нарисованная мелом, лапа ворона указывала в направлении вверх по реке.
«Поворачивай назад».
«Найди самку Белого Ворона».
Торак закусил губу.
Зачем просить его отыскать их друга Дарка?
Все бесполезно, Ренн могла быть где угодно. Она могла спрятать каноэ и пешком пойти в любую из бесчисленных долин Открытого Леса, или к озеру Голова Топора, или в Глубокий Лес, или в Горы, или к Морю.
Не узнав, почему она ушла, он будет искать ее вслепую.
Торак начал злиться.
Хватит, Ренн, это не смешно.
И все-таки он решил следовать оставленной Ренн метке.
Грести против течения – работа нелегкая, так что к концу дня у него онемели до судорог плечи. Туман заполнил долину. Между сосен заползли сумерки. Торака знобило, от жилетки и штанов до колена из кожи угря толку было мало, а этим летом он еще не удосужился сшить себе башмаки. Глупо отправляться в путь босиком и без спального мешка, тем более в северную часть Леса.
Наконец он заметил на иве белого ворона – верный знак, что Дарк где-то поблизости. Затащил ненавистную долбёнку на берег. Птица поприветствовала его громким «арк!» и полетела в Лес.
Торак последовал за ней к стоянке друга на поляне, которую охраняли внимательные к чужакам березы.
Дарк сидел возле костра с бубном колдуна на коленях. На бубне были разбросаны фигурки разных существ, которых он любил вырезать из сланца, – зубры, бобры, змеи. Белая голова Дарка склонилась над бубном, фигурки подрыгивали в такт ударам бедренной кости лебедя.
На костре коптился лосось. Рядом с Дарком лежала горка красных легко крошащихся камней, а сам он был слегка припорошен красной пылью. Арк уселась Дарку на плечо и принялась деловито чистить белые перья, которые тут же окрасились в розовый оттенок.
При появлении Торака Дарк поднял голову, но взгляд белесых глаз оставался отстраненным, будто блуждал далеко в Горах. А потом он наконец понял, кто перед ним, и лицо просветлело.
Торак ступил в круг света от костра.
Улыбка Дарка поблекла.
– Значит, она все-таки ушла, – сказал он.
Торак сверкнул глазами:
– Ты знал?
Дарк с шипением втянул воздух сквозь зубы.
Торак сорвался на крик:
– Что происходит? Куда она пошла?
– Я не знаю куда, но, думаю, знаю почему.
Глава 2
Торак мерил шагами поляну и яростно рубил палкой папоротник.
– Ты знал и мне не сказал.
– Ренн попросила не говорить.
– Я-то думал, ты мой друг.
– Она тоже мой друг…
– Друг, с которым ты секретничал у меня за спиной?
– Не так все было! И перестань рубить папоротник, ты пугаешь Арк.
Люди, впервые встретив Дарка, видели странного парнишку с белой кожей, белыми волосами и глазами цвета заполненного снегом неба. Они принимали его мягкость за слабость, но очень скоро понимали, что ошибались.
Дарк родился бесцветным, и отец бросил его, когда ему было восемь. Семь лет он один выживал в Горах, с ним были только маленькая самка белого ворона, которую он спас от стаи ворон, и дух его сестры. Два лета назад люди племени Ворона приняли Дарка, и все согласились, что он будет их колдуном. Но Дарк еще не привык к жизни в Лесу в окружении людей и порой на несколько дней уходил от племени, чтобы пожить одному и прочистить мысли и сознание.
Торак резко развернулся с палкой в руке, как будто собрался кого-то ударить и злобно посмотрел на огонь.
– Скажи, куда она пошла.
Дарк воткнул острие ножа в глаз лосося, поднял его от огня и протянул Тораку. Торак сурово сдвинул брови, и Дарк стал есть рыбу сам.
– Ренн сказала, начало происходить то, что она не может объяснить.
– Например?
– Капкан, о котором она забыла тебя предупредить. И еще был случай, когда она чуть не выпустила в тебя стрелу на охоте.
– Глупости, это все было случайно, такое с любым может произойти.
– Она так не думает. Ренн сказала: что-то во мне хочет причинить вред Тораку.
– Что? Ренн никогда бы мне ничего не сделала!
– Знаю. Но ей страшно оттого, что она может это сделать. Она хочет найти то, что ее к этому толкает, и остановить. Она думает… – голос у Дарка дрогнул, – она думает, это связано с ее матерью.
Березы вокруг поляны беспокойно зашелестели. Перья на шее Арк встали дыбом, и она тревожно каркнула.
Торак посмотрел Дарку в глаза:
– Но ведь колдунья Гадюка мертва.
– Знаю. Я лишь передал тебе слова Ренн.
Торак вытер ладонью губы:
– И ты даже не представляешь, куда она пошла?
– Она сказала, что все знаки указывают на один путь. Я тоже видел эти знаки. И вот только сейчас мой бубен сказал мне нечто странное. Он говорит: «Демон, который не демон…»
– У меня нет времени на загадки колдунов.
– А я все время их вижу.
Дарк указал на дерево, возле которого оставил подношение в виде фигурки ласки. Из-за теней от веток казалось, что у ласки появились рога.
– Я видел их в облаках, – продолжил Дарк, – и в водоворотах в реке. Большие клыки, намного больше, чем клыки кабанов…
– Плевать мне на клыки, я должен найти Ренн!
– Но, Торак, это все связано! Эти клыки связаны с Ренн, я чувствую.
– Тогда проведи обряд на поиск потерянного. Вот прямо сейчас возьми и проведи.
– Она не хочет, чтобы ты ее нашел. Поэтому она и ушла, не предупредив тебя. Иначе ты бы от нее не отстал, а она не могла так рисковать!
– Просто проведи обряд!
Дарк замялся, а потом тряхнул головой и сказал:
– Нет нужды в обряде, посмотри на небо, и все поймешь.
В небе над головами светилось Самое Первое Дерево[1]. Его мерцающие зеленоватые ветви охватывали луну и звезды, а невидимые глазу корни держали в западне демонов Иного Мира.
У Торака волосы зашевелились на затылке. Самое Первое Дерево обычно светилось в темные зимние ночи и крайне редко показывалось в летнее время. Если оно появилось, значит тому была причина. Торак по лицу Дарка видел, что друг тоже об этом подумал.
Они с восхищением смотрели в небо, зеленые огни постепенно поблекли, и от них остался лишь след, как от огромной светящейся стрелы.
– На север, – сказал Торак. – Этот знак говорит, что она пошла на север.
– Очень далеко на север, – сказал Дарк.
Торак вскинул голову:
– Хочешь сказать – на Дальний Север? Она сама никогда туда не доберется.
– Еще дальше, – сказал Дарк. – Я это чувствую.
– Но что может быть
