Хит покачал головой. Прошедшие годы были добры к Расселу, приятные мальчишеские черты лица преобразились в чеканную мужественность. Разумеется, черная наглазная повязка усиливала репутацию героя, презирающего смерть, и покоряла все женское население Англии. Однако в душе Рассел оставался тем же грубоватым, хоть и привлекательным, ублюдком, что и раньше.
Но все-таки однажды он спас Хиту жизнь. И по всей вероятности, если придется, не задумываясь повторит то же самое. Несмотря на все недостатки, отваги ему не занимать.
Хит догадывался, что придет день, когда Рассел воспользуется своим подвигом и его дружбой, но даже в самых буйных фантазиях он не мог вообразить, что речь пойдет о Джулии Хепуэрт.
Хит был удивлен, что его чувства к Джулии остались столь же острыми, столь же горько-сладостными… столь же… неоднозначными. Он считал, что воспоминание о ней погребено под многими событиями прошлого, которые лучше не ворошить. Ему вовсе не хотелось вспоминать о том, что потерял.
– Если мы с ней так неприязненно относимся друг к другу, нам тем более не стоит общаться.
Не сводя глаз с грациозных движений вальсирующих, Хит ждал ответа. Он ощущал на себе оценивающий взгляд Рассела, который анализировал его слова, обдумывал свою стратегию. Судя по всему, друг не питал подозрений насчет того, что произошло между Джулией и Хитом много лет назад. Возможно, свойственная ему самоуверенность не позволяла считать, что женщина, на которой он планирует жениться, может быть как-то связанна с одним из его друзей.
– Ты мой должник, Боскасл, – наконец тихо произнес он твердым и решительным голосом. – Я всего лишь хочу, чтобы ты потратил на это месяц.
Голубые глаза Хита потемнели. Целый месяц в обществе Джулии? Он не смог бы доверить себе и часа с ней.
– Я собирался поехать в Париж.
– Неужели из штаба Веллингтона последовало приглашение поиграть в посла?
Хит чуть не рассмеялся. Рассел был так предсказуем в своем честолюбии.
– Волнуешься, что упустишь такую возможность?
– Помоги мне поймать Оклера, и я гарантирую тебе вознаграждение.
– За то, что я стану нянькой при твоей нареченной, теперь дают медали? Что я должен делать? Мешать Джулии кого-нибудь подстрелить? Ты это серьезно?
Рассел улыбнулся, но взгляд его оставался холодным.
– Ты человек слова.
Человек слова. Да, Хит оставался им всегда. Это было его неотъемлемым правилом поведения в мире войны и хаоса, путеводной звездой, которая вела его в сложных и путаных перипетиях судьбы. Ирония состояла в том, что именно это его свойство (то ли добродетель, то ли порок) не позволяло сейчас признаться в истинных причинах своего нежелания пойти другу навстречу.
Рассказать правду – значит, нарушить слово, данное Джулии. Правда погубит доброе мнение Рассела о ней. Почти наверняка положит драматический конец их помолвке. Хит будет выглядеть негодяем, совратителем юных дев, вертопрахом, который распускает сплетни о своих победах. Да он скорее отрежет себе левую ногу! Это наверняка будет не так болезненно.
Хит обреченно кивнул. Его погубила собственная честь. Это научит смирению, научит не воображать себя таким чертовски добродетельным.
Рассел расхохотался.
– На какое-то мгновение я решил, что ты откажешься. Почему бы тебе не спуститься вниз, чтобы поговорить с ней? Подружиться…
– Ты ей уже сказал об этом? – поинтересовался Хит, изумленный самоуверенностью Рассела.
– Конечно. Попробуй утаить что-либо от Джулии.
– Как она к этому отнеслась?
– По-моему, она не поверила, что я…
Заметив какое-то движение на лестнице, оба собеседника разом обернулись. Молодой слуга в темной ливрее поднял голову и с важным видом приблизился к ним.
– Это для вас, сэр Рассел. Граф велел мне вас разыскать.
Рассел распечатал письмо и прочитал.
– Оклер только что отправился во Францию, – тихо ругнулся он. – У меня нет времени уговаривать тебя, Боскасл. Ты должен это сделать, – Рассел хмуро глянул на него. – Ты хоть помнишь, как она выглядит?
– Помню, – сдержанно откликнулся Хит.
Он не только помнил, как выглядит Джулия, он помнил и завораживающий звук ее голоса, и ее легкий смех, и нежную упругость ее кожи. Он помнил отблеск золота в ее рыжих волосах и то, как эти волосы рассыпались по его обнаженной груди, словно русалочьи сети… Манящие… чувственные…
Казалось, его влекло к ней… извечно. До того как его чувственность пресытилась и любовные связи стали оставлять после себя лишь пустоту и неудовлетворенность. Она была не первой и не последней женщиной в его жизни. Но она оставила самый глубокий след в его памяти. Она была той, кто бросил его… голодным, мучительно жаждущим большего.
Разумеется, этого не знал никто в мире, включая Джулию. О своих переживаниях Хит ничего не рассказал даже братьям. Свои желания и личные дела он хранил в тайне. Он скорее унесет свои тайны в могилу, чем поделится ими с приятелями или выплачет спьяну на плече надушенной шлюхи.
Его темные брови сомкнулись в хмурой гримасе.
– Когда ты отправляешься?
– Через несколько часов. Он от меня не уйдет.
Глава 2
Джулия пряталась за одной из колонн бального зала. Она наблюдала за двумя мужчинами, беседующими на балконе. Разобрать, о чем они говорили, было невозможно. Издалека она едва различала их лица, но Хита Боскасла она узнала бы везде и с любого расстояния. Этот красивый повеса по-прежнему притягивал женское внимание. По правде говоря, несколько дебютанток устроили целое представление, прохаживаясь туда-сюда прямо под балконом и стараясь привлечь к себе его взгляд.
Ее жених тоже привлекал внимание, Джулия насупилась, когда две хихикающие девицы остановились перед ней.
– Как ты думаешь, они нас заметили? – прошептала одна.
Ее подруга бросила быстрый взгляд на балкон.
– Боскасл посмотрел прямо на меня.
– А что сэр Рассел?
– Я слышала, что он помолвлен. Но он тоже на меня смотрит.
– Давай посмотрим в ответ. Они похожи на богов.
Джулия громко откашлялась. Девушки вздрогнули и попятились, налетая друг на друга.
– Дамы, – холодным тоном произнесла Джулия, – разве вам не объясняли, что не просто невежливо, но и непростительно дерзко глазеть… даже на богов.
Когда дебютантки, пристыженные, поспешили прочь, Джулия, лицемерка этакая, продолжила разглядывать две впечатляющие фигуры на балконе. Не могут же они все это время обсуждать ее. Они выглядели абсолютно спокойными, а это означало, что Хит не сообщил Расселу их секрет.
Хит посмотрел именно туда, где она стояла, и она опять скользнула за колонну. Если Рассел узнает, что произошло между ней и Хитом много лет назад, он наверняка придет в ужас. Сам факт, что Джулия это скрывала, станет доказательством ее вины.
