технологию так и называют – «ангел в сердце». Этому нельзя сопротивляться, хочешь ты или нет, оно навсегда тебя изменит. Потому что это выше психики, выше физиологии, это самая верхняя надстройка нашего поведения. Прежний мир изувера рушится, всё, что ему казалось важным в жизни, перестаёт иметь значение. Ему вдруг открывается смысл и суть доброты, вся её духовная и чувственная красота. Он ничуть не утрачивает способность совершать злое, агрессивное, скажем, без проблем может конфликтовать с другими заключёнными, если к тому вынуждают обстоятельства, драться и т.п. Но сам не ощущает тяги к конфликтам. И ему становится очень трудно поднять руку на невинного и слабого – на женщину, ребёнка, животное. В зле нет красоты, а доброе наша психика устроена воспринимать чем-то очень красивым. Кто живёт в красоте, не хочет окунаться из неё в дерьмо. К сожалению есть у «ангела в сердце» и отрицательная сторона. Связанная с его прекращением. Он не наркотик и не вызывает привыкания, но это всё же определённая ломка. Процесс затухания эмоциональной восприимчивости не быстрый, после прекращения приёма препаратов он происходит до пары лет, поначалу человек в день по несколько раз то чувствует, то не чувствует, далее по несколько дней то чувствует, то нет, далее чувствует только два-три дня раз в несколько недель, потом раз в несколько месяцев, а затем всего лишь минуты или часы раз в пол года, и наконец полностью возвращается в своё прежнее состояние неспособности выражено чувствовать доброту и сентиментальность, хотя они сохраняются в нём как слабые неявные отзвуки, просыпающиеся время от времени в ответ на какую-либо особенно душещипательную ситуацию (скажем, от просмотра чересчур романтического или драматического фильма). Весь указанный срок затухания именно в периоды чувствования ему очень тяжело, потому что чувства становятся иными, могут сопровождаться тоской, апатией (но и беспричинным счастьем тоже) и т.п. В такие моменты имеется некоторый риск суицида. Порой пережившие ангела преступники не хотят с ним расставаться, просят тюремного психолога прописать им его на всю жизнь. Но редко когда получают желаемое. Власти империи в целом не поощряют акселерацию гражданами своего эмоционального восприятия на постоянной основе, это всё же довольно сильный стимулятор, воспламеняющий душу, наполняющий её удивительными ощущениями, только позволь, слишком многие начнут им пользоваться, и мир превратится неизвестно во что, в сборище млеющих от объятий и романтики слюняво-рыдательных чрезмерно сентиментальных индивидуумов.
Исправление осуждённых бесспорно самая затруднительная часть работы судебной системы. Злоумышленники не дети, им не станет стыдно от слов «а-я-яй, как нехорошо». Истинно исправленный преступник – это преступник раскаявшийся, признающий в преступлениях порок, желающий стать добропорядочным. Те, кто сохраняет добропорядочность просто из боязни наказаний, вовсе не исправленные, они лишь благоразумные, как только им представится шанс совершить противоправное и остаться не пойманными, они не раздумывая сделают это. В древние времена хорошим подспорьем закону была религия, ведь и его нарушители и честные граждане верили в грех и ад, церковь постоянно напоминала людям, что морально, что аморально, призывала к законопослушанию и покаянию, суля вечные муки в загробной жизни тем, кто не раскаялся, и вечный рай праведным. Ныне столь удобного инструмента влияния на умы более нет, обещаниями или угрозами качества загробной жизни уже никого не соблазнишь и не испугаешь, злодею хоть кол на голове теши, в ответ на увещевания и нравоучения он будет лишь смотреть с наглой циничной ухмылкой превосходства. Но если исправления тяжело добиться, это не означает, что не нужно и пытаться. Таков подход у современных судебных органов. Они не сдаются, ищут варианты. Вернее сказать, не сдаётся гражданское общество. Пробуждение сострадания, понимание чувств жертвы через обретение схожего опыта, воздействие стыдом через публичные наказания, постижение красоты добра с помощью «ангела в сердце», образование, культурное просвещение, увлечения, спорт, общение с животными, творческая и трудовая деятельность – вот те средства, в которых оно видит возможность исправить хоть кого-то из оступившихся своих членов.
В качестве основных мер наказания судебно-исполнительными органами ныне практикуются: штраф, административный арест, общественные работы, домашнее заключение, работа в социальных учреждениях или на низких должностях (сильно провинившегося высоко-рангового чиновника принудительно отправят лет на 10 служить официантом в кафе или мыть общественные уборные), конфискация собственности, ссылка на малоосвоенные и периферийные планеты, тюремное заключение, каторжные работы, физические воздействия, казни. Порой применяются особые условия осуществления наказания, например, содержание в изоляторе, т.е. когда суд постановляет в целях усиления психологического эффекта воспитательных мер препятствовать возможности общения заключённого с любыми другими лицами, в исключительных случаях могут иметь место намеренное ограничение в пище, воде, сне или создание некомфортных температурных условий. Тюрьмы есть на каждой обжитой планете, перевозка осуждённых на иные планеты и в иные звёздные системы почти не практикуется. Космических станций – тюрем, и уж тем более планет-тюрем не бывает, хоть они и хорошо известны обывателю издревле по фильмам, подобная обособленность тюремной инфраструктуры сделала бы её обслуживание значительно более затратным, как и обеспечение её безопасности, плюс стоимость межзвёздной транспортировки высока, и властям вовсе не хочется тратить бюджетные средства на катание преступников по космосу. Вообще, адаптация планет (преобразование условий на них из непригодных для жизни в пригодные) дело невообразимо дорогое, занимающее многие сотни лет, жертвовать целой планетой ради изоляции итак уже изолированных от общества злодеев – утопия и безумие. Никто на такое никогда не пойдёт.
Занятный факт современной судебной системы. Она принимает во внимание гендерное неравенство. Скажем, мужчина, учинивший невынужденное неспровоцированное жестокое насилие над женщиной, получает усилительный коэффициент для срока заключения, лежащий в диапазоне от 1,2 до 1,5. Любишь причинять боль слабыми и беззащитным – посиди подольше. При сходных преступлениях мужчины против мужчины или женщины против женщины указанный коэффициент не применяется.
О взяточничестве и коррупции
Отсутствие физических платёжных средств и возможности анонимных платежных операций так или иначе влияет на современную коррупцию. Низшие социальные слои стали испытывать на себе её проявления в существенно меньшей степени, это не подлежит сомнению. Дать взятку мелкому чиновнику или рядовому полицейскому ныне просто нечем. Перевести деньги ему на счёт нельзя, автоматические аналитические финансовые службы обязательно обратят на столь подозрительный перевод внимание. Не бартером же её вручать в виде коробки конфет или палки колбасы. Может кто-то взял бы и бартером, но распространённость систем видеонаблюдения и личных видео-регистраторов делает опасность погореть слишком высокой. Рисковать карьерой ради «палки колбасы» мало кому хочется. Ещё есть закон о несимметричной ответственности, тоже серьёзно усложняющий коррупционерам жизнь. Согласно ему взяткополучатель подлежит уголовному наказанию, а взяткодатель
