Длинные улицы или, вернее, шоссе Нью-Дели большую часть дневного времени не слишком забиты транспортом. По дорогам мчатся пестро раскрашенные грузовики, много автобусов, переполненных лишь в часы, когда в учреждениях начинается и кончается работа, то есть между девятью и десятью утра и с четырех до шести вечера, по европейским понятиям, довольно скромное количество частных машин, среди которых явно преобладает индийский «амбэсадор», перемежаются такси и рикши на трехколесных мотороллерах, так называемых скутерах, которые хоть и медленнее обычного такси и на вид не так безопасны, зато гораздо дешевле.
Совсем недавно, проведя ряд забастовок, таксисты добились существенного повышения платы за проезд, так что сегодня приходится платить больше того, что указано на счетчике. Эту цифру надо умножить на 2,4. Для столь трудных математических операций служат специальные таблички, которые должны быть у каждого шофера такси, чтобы пассажир мог всегда проверить правильность расчета. При делийских расстояниях поездка в такси теперь значительно вздорожала. За поездку, которая в автобусе обошлась бы в полрупии, вы заплатите рикше пять, а таксисту не менее десяти рупий.
К счастью, всеми этими видами транспорта я пользовался нечасто, потому что пригласивший меня Индийский комитет по культурным связям в любой момент предоставлял мне машину, и я мог предпринимать довольно далекие поездки, чтобы освежить воспоминания о местах, посещенных несколько лет назад, или осмотреть те достопримечательности индийской столицы, которые мне прежде не довелось увидеть. Подробные описания на хинди и по-английски говорят о поре возникновения и гибели частично обрушившихся, а частично более или менее сохранившихся остатков древних строений. Люди встают в очередь перед Кутб-Минаром — стройной башней-минаретом Кутб-ад-дина Айбека, относящейся к XIII столетию, чтобы за полрупии насладиться видом со второго этажа. Вы на миг заколеблетесь, ибо на сорокаградусной жаре как-то не слишком хочется карабкаться по крутым ступеням лестницы, но, увидев, как стремятся попасть в башню даже малые дети, присоединяетесь ко всем. При подъеме вы насчитаете более ста пятидесяти ступеней, однако галерея второго этажа вознаградит вас видом на широкую равнину с типичными мусульманскими гробницами и гладью реки Джамны на заднем плане[5].
Раз уж мы заговорили о посетителях достопримечательностей… В то воскресенье, когда я туда отправился, они приходили толпами. Это были не только горожане и горожанки из Дели, но наверняка и деревенские жители из самых различных уголков Индии. Все большее их число открывает для себя красоты и славное прошлое своей страны, внимательно слушает объяснения экскурсоводов, поскольку тут, пожалуй, встречаются все языки Индии; образованные гиды переводят на их родные наречия тексты на табличках у каждого памятника, посетители дисциплинированно становятся в очередь перед навесом с надписью «питьевая вода» и отдыхают, сидя на газонах в тени цветущих деревьев. Автобусы, ожидающие их перед воротами, украшены опознавательными знаками разных штатов — Пенджаба и Харьяны, Уттар-Прадеша и далекого Андхра-Прадеша.
Сюда приезжают, чтобы познакомиться с древними памятниками. С не меньшим интересом посетители осматривают и памятники значительно более поздних периодов истории Индии, такие, например, как Раджгхат, где было предано сожжению тело Махатмы Ганди, или Гандисмрити (Музей Ганди), находящийся в доме, в саду которого великий индийский политик пал от пули убийцы. Когда-то это здание называлось по имени своего владельца-миллионера «Бирла-Хаус». Сейчас здесь музей, явно предназначенный и для самых простых обитателей этой обширной страны. Биография М. Ганди представлена тут рядом вмонтированных в стену застекленных макетов, где фигурки миниатюрного паноптикума изображают все значительные события из жизни Мохандаса Карамчанда Ганди от дня его рождения до торжественных похорон. Стены увешаны фотографиями и фотокопиями различных документов, а в темном зале непрерывно демонстрируются фильмы, повествующие о его жизни и разносторонней деятельности. Разумеется, есть тут и бережно сохраняемая спальня, где стоит кровать, в которой Ганди провел свои последние ночи. Из окна спальни виден сад и то место, где в Ганди стрелял религиозный фанатик. В целом перед вами наглядный урок новейшей истории Индии, который, судя по количеству посетителей, охотно повторяют и люди старшего поколения — живые свидетели тех времен, — и с не меньшим интересом молодежь, родившаяся уже в независимом государстве.
Имеются здесь и другие памятники нашего времени — больницы и клиники, научно-исследовательские институты, культурные учреждения, и прежде всего новый Университет имени Дж. Неру, занимающий территорию большую, чем аэродром; тут, казалось бы, без всякого плана рассеяны отдельные факультеты, научные лаборатории и институты, общежития и административные здания. Все это построено в том весьма целесообразном и производящем сильное эстетическое впечатление стиле современной индийской архитектуры, который, на мой взгляд, значительно превосходит средний европейский архитектурный уровень.
Но как и где живут в городе шесть миллионов человек? Так же как и во всех крупных городах мира, одни — в стандартных жилых домах, расположенных преимущественно на городских окраинах, где вырастают все новые и новые кварталы, другие — в разбросанных по всему Дели небольших собственных домиках. Жители окраинных районов города прежде всего сталкиваются с проблемой транспорта: как добраться до места работы и затем вернуться домой. В часы пик переполненные автобусы с трудом справляются с толпами осаждающих их пассажиров. Многие решают эту проблему простейшим способом: появляется все больше велосипедов, мотоциклов и мотороллеров.
Небольшие частные домики превосходят европейские дома такого типа разнообразием форм и красок. Для них характерны — помимо садов и садиков с буйной растительностью и множеством цветов — плоские крыши, на которых так хорошо спать в душные летние ночи до наступления сезона дождей, и почти обязательные веранды или большие балконы, нередко защищенные от палящего солнца и горячих ветров тростниковыми шторами или жалюзи. Даже в самых современных виллах кухня традиционно размещается в задней части первого этажа — в индийских домах тысячелетиями готовили еду на задних огороженных дворах под навесом.
Столь же традиционен, как мне кажется, и обычай принимать гостей в комнате, расположенной у самого входа. Когда-то это помещение представляло собой так называемый внешний дом, за которым уже начиналось женское «царство», куда посторонним мужчинам вход был строго запрещен. Эта комната, как, впрочем, и весь дом, даже в относительно богатых семьях обставлена весьма неоднородно. Мебельные гарнитуры здесь почти неизвестны, и потому рядом стоят кресла и деревянные стулья, плетеные табуреты, а подчас и пляжные шезлонги, ибо целесообразность и удобства ценятся больше, чем внешний вид. В таких комнатах вы всегда увидите какой-нибудь стол и непременные шкафчики и горки, заставленные всевозможнейшими сувенирами, фигурками, блюдами и чашками. Не раз бросается в глаза какой-нибудь предмет, кажущийся на первый взгляд крикливой безвкусицей, однако почему европейскими критериями вкуса должны руководствоваться и сотни миллионов людей, населяющих другие континенты?
