по-прежнему беспокоило, что дети вынуждены видеть столь жуткую картину.
«Что ж, — подумал он, —
если мы потерпим поражение, они и не такое увидят». Если они хотят быть полезными, то им нельзя этого запрещать
— Скажите, Тэм ал’Тор, — обратилась к нему Берелейн, — Галад Дамодред… с ним всё в порядке? Я видела его людей, но не видела его знамени.
— Его отозвали для выполнения какого-то задания, миледи Первенствующая, — ответил Тэм. — Ниже по реке. Боюсь, я уже несколько часов ничего о нём не слышал.
— О. Ну что ж, давайте Исцелим и накормим ваших людей. Возможно, и вести о лорде Дамодреде появятся.
* * *
Илэйн нежно дотронулась до щеки Гарета Брина, закрыла его глаза, сначала один, потом другой, и кивнула солдатам, которые нашли его тело. Они унесли павшего генерала, его ноги болтались с одной стороны щита, а голова свисала с другой.
— Он просто закричал и поскакал в гущу сражения, — сказала Бергитте. — Врубился прямо во вражеский строй. Его невозможно было остановить.
— Суан мертва, — сказала Илэйн, чувствуя, как её захватывает огромное чувство потери. Суан… Суан всегда была такой сильной. Илэйн с трудом подавила свои эмоции. Ей надо сосредоточиться на битве. — Есть ли известия из штаба?
— Лагерь у Дашарского холма покинут, — ответила Бергитте. — Я не знаю, где Коутон. Шончан нас бросили.
— Поднимите повыше моё знамя, — приказала Илэйн, — Пока мы не получим известий от Мэта, я принимаю командование на себя. Приведите моих советников.
Бергитте пошла отдавать приказы. Телохранительницы Илэйн, беспокойно переминаясь, наблюдали, как троллоки теснили шеренги андорцев у реки. Они заполнили весь коридор между высотами и болотами, угрожая в любой момент хлынуть на шайнарскую территорию. Часть армии Эгвейн должна была ударить в тыл троллокам с другой стороны коридора, что на какое-то время несколько облегчило бы положение войск Илэйн, но основная масса троллоков атаковала с Высот, и, похоже, армии Эгвейн доставалось больше всех.
Илэйн серьёзно изучала тактику и, несмотря на незначительный опыт ведения реальных сражений, понимала, насколько плохо складывается ситуация. Да, она получила известия о том, что, благодаря прибытию Порубежников Лана, троллоки выше по реке разбиты. Но здесь, у брода, ситуация не улучшилась.
Солнце садилось за горизонт. Троллоки, похоже, не собирались ослаблять натиск, и солдатам пришлось зажигать костры и факелы. Построенные в каре, её части лучше удерживали оборону, но это означало полный отказ от надежды на наступление. Рядом сражались Айил и кайриэнцы. Но каре пикинёров были основой их боевого построения.
«Нас постепенно окружают, — подумала она. Если троллокам это удастся, то они будут сжимать андорцев в клещи, пока не задушат. — Свет, это плохо».
Из-за туч на горизонте внезапно вспыхнуло солнце. С наступлением ночи троллоки получат ещё одно преимущество. С приближением темноты похолодало. Её первоначальное предположение, что битва продлится несколько дней, сейчас казалось глупым. Тень наступала всей своей мощью. У человечества оставались не дни, а часы.
— Ваше Величество, — обратился к ней капитан Гайбон, подъехавший вместе с офицерами. Вмятины на их доспехах и пятна крови на плащах показывали, что никто, даже старшие офицеры, не избежали рукопашной.
— Предлагайте, — сказала Илэйн, оглядывая всех троих: Гайбона, Теодора — командующего кавалерией — и Бергитте — её Капитан-Генерала.
— Отступление? — спросил Гайбон.
— Считаешь, мы сможем оторваться? — возразила Бергитте.
Помолчав, Гайбон отрицательно покачал головой.
