечно же, в Майене. Должно быть, Сильвиана переправила её к
