В течение последующих нескольких недель большая фирма фрахтовых перевозок, известная на побережье Тихого океана как «Кейворт интернэшнл», потерпела бы крах, если бы информация, содержащаяся в конверте, была предана огласке. Компания, вероятно, никогда не смогла бы оправиться после такого пожара, который был готов зажечь Илиас.
Он изучал своего противника с завидной дотошностью, терпением и упорством. Все эти качества Илиас воспитывал в себе с шестнадцати лет. Он знал, что компания «Кейворт интернэшнл» является всем в жизни Гаррика Кейворта.
Жена Кейворта оставила его много лет назад, и очевидно, он уже давно поставил крест на семейной жизни. Более того, Кейворт отдалился даже от своего сына Джастина, который создавал конкурирующую с отцом компанию фрахтовых перевозок здесь, в Сиэтле. Друзья Кейворта принадлежали к тому типу людей, которые моментально исчезают, как только услышат о финансовых затруднениях ближнего. Он не получал никакого удовлетворения и от своей знаменитой коллекции резных деревянных изделий с тихоокеанских островов. Илиас знал, что Кейворт собрал эту коллекцию в основном из-за престижа, а вовсе не ради любования диковинками.
Компания была опорой и детищем Кейворта. С монументальным высокомерием старинного фараона он построил собственную версию современной пирамиды, некоего хранилища сокровищ, на которых восседал в гордом одиночестве.
Но Илиас раскачал несколько опорных камней, на которых зиждилось это создание современного фараона. Все, что ему требовалось для отмщения, — это сохранить в секрете содержание небольшого конверта в течение нескольких недель.
Для этого Илиасу следовало немедленно покинуть офис Кейворта, и цель была бы достигнута.
— Даю вам пять минут, Уинтерс. Выкладывайте ваше дело, да поживее: в одиннадцать тридцать я должен проводить совещание. — Гаррик откинулся на спинку серого кожаного кресла. Он нетерпеливо поигрывал дорогой инкрустированной ручкой, которую держал в массивных пальцах.
«Его рука явно не гармонирует с такой изящной ручкой», — подумал Илиас. Кроме того, сам Гаррик Кейворт не вполне подходил для своего собственного офиса и не вписывался в элегантный интерьер, созданный фантазией хорошо оплачиваемых дизайнеров.
На вид ему было около пятидесяти лет; подогнанный отличным портным к его громоздкой, рослой фигуре костюм все же не мог полностью скрыть его бычью шею.
Илиас спокойно выдержал злобный пристальный взгляд Кейворта. Он подумал о том, как просто уничтожить этого человека, особенно сейчас, когда последние факты собраны и все встало на свои места, словно фигуры на шахматной доске.
— Мне не нужно пяти минут, — сказал Илиас, — достаточно одной, от силы двух.
— Как прикажете понимать ваши слова? Черт возьми, Уинтерс, перестаньте наконец испытывать мое терпение! Я согласился встретиться с вами только благодаря вашей репутации.
— И вы знаете, кто я такой?
— Да, черт возьми. — Гаррик отбросил ручку. — Вы не последний человек в торговле на побережье Тихого океана. Любой в Сиэтле, имеющий какое-нибудь отношение к международной торговле, знает это. У вас есть связи, позволяющие сбывать товар на выгодных условиях в таких местах побережья, где никто больше не может получить никакой зацепки. Кроме того, вы получаете немалую прибыль, консультируя оптовых покупателей. — Гаррик слегка прищурился. — Ко всему прочему, говорят, вы человек со странностями.
— Что ж, вы весьма наслышаны о моем образе жизни, — согласился Илиас, наконец принимая решение и неторопливо кладя конверт на полированную поверхность необъятного стола. — Посмотрите, что там внутри. Я думаю, что вы найдете содержание этого конверта довольно… — Илиас выдержал паузу и с мрачным удовлетворением произнес заключительное слово, — поучительным.
Не дожидаясь ответа, он повернулся и направился к двери. Илиас понял, как был прав Хейден Стоун относительно планов его мести. Это чувство сковывало его сердце подобно ледяным водам бездонного озера. Годы жизни ушли на осуществление этих планов. Годы, которые уже никогда не вернуть назад.
— В чем дело? — воскликнул Гаррик, когда Илиас был уже у дверей. — Какую игру вы ведете? Вы сказали, что у вас есть какое-то важное сообщение о моем бизнесе на побережье Тихого океана.
— Все, что я хотел вам сообщить, находится в конверте.
— Черт возьми! Не зря говорят, что вы странный человек, Уинтерс.
Илиас услышал звук разрываемой бумаги. Он взглянул через плечо и увидел, как Гаррик выдергивал пятистраничный документ из конверта.
— Есть только один момент, который я хотел бы узнать, — произнес Илиас на пороге кабинета.
Гаррик не ответил. Он нахмурился, читая первую страницу текста. Гнев и недоумение отражались на его лице.
— Что вам известно о моем сотрудничестве с Кроем и Зиллером?
— Гораздо больше, чем вы думаете, — сказал Илиас. Судя по вопросу, Кейворт еще не осознал, какую бомбу держал в своих руках, но для понимания сути ему не потребуется много времени.
— О Боже, да ведь это строго конфиденциальные сведения. — Гаррик поднял голову и посмотрел на Илиаса пристальным взглядом, как бык на матадора. — Как вы смогли получить информацию об этих контрактах?
— Вы помните человека по имени Остин Уинтерс? — тихо спросил Илиас.
— Остин Уинтерс? — В глазах Гаррика мелькнуло удивление, сменившееся глубокой настороженностью. — Да, я знавал когда-то некоего Остина Уинтерса. Это было лет двадцать назад, на далеких островах в океане. — Его взгляд твердел по мере осмысления сказанного. — Только не говорите мне, что вы имеете к нему какое-то отношение. Этого просто не может быть.
— Я его сын.
— Повторяю: это невозможно. У Остина Уинтерса даже не было жены.
— Мои родители развелись за два года до переезда отца на остров Нихили.
— Но он никогда даже не упоминал о своем сыне!
То обстоятельство, что его отец ни словом не обмолвился о нем своим друзьям и знакомым, больно ранило Илиаса. Только сильная воля помогла ему выдержать этот непреднамеренный удар Гаррика и скрыть переполнявшую его горькую обиду.
— И тем не менее я его сын. Мне было шестнадцать, когда вы повредили самолет моего отца. Я прибыл на Нихили через день после его гибели. К тому времени вы уже покинули остров. Мне понадобились годы, чтобы докопаться до истинной причины роковой аварии.
— Вы не можете обвинять меня в смерти Остина Уинтерса. — Гаррик уже взял себя в руки, и его лицо покраснело от гнева. — Я не имею никакого отношения к этой катастрофе.
— Ну как же, ведь это вы перепилили топливные магистрали, зная, что на получение запасных частей с материка для ремонта самолета потребуется не один месяц. Вы совершенно точно рассчитали, что у моего отца только один самолет, и если машина не сможет летать, то и отец не сможет выполнить свои обязательства по контрактам на перевозки. Вы также учли и то обстоятельство, что его бизнес рухнет, если сообщение прекратится на несколько недель.
