– Джулия, – произнес он низким проникновенным голосом, вызвавшим в ней новую волну полузабытых воспоминаний… дразнивших ее изголодавшиеся чувства. – Продолжаешь прятаться? Надеюсь, сегодня ты не вооружена? Должен ли я тебя обыскать?
Она склонила голову набок, разглядывая его с напускным недоумением.
– Простите… я с вами знакома? Разве нас представляли друг другу?
Он взял ее за руку и непринужденно притянул к себе.
– Очень забавно, если учесть, что ты чуть не застрелила меня при первой встрече.
– А не надо было прятаться за скалой. Я приняла вас за лисицу. – Теперь, когда дар речи вернулся к ней, она не могла сдержать поток слов.
Теплый взгляд Хита поощрял ее к легкой беседе. С ним было так просто разговаривать.
– О, Хит, неужели вы наконец простили меня? У вас остался шрам?
– Да и еще раз, да. Вообще-то я приобрел несколько шрамов со времени нашей встречи, но только ваш связан у меня с приятными воспоминаниями.
Они замолчали. Джулия почувствовала, как тяжко бьется ее сердце, заметила взгляды, которые бросали на них другие гости, ощутила, что годы лишь усилили его врожденный магнетизм. Она удивилась, когда Рассел сообщил ей, что Хит так и не женился. Впрочем, он был еще, достаточно молод и мог позволить себе не торопиться с женитьбой, а в качестве избранницы к его услугам было все женское население Англии. На выбор. Мужчине с внешностью и обаянием Хита Боскасла не придется слишком усиленно трудиться в поисках спутницы жизни.
Она смотрела на него, а он улыбался, и в этой улыбке не было ни самоуверенности, ни высокомерия. Истинный джентльмен, он не пустился в красочные воспоминания об их грешной интерлюдии.
Встреча с ним оказалась гораздо более эмоционально напряженной, чем рисовало ей воображение. Он был все тем же обаятельным повесой, которого она помнила. Война изменила многих ее знакомых, а Хит к тому же побывал в плену и пережил очень многое. Он слегка откашлялся. Она строго приказала себе не распускаться и отвела взгляд в сторону.
– Не хотите ли выпить чего-нибудь? – спросил он, направляя ее к концу коридора.
– Выпить?
Как бы ей хотелось не вспоминать его обнаженным, не думать о его руке, которая сейчас так вежливо поддерживала ее, а тогда касалась самых сокровенных мест ее тела. Он держался так непринужденно. Наверное, его должны забавлять воспоминания о том, что тогда произошло между ними.
– Да, – беспечно уточнил он. – Какого-нибудь освежающего напитка.
– Напиток? – тупо повторила она.
– Хотите, чтобы я нарисовал вам картинку, Джулия? – Он помахал рукой у нее перед глазами. – Джулия?
Он говорил тем теплым, шутливым тоном, который звучал так обольстительно и который все это время она старалась забыть. У него всегда было проказливое чувство юмора. Ей потребовалось все самообладание, чтобы не показать, как это на нее действует, как каждое его слово, каждый жест возвращают в прошлое. Слишком все это оказывалось манящим, соблазнительным. Она отвела глаза, страшась, что выдаст себя. Хит был слишком проницателен, и Джулия боялась, что ей не удастся его обмануть. Как унизительно, что она до сих пор помнит каждое его слово.
– Я выпила всего один бокал кларета, Хит.
– Что ж, значит, он весь ударил вам в голову.
– Ничего подобного.
– Нет, так и есть, иначе вы не целовали бы меня так страстно.
– Вам не нравится?
– Конечно, нравится, но боюсь, что завтра утром я отнесусь к этому иначе. Я никогда не делаю того, о чем буду сожалеть. Ну, до сих пор не делал…
Он погрузил длинные изящные пальцы в ее локоны и вновь притянул ее на диван. Его чувственность покоряла, подчиняла, жар его четко очерченных губ дурманил. Остальные гости отправились на охоту, а они с Хитом оказались запертыми на три часа в библиотеке и не могли открыть дверь. По крайней мере делали вид, что замок заело и они не могут его отпереть. Три роковых часа. Они навсегда изменили ее судьбу. Их краденое удовольствие окрасило всю дальнейшую жизнь. Тоска лишь нарастала, становилась все настоятельнее, неудовлетворенность томила сладкой горечью. Было в Хите что-то внушавшее доверие, что проникло сквозь все ее защиты. И потом… он же сдержал данное ей обещание.
Джулия с усилием заставила себя вернуться в настоящее. Хит больше не держал ее за руку, но она продолжала ощущать тепло его сильных пальцев. Волна приятного возбуждения вызвала легкий румянец.
Она встретилась глазами с его вопросительным, проницательным взглядом и вздохнула про себя: слишком легко утонуть в его взоре, как это было однажды. Вокруг двигались гости, с любопытством поглядывая на них, узнавая… Некоторые явно знали о помолвке Джулии с сэром Расселом, а Хит для всех был неуловимым холостяком, брачным призом, за которым гонялись, стремясь заполучить его любой ценой.
Она не сдержала смеха:
– Да, я хотела бы чего-нибудь выпить… Что угодно, кроме кларета.
Пламя вспыхнуло в глубине его темно-синих глаз. Насмешливая улыбка была неотразимой.
– Ах да. Я слышал, что кларет слишком ударяет в голову.
Глава 3
Погруженный, в задумчивость, Хит шел рядом с ней и пытался оценить свое положение. Ему как-то не верилось, что он ввязался в эту историю. Возможно, такую цену приходится платить за то, что он всегда вел себя замкнуто. Большей частью он просто игнорировал светское общество с его причудами и скандалами. Приглашение на сегодняшний, бал графа Одема он принял только по настоянию Рассела, которого давно не видел. Ему следовало сообразить, что за этим кроется какой-то тайный мотив.
Хит готов был вернуться на военную службу. Лондон надоел ему до скрежета зубовного. Один его любовный роман закончился, другой не думал начинаться. Хит был взвинчен и сам не знал, чего хочет. Может быть, просто какого-то отвлечения от терзающих его демонов, от собственных мыслей. В последнее время он ни в чем не находил удовлетворения. Он не рвался к одиночеству, но узкий кружок друзей вызывал нетерпеливое раздражение.
Меньше всего на свете он ожидал увидеть сегодня Джулию Хепуэрт… или леди Уитби, как она теперь звалась. Он искоса бросил на нее оценивающий взгляд. Это бледно-зеленое платье окутывало ее восхитительные формы, как дымка. Зеленый не считался в Лондоне пристойным для траура цветом. Означало ли это, что она восприняла иностранные представления, о моде? Пусть так, но как же хорошо было видеть ее снова! И интересно, как давно умер ее муж? За прошедшие годы она не утратила ни остроумия, ни чувственной привлекательности…
И своего таланта дразнить его. Какого черта она выходит замуж за Рассела? Такой… неподходящий брачный союз. Эта парочка скоро сведет друг друга с ума. И вообще, решил он, что оттенок зеленого не годится для траура… или даже полу-траура. Любопытно, любила ли она своего мужа? И как должен он, Хит, «заботиться о ней», пока Рассел где-то разыгрывает героя? Как он сможет притворяться, что между ними никогда ничего не было? Какими бы равнодушными ни казались они на вид, нет смысла притворяться, что у них никогда не было общего прошлого.
