Но этим надеждам не суждено было сбыться. 26 января 1986 г. отряды террористов вновь захватили Золотой храм в Амритсаре. Убийства в Пенджабе продолжаются. Индии предстоит еще много испытаний на пути сохранения единства и сплоченности.
Л. Б. Алаев
Предисловие к русскому изданию
С того времени, как я написал эту книгу, прошло уже несколько лет. В нынешнем мире с его стремительным темпом жизни даже написанные по горячим следам путевые заметки становятся за такой срок чем-то вроде исторических записок. Автор путевого очерка, передающего прежде всего непосредственные впечатления, переживания и наблюдения, подвергается суровой критике времени столь же неумолимо, как и автор документального фильма или публицистического репортажа.
Но и спустя годы мы возвращаемся к произведениям документального жанра, если они воскрешают значительные минуты или интересные эпизоды прошлого. А как мне кажется, жаркое лето 1979 года, атмосферу которого я попытался воссоздать, было одним из ключевых моментов в новейшей истории Индии. В то лето не только достиг кульминации политический кризис правительства «Джаната парти», но и в сознании миллионных масс — как вскоре показали всеобщие выборы — зрело отчетливое представление, что путь, намеченный программой партии Индийский национальный конгресс, лучше и перспективней какой бы то ни было иной альтернативы. Вот почему мои записки, вероятно, и сегодня не лишены интереса.
Читатели, следящие за развитием Индии по страницам ежедневной прессы, видимо, живо помнят сообщения о ряде важных успехов, достигнутых с тех пор этой великой страной. Премьер-министр Индира Ганди была избрана в 1983 году председателем движения неприсоединения, у колыбели которого стоял ее незабвенный отец Джавахарлал Неру; Индия приветствовала своего первого космонавта, что стало символом ее многолетнего плодотворного мирного сотрудничества с Советским Союзом, и т. д. Однако были за это время и трудные минуты испытаний, в особенности когда единство страны было поставлено под угрозу сикхскими сепаратистами и когда поднялась новая волна кровавых столкновений между индуистами и мусульманами. Но одно можно сказать с уверенностью: близящееся сорокалетие своего освобождения от колониального гнета Индия будет отмечать с чувством гордости за свершенное.
Автор книги был приглашен в Индию для получения почетной премии имени Р. Тагора, которую правительство Западной Бенгалии ежегодно вручает зарубежным индологам за успехи в популяризации бенгальской культуры. Среди лауреатов этой премии был первый советский специалист но бенгальской литературе — Вера Новикова из Ленинграда. Русское издание своей книги я посвящаю ее светлой памяти.
Сентябрь 1984 года
Автор
Прага-Франкфурт-Дели
Вы читали «Аэропорт» А. Хейли? Если да, то наверняка вспомнили бы об этой книге, если бы оказались на аэродроме Франкфурта-на-Майне. С первого взгляда аэродром-колосс производит впечатление совершеннейшего хаоса, но все здесь так великолепно организовано, что очень быстро вы начинаете прекрасно ориентироваться. К самолету Чехословацкого аэрофлота, которым вы прилетели, трапа не подают — к нему подведен туннель, и вы пройдете прямо в один из таких длинных коридоров здания, который на всякий случай снабдили «движущимися тротуарами», для того чтобы путешественники не преодолевали пешком километровые расстояния за получением багажа и могли легче добраться к нужному выходу (всего их пятьдесят) прямо к своему самолету.
Мимо вас на велосипедах беззвучно проезжают служащие аэропорта с маленькими радиопередатчиками в руках. Вы сами скоро начинаете понимать, что и велосипеды и радиопередатчики нм действительно необходимы. В огромном зале для транзитных пассажиров на какой-то момент теряешься в лабиринте всевозможных магазинов и магазинчиков, торгующих беспошлинными продуктами и спиртными напитками, секс-шопов[3], застекленных горок с обувью, магазинов игрушек и сувениров и ряда витрин, напоминающих выставку новейших образцов радиоприемников, телевизоров и магнитофонов. Тут вы, разумеется, увидите также бары и рестораны, книжные и журнальные киоски, молельню, детскую комнату и даже последнюю модель мерседеса, не говоря уже о почте, банке или бюро, где вам выдадут напрокат автомобиль или снимут гостиничный номер в любой части нашего старого континента.
Если даже вы должны провести здесь, в зале для транзитных пассажиров, до своего отлета семь долгих часов, скучать не придется. Большое черное информационное табло почти непрерывно «воркует», «смазывая» верхние строчки и добавляя снизу новые к тем примерно тридцати, которые сообщают о рейсах самолетов в города близкие и далекие — в Мельбурн, Найроби и Квебек или в Мюнхен и Ганновер, куда от Франкфурта-на-Майне буквально рукой подать. Глядя на табло, вы можете восстановить в памяти свои знания по географии — где находятся Лагос, Веллингтон или Момбаса — или посочувствовать пассажирам, направляющимся в Кейптаун, чей самолет опаздывает часа на два.
Тем не менее подавляющее большинство самолетов отделяется от земли с механической регулярностью, примерно через каждые пять минут. Впрочем, вы сами можете в этом убедиться, если сядете перед гигантской застекленной стеной, обращенной к взлетным полосам, по которым то н дело с ужасающим громом проносятся крылатые чудища, чтобы тут же взмыть в небо и в течение нескольких секунд исчезнуть из поля зрения. С чуть более длительными интервалами «устья» коридоров со стороны прибытия самолетов выбрасывают толпы пассажиров, столь же экзотических, как и названия городов на информационном табло. Длинные вереницы вечно улыбающихся и щебечущих японок и японцев, небольшие группы арабов в белых бурнусах, смуглые малайцы или индонезийцы рядом с рослыми неграми и стройными черными девушками — и толпы высоких и низких, толстых и худых европейцев; разноголосую смесь языков не смог бы разобрать даже самый одаренный полиглот, а если в этом гаме вы неожиданно услышите несколько сербских или польских слов, то уже готовы броситься на шею земляку. И вдруг вы понимаете, что наша старушка Европа в действительности всего лишь частица большого мира, хотя в тот момент вам кажется, что представители всех населяющих его народов именно здесь назначили свидание друг другу.
Часы бегут стремительно, словно «джамбо-джет»[4], и, хотя уже восемь часов вечера, надпись на табло «AI 124 Kuwait — Delhi — Bombay» (рейс осуществляется компанией «Эйр Индиа») все еще не появляется. Вам повезло: самолет будет последним, который сегодня покинет франкфуртский аэропорт, его вылет назначен на 22 часа 00 минут. Наконец-то и эта строка возникла на табло, в самом низу; между тем как сверху столбец строчек все убывает, ниже вашей строки уже ни одна новая не загорается.
