— За это не волнуйтесь — Гордоны своих детей не бросают! Будет кому о нем позаботиться, мистрис Хей, — заверил лэрд. — Если ваша сестра выносит мое дитя, я их не оставлю.
Близнецы в голос зарыдали.
— Флора, — велела Фиона, — отведи их в спальню и останься там, пока я не позову.
Старушка погнала девушек перед собой, как пастух — овечек, попеременно журя и воркуя над ними.
— Ну тише, тише, голубки. Побыстрее наверх, да перестаньте ныть. Кто вас просил сюда являться? Только конфузите сестру! Лучше подумали бы, до чего она храбрая и как старается ради вашего счастья!
— Тэм, где ты? — позвала Фиона мужа Флоры.
— Здесь, хозяйка, — откликнулся старик, бесцеремонно расталкивая собравшихся.
— Найдется у нас достаточно сидра, чтобы утолить жажду этих людей?
— Пожалуй, — хмуро буркнул он.
— Парни, ступайте во двор, — скомандовал лэрд. — Тэм принесет вам сидр. Освежитесь немного, пока мы с мистрис Хей окончательно обо всем договоримся. И ты тоже, Джейми-малыш.
Не хватало еще, чтобы младший брат принялся стыдить его, взывая к совести и милосердию!
Когда зал опустел, Фиона пригласила лэрда посидеть у огня, — Я не могу предложить вам вина, — откровенно призналась она. — В погребе осталось всего два бочонка, а Форбсы и Иннзы — известные выпивохи.
Кивнув, Энгус поднял кубок.
— Сойдет и сидр. Свадьбы назначены на завтра? Хотя он уселся поближе к очагу, мерцающий огонек почти не давал тепла.
— Да. Колин Форбс женится на Марджери, а Уолтер Иннз — на Элсбет. Они прибудут сюда вместе со своими сородичами и волынщиками завтра на рассвете. Венчать будет святой отец из Гленкиркского аббатства. У нас нет своего священника. Отец был не в ладах с церковью, невзирая на то что ма каждый раз звала монаха или проповедника, когда рожала, чтобы тот крестил или отпел младенца. Но она умерла, дав жизнь Мораг, а отец и не подумал крестить малышку. И над ма никто не прочитал заупокойную молитву. Так и похоронили, как бродяжку! Зато уж сам отец плакал и молил позвать священника перед смертью, да только я и слушать не стала! — со свирепым удовлетворением заключила девушка. — Попрошу покрестить нашу Мораг завтра, после свадебной церемонии! Не оставаться же ей язычницей!
— Когда все будет закончено, переберешься ко мне в Бре-Касл вместе со своими сестрами и слугами, — велел лэрд. — Здесь больше нельзя оставаться, Фиона. Удивительно, как эта ветхая башня еще не обрушилась на ваши головы! У меня вы будете в безопасности.
Господи, во что он впутался? И к чему все это приведет? Но нельзя же бросить на верную погибель двух престарелых слуг и маленьких девочек? Еще одной зимы крыша башни не выдержит!
— Это мой дом, милорд! — гордо объявила Фиона. — Конечно, он не так хорош, как ваш, но я его не покину. И вы не имеете права тащить меня в свой замок. Я предложила вам всего лишь свою девственность, и хотя плохо разбираюсь в таких вещах, все же знаю, что невинность можно взять только раз.
Энгус Гордон не смог сдержать смеха. Ну до чего же нахальная девчонка! Хотя он мог поклясться, что она смертельно напугана: просто виду не подает.
— Не подумай, девушка, что я намерен спустить тебе все обиды и оскорбления; а кроме того, поверь, девственность, даже принадлежи она самой принцессе, вряд ли стоит двадцати упитанных коров. Ты поедешь в Лох-Бре со мной и станешь моей любовницей, пока не отработаешь весь долг сполна. Я человек справедливый, Фиона Хей, и стану хорошо обращаться с тобой и твоими домочадцами, позабочусь обо всех, как о собственных родственниках. Хорошая еда и теплые постели не помешают — уж больно вы все тощие.
— Не нужны нам твои подачки! — запальчиво вскричала Фиона.
— Подачки? Нет, девушка, ошибаешься! Обещаю, ты сторицей воздашь мне за каждое пенни.
Он порывисто сжал тонкие пальчики и слегка улыбнулся при виде испуганного лица Фионы.
— Сколько тебе лет, Фиона Хей?
— Пятнадцать, — пробормотала она, стараясь унять дрожь.
— Когда умерла твоя ма? Я еще помню ее. Она должна была стать второй женой моего отца. Близнецы — ее точная копия.
— Мне было тогда восемь, но пришлось стать хозяйкой дома. Отец отправился в ад через два года.
Энгус потрясенно замер. Если не считать двух стариков, девочка вот уже пять лет одна растит сестер!
— Как тебе удалось найти женихов для Элсбет и Марджери?
— Прошлым летом мы были на празднике. Энн встретила Дункана Кейта и осенью вышла замуж. Элсбет и Марджери были еще слишком молоды, и мы решили подождать. Тринадцать лет — самый подходящий возраст для замужества. Энн не приедет — ребенок вот-вот появится на свет, хотя еще и года не прошло со дня свадьбы. Дункан очень доволен, что жена оказалась такой плодовитой.
— Совсем как ее мама, — усмехнулся Энгус.
— Да, но живы только дочери. Трое сыновей родились мертвыми или умерли почти сразу после рождения. Недаром бабушка прокляла моего отца, вот все и сбылось, — мрачно пояснила Фиона. — Поэтому вы получили те земли в горной долине, что принадлежали моему дедушке Хею. Вы его знали?
— Да. А ты?
— Отец не позволял нам спускаться в долину. И маме тоже, после того как похитил ее из родительского дома. Все твердил, что деду, этому старому упрямцу, ничего не вдолбишь. Мол, готов скорее отдать фамильные земли, чем признаться в собственной не правоте. Он так и не простил деда и на смертном одре продолжал осыпать его ругательствами.
— А Юан Хей так и не смог забыть, что твой отец украл его дочь. Но он был честным и благородным человеком, гордым и порядочным. И полюбил бы тебя, девушка, всем сердцем, хотя не думаю, что одобрил бы твой дерзкий нрав.
— Как по-вашему, ему понравился бы наш договор, милорд? — лукаво осведомилась Фиона. — Конечно, вы правы, но что же мне делать? Надо заботиться о будущем сестер. Больше за ними некому приглядеть.
— Не воображай, что способна пристыдить меня, Фиона, — поддразнил Энгус. — Заруби себе на носу, что за воровство полагается наказание. Если я прощу тебя, значит, остальные грабители и наглецы вообразят, что им все позволено. Посчитают, что я слабый, ни на что не способный осел, которому можно сесть на шею. А я должен сохранять мир и покой в этой местности, особенно теперь, когда час возвращения короля близок. Но кто меня будет слушаться, если я дам повод ущемить себя? Так что, девушка, придется заплатить сполна.
— А разве у нас есть король? — удивилась Фиона. — Я думала, наш государь — герцог Олбани.
— Нет, он был регентом и правил от имени короля, поскольку еще до твоего рождения Якова увезли в Англию и держали там в плену. Два года назад герцог умер, и его место занял сын Мердок. Но он ничтожный глупец. Сейчас ведутся переговоры с целью привезти наконец короля домой. Я часто бываю в Англии и провожу много времени с Яковом. Он мой родич. Наши бабки были из семьи Драммондов.
