Зато соседи — те все замечают, сердобольные. Одна из старушек не постеснялась спросить, где папашу-то носит.
— Мой жених, — зарделась Катерина. — сейчас в отъезде, скоро приедет.
Соседка кивнула и с жалостью взглянула на девушку. «Жениха» того она видала, но вот что приедет он, ей не верилось.
Катерина приуныла, но надежды все еще не теряла. Так не бывает, твердила она сама себе. Лёнечка приедет, обязательно приедет. Может, с защитой проблемы какие, может, еще что. Он обещал. Он её любит. Эти слова так и звучали в её голове, удобряя увядающую веру. Она верила в своего Ромео, как бывает лишь при первой любви, когда сердце словно лишается всех рецепторов разумности и внемлет лишь безумию. Мысленно Катерина представляла себя настоящей невестой, проводившей дни в ожидании жениха, словно они и вправду были помолвлены. В её наивном представлении после всего, что между ними произошло, по-другому и быть не могло. Она боялась выйти вечером из дому, а вдруг Леня позвонит, а её не окажется? В определенный момент она даже решилась узнать телефон Леонида у девочек в лаборатории, а вдруг кто-нибудь записал? Но нерешительность и неуверенность, как объяснить свой интерес, так и не позволили её реализовать свою затею. А Лёнечка все не звонил. И не приезжал.
Надежда оборвалась, словно полет птицы от пули охотника, когда в один из дней Марина Степановна за обедом вдруг вспомнила о галантном аспиранте.
— А что там слышно о красавце нашем из Нижнего? Защитился хоть или так и ходит? Ни слуху от него, ни духу. Уехал и пропал.
Катерина в струну вытянулась от напряжения.
— Защитился. — пробурчал Олег Васильевич с набитым ртом.
Катеринино лицо осветилось улыбкой. Значит, защитился. Умничка. Она не сомневалась в нем. Значит, скоро за ней приедет!
— Как раз недавно со своим знакомым оттуда разговаривал, он мне и рассказал. — продолжал Олег Васильевич, доев котлетку. — Защитился и женился даже, наш пострел везде успел.
— И женился даже? — хохотнула Людочка. — он и здесь времени не терял, и дома, смотрю, тоже.
— Да там дело решенное было. Потому и торопили родители с защитой.
— Уж уверена, денег на чадо не пожалели. — не смогла удержаться Марина Степановна.
— Ну, Мариночка, — улыбнулся отеческой улыбкой шеф. — наше время таково, что если есть деньги, то все двери открываются быстро, а если нет — то всегда остается надежда на мозги и трудолюбие.
Марина Степановна намек поняла и замолчала. Но когда шеф ушел, она продолжила тему, уже с Людочкой.
—Ну, ничего себе, Лёнька-то дает! Все успел! А ведь мозгов — на пять копеек. А мы тут хрячимся, хрячимся, а конца и не видно.
— Ну, ты сравнила! — Людочка сосредоточено покрывала ногти ярко-красным лаком. — У него папаня знаешь кто? Шишка какой-то в Нижнем, со связями и деньгами. Правда, он говорил, что его лично родичи деньгами не балуют. Когда он здесь был, папаня ему кроме денег на приличное жилье, еду и книги больше ни на что не дал. Не хотел, чтобы дитя развращалось в ночных клубах.
— Да? — Марина Степановна рассмеялась. — Много ты знаешь! То-то девчонки из соседней лаборатории рассказывали, как этот «дитя» с ними отрывался на дискотеках да все папашины деньги на дорогие рестораны тратил.
— Ну, не знаю, — протянула Люда. — Мне что шеф про него рассказал, то и говорю. А откуда у него деньги на остальное были, не знаю. Значит не такой уж тупой, раз нашел, откуда деньжат раздобыть.
Тут раздался шум из угла и женщины заметили, что Катерина сползла по стеночке на пол. Неуклюже, тяжело, словно под грузом непосильной ноши. Людочка все еще сушила ногти, а потому не пошелохнулась. Марина Степановна подошла к Кате, похлопав её по щекам.
— Катя, ты что? Что с тобой? Плохо? Врача что ли вызвать? — обратилась она к Людочке.
— Плесни водой в лицо, может, поможет.
Марина Степановна зачерпнула ладонью воды из крана и плеснула на Катюшу. Та шевельнулась и открыла глаза. Огляделась и медленно поднялась, опираясь на сидение стула.
— Ты что, больна? Давление, может? — спросила Марина Степановна. Ей стало жалко девушку, настолько бледный и несчастный вид был у той.
— Слушай, а ты это, не из-за Лёньки случайно? — вдруг спросила Людочка, вспомнив, как Катерина восторженно смотрела на аспиранта. В таких делах она была опытной девицей, да и с чего бы Катерине повалиться именно во время разговора о нем?
Катя молчала, сидя на стуле и тупо уставившись в пол. Потом встала, расстегнула пуговицы на халате, и налила себе воды.
— Что, правда, из-за него? — Марина Степановна пристально оглядела Катерину и вдруг заметила её явно округлившуюся фигуру. Раньше она этого не замечала, а может просто не разглядывала вечно молчаливую сотрудницу. Катерина обычно в халате ходила, и облегающих вещей не носила, так сразу и не увидишь. А тут от удушья халат распахнула, живот так и выпячился бесстыдно. — Слушай, Катя, а ты что, беременная???
Катя ничего не ответила, залившись слезами. Марина Степановна и Людочка ошарашено уставились на её живот. Раньше они над ней все подшучивали, что она полнеет, как на дрожжах, но кто бы мог подумать!?! Ведь никто и предположить не мог, что у этой неприметной улитки мог быть любовник, да что она могла залететь. Как-то не укладывалось это все в голове.
— От Леньки, да? — выдавила изумленная Люда. — Ты поэтому расстроилась так? Вот подлец! А ты — дура настоящая!!! Идиотка! Ты что, надеялась, что он на тебе женится? Да по нему же сразу видно, что за птица. Ну, как можно такой дурой-то быть?
— Что делать будешь? — Марина Степановна сочувственно тронула Катю за плечо. — Ему скажешь?
— А как она докажет? Тест что ли генетический сделает? Все равно придется ждать, пока ребенок родится. Уж лучше сейчас аборт сделать.
— Думаю, что уже поздно. — со знанием дела оценила животик Катерины умудренная опытом Марина Степановна. — Ей уже рожать скоро, я так понимаю. Вот не повезло-то!
Катерина молчала, словно речь не о ней шла. В тот момент, как она услышала о женитьбе Леонида, её словно ножом ударили в самое сердце. Все внутри сжалось от ощущения провала в пропасть. Но если какое-то время в голове проносились варианты, что вышло недоразумение и Ленечка все равно за ней приедет, то когда она услышала разговор Марины Степановны и Людочки, то все встало на свои места. Вот оно что, значит! Подонок экономил папочкины деньги за счет Катерининой квартиры, тратя их на свои удовольствия. А Катя ему и кухаркой, и прислугой была, и минуты одиночества в постели скрашивала. Полный сервис и притом абсолютно бесплатно. Катюша молча сняла халат и повесила его на вешалку. Вытащила сумку из шкафчика и беззвучно вышла. Обсуждать с сотрудницами, которым в этой истории ничего, кроме интересной сплетни, не нужно, она не собиралась. Все и так было ясно.