— Хорошо, — сказала Илэйн. — Но тогда как мы сможем победить?
— Мы будем обороняться, — сказал Теодор. — И надеяться, что Белая Башня справится с шаранскими направляющими и придёт нам на помощь.
— Мне не нравится идея просто стоять на месте, — возразила Бергитте. — Это…
Сверкающий луч раскалённого добела огня пронзил строй телохранителей Илэйн, испарив десятки человек. Из-под Гайбона исчезла лошадь, и он чудом остался жив. Лошадь Илэйн поднялась на дыбы.
Выругавшись, та сумела с ней справиться. Это был Погибельный Огонь!
— Льюс Тэрин! — загремел голос, усиленный Единой Силой. — Я доберусь до твоей возлюбленной! Выходи ко мне, трус! Сражайся!
Рядом с Илэйн взорвалась земля, подбросив в воздух её знаменосца, знамя объяло пламя. На этот раз Илэйн выбросило из седла, и она сильно ударилась о землю.
«Мои малыши!»
Она застонала, переворачиваясь, и почувствовала, как её подхватывают чьи-то руки. Бергитте. Женщина с помощью нескольких телохранительниц усадила Илэйн в седло позади себя.
— Ты можешь направлять? — спросила Бергитте. — Нет, не важно. Они только этого и ждут. Селебрейн, подними ещё одно знамя! Скачи с эскадроном Гвардейцев вниз по реке. Я уведу королеву в другую сторону!
Женщина, которая стояла рядом с лошадью Бергитте, отдала честь. Это был смертный приговор!
— Бергитте, нет, — возразила Илэйн.
— Демандред решил, что ты выманишь для него Дракона Возрождённого, — ответила Бергитте, разворачивая лошадь. — Я этого не позволю. Хей! — Она пустила лошадь галопом, и тут же молния ударила по охране Илэйн, подбрасывая тела в воздух.
Илэйн скрипнула зубами. Её армия вот-вот будет разбита, полностью окружена, а Демандред один за другим выпускает заряды Погибельного Огня, молнии и плетения Земли. Этот человек сам был, как целая армия.
— Я не могу бросить войска, — произнесла Илэйн из-за спины Бергитте.
— Нет, можешь, и бросишь, — резко ответила та, пока её лошадь продолжала нестись галопом. — Если Мэт погиб — ниспошли Свет, чтобы это было не так, — нам нужно будет организовать новый штаб. Есть причина, по которой Демандред ударил сначала по Дашарскому холму, а потом сразу по тебе. Он пытается уничтожить наше командование. Твой долг — организовать управление из безопасного и тайного места. Как только мы отъедем подальше, чтобы разведчики Демандреда не смогли почувствовать, как ты направляешь, мы воспользуемся Вратами, и ты вернёшь контроль над ситуацией. А сейчас, Илэйн, ты заткнёшься, и дашь мне защитить тебя.
Она была права. Испепели её Свет, она была права. Илэйн крепко ухватилась за Бергитте, которая продолжала гнать лошадь галопом через поле боя, направляясь в безопасное место. Только комья грязи разлетались из-под копыт.
* * *
«По крайней мере, он старается, чтобы его легко было найти», — подумал Галад, обозревая потоки огня, протянувшиеся от вражеских позиций в сторону армии Илэйн.
Галад пришпорил украденного коня, прорываясь через Высоты к их восточному краю. Вновь и вновь перед глазами вставал умирающий на его руках Гавин.
— Выходи, Льюс Тэрин! — раздавался впереди сотрясающий землю громогласный крик Демандреда. Он отобрал у Галада брата. Теперь это чудовище охотится за его сестрой.
Раньше Галаду было предельно ясно, что правильно, а что нет, но ещё никогда прежде он не ощущал своей правоты настолько полно. Эти всполохи света были словно указатели, стрелки на карте, подсказывающие верный путь. Его направлял сам Свет. Он готовил его к тому,
