«пролетарского» выпуска командного факультета академии, — И.М. Лудри28, К.И. Душенов, И.К. Кожанов, А.М. Якимычев29, А.П. Александров30, И.С. Исаков31 и другие.
Вкратце оперативная сущность доктрины «владения морем», основывающаяся на западных («буржуазных») концепциях А.Т. Мэхэна32 и Ф.Х. Коломба33, которую отстаивали представители «старой школы», заключалась в генеральном сражении, решающем участь борьбы на море и определяющем исход войны. Предпочтение при этом отдавалось линейным кораблям, крейсерам и эсминцам, действующим при содействии авиации, подводных лодок и других кораблей.
Центральной идеей, пронизывающей труды Б.Б. Жерве и М.А. Петрова, было положение о том, что флот любого состава должен быть активным. Им принадлежит и заслуга пионерной разработки теории оперативного искусства советского ВМФ, что не смогли, а потом и не захотели понять их оппоненты среди выпускников Военно-морской академии, составлявших «молодую школу», и среди работников Штаба РККА.
По мнению последних, строительство современных крупных кораблей требовало огромных средств, которыми страна не располагала. Исходя из этого, они предлагали развивать строительство лёгких сил надводного флота, подводных лодок, самолётов и укреплять береговую оборону. Причём строительство линейных кораблей отодвигалось на перспективу создания в нашей стране тяжёлой мощной индустрии.
Взгляды молодых военно-морских специалистов оформлялись в своеобразную теорию «малой войны», по которой Советскому Союзу на тот период для отражения агрессии более сильного морского противника необходимо было иметь так называемый «москитный флот», действующий в тесном взаимодействии с сухопутными войсками на приморском направлении.
Забегая вперёд, необходимо подчеркнуть, что эта теория оказалась наиболее приближённой к действительным боевым возможностям советского флота того времени и соответствовала как задачам обороны страны, недавно закончившей Гражданскую войну и вынужденной готовиться к отражению возможной очередной агрессии, так и экономическим возможностям молодого государства в то время.
Однако постепенно складывавшаяся в обществе обстановка нетерпимости к отличным от «генеральной линии» взглядам и поступкам, падение уровня культуры ведения дискуссий и полемики и, наконец, впоследствии ярое неприятие какого-либо плюрализма мнений, формирующаяся под воздействием нарастающей политической борьбы лидеров ВКП(б) за власть, привела к тому, что и дискуссии в Военно-Морском Флоте стали всё дальше по содержанию удаляться от первоначально поставленной цели, всё более приобретая формы политической борьбы.
Считается, что своеобразный сигнал к прекращению публичной дискуссии о судьбах флота дал тогдашний начальник УВМС РККА Р.А. Муклевич. В 1927 г. он опубликовал в журнале «Морской сборник» передовую статью «Десятилетие Октябрьской революции и морской флот», посвящённую юбилею Великого Октября (1917 г.). В ней он писал следующее: «Нам нужен сильный флот с ядром из крупных надводных кораблей, но не для решения "проливной идеи» (преодоление проливов, включая Босфор и Дарданеллы, являлось основой концепции “владения морем”. — Авт.)»34.
Следом для устранения и разгрома своих оппонентов из «старой школы» под флагом борьбы с «реакционной буржуазной наукой», «ревизии в учении буржуазных школ о войне на море» со своими статьями и трудами бросилась в «бой» «молодёжь».
Результатом дискуссии стало то, что после того, как стены ВМА покинули выпускники «первого пролетарского выпуска», теоретики флота Б.Б. Жерве и М.А. Петров вскоре были изгнаны из ВМС РККА.
В пылу полемики на долгие годы из советского военно-морского искусства неоправданно были выброшены и буквально вытравлены ряд передовых идей того времени, принадлежавших их перу.
Так, например, были забыты основополагающие суждения Михаила Александровича Петрова о значении флота для Российского государства и фундаменте его строительства, началах теории ведения операций флота, активной обороне и проблеме линейного флота, значении и важности оборудования театра действий, об отношениях военного и морского ведомств и другие.
Приверженность Б.Б. Жерве и М.А. Петрова самостоятельным «буржуазным» взглядам и их бескомпромиссность при их отстаивании впоследствии стоила им жизни, как впрочем, и большинству из сторонников «молодой школы».
И хотя развитие советского ВМФ не пошло по пути, указанному какой-либо из одной из этих школ, в целом следует отметить, что их обобщённые взгляды о необходимости иметь сбалансированный по основным родам сил и средств сильный флот были ближе к практике его строительства, а разработка ими теоретических положений о перспективах строительства флота способствовала развитию советской военной науки и сыграла определённую роль в формировании планов создания ВМФ нашей страны35.
Что же касается руководства государства, ВКП(б) и РККА, то стремление пренебрегать интересами морского ведомства, а порой и просто игнорировать его предложения, переподчинить флот армии, отводя ему второстепенную, обеспечивающую роль, стремление сэкономить на кораблестроительных программах, стало проявляться ещё с начала 1920-х гг. при В.И. Ленине.
Так, несмотря на важное решение, принятое X съездом РКП(б) в марте 1921 г. о необходимости «возрождения и укрепления Красного Военного Флота»36 в связи с тяжёлым экономическим положением страны и необходимостью сокращения боевых единиц флота В.И. Ленин уже 30 июля того же года в письме наркомвоенмору Л.Д. Троцкому поставил вопрос о ликвидации Морского ведомства вообще37.
«Вождь мирового пролетариата», «великий из полководцев всех стран, всех времён и всех народов», «полководец нового человечества, освобождающего весь мир»38 писал: «Флот наш, вовсе не флот, а так, флотишко. Но и он нам сейчас не по карману. Нужно передать охрану морских границ ОГПУ, а оставшиеся корабли отремонтировать и продать за границу».
29 ноября 1922 г. в записке И.В. Сталину В.И. Ленин развил свою мысль тезисом о том, что «держать флот сколько-нибудь значительного размера нам, по соображениям экономическим и политическим, не представляется возможным»39.
В том же месяце вождь писал: «Весь размер судоремонтной программы должен быть сообразован (и это в состоянии сделать, конечно, только спецы) с размером того флота, который мы по политическим и экономическим причинам решаем держать у себя»40.
Более того, в конце того же года, излагая свои взгляды Иосифу Виссарионовичу на сокращение программы ремонта и строительства военно-морских судов, глава страны убеждённо продолжал писать, что «флот нам не нужен, а увеличение расходов на школы нужно до зарезу»41.
Неслучайно отношение к флоту и к решению его насущных проблем со стороны руководства страны оставляло желать лучшего. Так, например, ещё в мае 1920 г. опытный и заслуженный военмор (бывший контр-адмирал), командующий МС Республики А.В. Немитц в своей докладной записке председателю РВС Л.Д. Троцкому писал: «Не имея политического веса, я часто оказываюсь не в силах провести необходимые важные во флоте мероприятия, необходимость которых мне совершенно ясна с военно-технической стороны»42.
Кроме того, вопреки разработанному техническим директором Адмиралтейского завода П.Г. Гойнкисом и профессором ВМА военмором Л.Г. Гончаровым «Плану модернизации бывших тяжёлых крейсеров Балтфлота», в мае 1923 г., в соответствии с решением ВСНХ, были проданы на слом за границу около 10 кораблей. Среди
