Катерина жаждала общения, которое могло бы заполнить пустоту в её душе и отвлечь от депрессии. Кто ищет, тот всегда найдет. В их лаборатории появилось новое лицо — аспирант Леонид. Как только он вошел в их комнату, высокий, с волнистыми русыми волосами, открытой улыбкой и очаровательным здоровым румянцем, сотрудницы лаборатории мгновенно растаяли.
— Знакомьтесь, это Леонид Мартынов, аспирант из Нижнего Новгорода, собирает материал для своей работы и, заодно, будет перенимать опыт у нас. Его рекомендовал один мой очень хороший товарищ, так что прошу любить и жаловать! — представил парня Олег Васильевич.
— Людмила, — протянула первая руку «королева».
— Очень приятно. — Леонид галантно приложился к протянутой руке.
— Людочка, разве нам не пора на конференцию? — властные интонации шефа ясно давали понять, кто хозяин в этом огороде. — Мария Степановна, будьте добры, введите нашего гостя в курс дела.
Леонид тут же ретировался, очевидно, будучи хорошо знакомым с правилами игры в подобных учреждениях. Пока Марина Степановна объясняла гостю, что к чему, Катерина с раскрытым ртом глазела на новенького. Её никто и не подумал представить, и она так и стояла в углу, никем незамеченная.
— Не хотите чаю? — вдруг тихо спросила она.
Марина Степановна удивленно взглянула в её сторону. Катя никогда не встревала в разговоры и уж тем более никогда не проявляла инициативу. Заметив её пунцовые щеки, Марина понимающе улыбнулась. Леонид, к радости Катюши, от чаю не отказался. За столом он все расспрашивал Марину Степановну о работе и семье, с интересом слушая подробности о детях и муже.
— А вы, Катерина, тоже уже успели обременить себя брачными узами? — как бы невзначай спросил он.
Катюша зарделась, не зная куда себя деть от смущения.
— Нет, — пролепетала она.
— С родителями живете?
— Нет, одна.
Как показалось Марине Степановне, это факт странным образом Леонида очень даже обрадовал. Когда он отлучился, она подошла к Кате с видом старшей наставницы.
— Будь осторожна, девочка. Такой вскружит голову, и моргнуть не успеешь.
Катерина послушно кивнула.
— Ты не смотри, что такой галантный и симпатичный. От таких не знаешь, чего ждать. А потом страдают девицы, вроде тебя.
Катюша еще раз кивнула, но про себя подумала, что Марина Степановна просто наговаривает на бедного парня.
В последующие дни Леонид вел себя просто безупречно. Неизменно учтивый со всеми сотрудницами, благоговейно-уважительный к шефу — словом, он к каждому нашел подход. Он был первым, кто так обратил внимание на Катюшу. То стул пододвинет, то пробирки поможет отнести, то в булочную вместе за компанию сбегает. Марина Степановна с Людочкой все посмеивались меж собой.
— И что он в ней нашел, в нашей дурочке? — пожимала плечами Людочка.
— Может из тех, кто считает, что не с лица воду пить? — предположила Марина Степановна.
Если бы они слышали, что происходило за кулисами лаборатории, то им бы, опытным волчицам, стало бы все в миг ясно. Возможно, и Катерине бы подсказали что дельное. Катюша же была настолько очарована первым в её жизни мужским вниманием, что не заподозрила ничего дурного.
— Чудесные сегодня были пирожки! — обхаживал Катерину Леонид, провожая до метро.
— Спасибо, — ответила польщенная Катерина. Раньше все просто лопали её еду, не удосуживаясь даже спасибо сказать. А Леонид — сразу видно воспитание! — Я завтра еще принесу, я много нажарила.
— Ах, счастливица, А мне все бутербродами питаться приходиться. — вздохнул он. — Я уже их видеть не могу! И желудок болит…
У Катерина аж сердце сжалось от жалости. Конечно, парень вдали от родителей, некому и позаботится о нем. А у неё дома целая тарелка этих пирожков стоит.
— А давай, я тебе их передам к ужину? — предложила она, удивляясь своей смелости.
Леонид растроганно улыбнулся, благодарно пожав её руку.
— Правда? Было бы просто восхитительно!
Таким образом, он попал к Катюше домой. Поужинать они в итоге решили у неё. Катюша буквально летала по кухне, подогревая пирожки и накрывая на стол. Потом уселась напротив, разглядывая своего дорого гостя.
— Та знаешь, Катюша, так здорово тут у тебя! — проговорил с набитым ртом Лёня. — Так уютно, словно дома вновь оказался.
— Спасибо.
— А я живу в такой конуре, просто страх божий. И деньги берут большие, настоящая обдираловка. Порой даже не хлеб не остается. — продолжал он свои жалобы.
Катя слушала его слова внимательно, но не понимала, куда он клонит. Видя, что намек не понят, Леонид перешел в открытое наступление.
— Я знаешь, что подумал? А давай я у тебя тут угол буду снимать? Чем платить неизвестно кому, я уж лучше тебе деньги отдам. Что думаешь? И тебе и мне хорошо. Ты не подумай, я не кусаюсь! — засмеялся он, видя нерешительное выражение лица Катерины. — По хозяйству помогу, да и на работу веселее добираться будет.
Леонид выбрал жертву очень мудро. Другая бы в жизни не купилась на его трёп, а Катерина все за чистую монету приняла.
— Сколько бы ты хотела за угол? — спросил он, словно Катерина уже согласилась.
— Не знаю даже, сколько сможешь, наверное.
— Ну, значит, договорились. За мной не заржавеет! — улыбнулся он улыбкой довольного и сытого кота. — Я здесь всего месяца три-четыре пробуду. Материал соберу, одобрение шефа получу и обратно домой. Так что долго тебя обременять не буду.
Катерина была даже рада такому повороту. Жить в тоске и одиночестве ей надоело до тошноты, так что появление постояльца, да еще такого, казалось настоящим фейерверком в её серой и унылой жизни.
— Только вот что, девчонкам на работе ничего не говори, ладно? А то пойдут потом слухи-разговоры, проблем не оберешься. Сама знаешь, какие они змеюки, тебе же еще и навредят.
Катя кивнула. Это казалось резонным. Незачем им знать о её тайне.
В итоге на работе заметили лишь, что Катерина вроде как немного живее и увереннее стала. Снесли это на то, что влюбилась, дурочка, что с неё возьмешь? Леонид был осторожен, отношений их ничем не выдавал. Как и обещал, по хозяйству Кате немного помогал поначалу, потом вечерами был больше занят, все в библиотеках торчал. По крайней мере, так он Катерине говорил. Вот только с оплатой за жилье тянул все. То потратился на книги, то на реактивы для опытов, то родители денег не прислали вовремя. Но Катя не беспокоилась. Раз сказал, что заплатит, значит заплатит. Да и потом, он давал ей много больше, чем могут купить деньги. Внимание, заботу, нежность, смех. Она верила, что это любовь. Ей было не с чем сравнивать, кроме как с игнорирующим её, как личности, отношением окружающих. А Ленечка увидел в ней человека, увидел её прекрасную душу. Разве это можно измерить деньгам? Он разглядел в ней внутренний свет. Он так и сказал:
