— Ты вправду собираешься сделать мою сестру своей любовницей? — без обиняков выпалила она.
— Представь себе, — развеселившись, протянул Энгус и, повернувшись к Фионе, осведомился:
— А что, все женщины в семействе Хей столь смелы, как ты, девушка?
К своему огромному изумлению, он увидел, как вспыхнули щеки Фионы.
— Джинни, придержи язык, — строго приказала она.
— Это Марджери так сказала, — не успокаивалась Джин. — По-твоему, нам и знать ничего не полагается, Фио?
Фиона, сокрушенно покачав головой, подвела к Энгусу свою уменьшенную копию:
— Это наша маленькая Мораг, милорд.
Изумрудно-зеленые глаза девочки пристально всматривались в лэрда Лох-Бре. Наконец, последовав примеру Джинни, она вежливо присела и прошепелявила:
— Как поживаете, милорд?
— Прекрасно, малютка, — обронил Энгус, очарованный прелестным ребенком. Мораг наградила его ослепительной улыбкой и, когда Энгус улыбнулся в ответ, неожиданно засмеялась. Звук был изумительно чистым, высоким и напоминал журчание лесного ручейка в ясный солнечный день.
— Обычно она дичится чужих, особенно мужчин, — изумленно пробормотала Фиона. — Не привыкла к гостям: к тому времени, как научилась отличать мужчину от женщины, большинство членов клана моего отца вернулись в долину к своим родичам.
— Я рос с двумя сестрами, а теперь у каждой свои дети, правда, помладше мистрис Мораг. Думаю, девочкам понравится в Бре-Касд, — заметил Энгус. — Замок расположен на маленьком острове посреди озера и сообщается с сушей узким деревянным мостиком. Девочки смогут научиться плавать и грести. Я прикажу выдолбить лодки для каждой.
— Ты рассуждаешь так, словно нам век предстоит у тебя прожить, — возразила Фиона. — Но ведь это вовсе не так, милорд.
— Опять ошибаешься, Фиона Хей. Пока будем соблюдать наш договор. Ну а потом — кто знает? И кроме того, вряд ли твоему деду Юану понравилось бы, оставь я тебя в этой развалюхе. Если бы он только знал, какова у него внучка, наверняка оставил бы тебе земли в долине. Боюсь, твой отец был не только жесток, но и глуп. Но теперь, когда так много людей знает о вашем существовании, легко попасть в беду. Кейтам, Иннзам и Форбсам известно, что ты живешь одна на вершине горы без защиты и охраны. Любой может напасть и лишить тебя последних земель, пусть и бесплодных. Отныне ты и твои сестры будете жить в тепле и сытости. Завтра я всем объявлю, что теперь вы находитесь под покровительством лэрда Лох-Бре.
— Хотелось бы знать, милорд, кто для меня опаснее — мои новые родственники или ты.
Энгус, рассмеявшись, поднес к губам маленькую руку.
— Когда-нибудь, Фиона Хей, ты получишь ответ на свой вопрос. Ну а сейчас прошу лишь об одном — доверься мне.
Он перевернул ее руку ладонью вверх и припал к ней губами, не сводя глаз с девушки. Фиона вздрогнула, как от неожиданного удара. Дыхание ее пресеклось, сердце подпрыгнуло и забилось так сильно, что стук громом отдавался в ушах. Испугавшись, она поспешно отстранилась. Энгус одарил ее снисходительной улыбкой.
— Не бойся, девушка, — прошептал он едва слышно, — я не причиню тебе зла. Поверь, я не способен ни на что подобное.
Подумать только, всего лишь утром он горел жаждой мести и собирался повесить грабителя в назидание остальным! Да какими чарами опутала его эта колдунья? Заключила с ним немыслимый договор… Но уж он позаботится о том, чтобы она сдержала слово! Девчонка сполна заплатит за скот, который с такой отчаянной храбростью угнала с пастбища. Фиона Хей не минует постели Энгуса Гордона!
Девушка быстро встала из-за стола и велела сестрам идти спать.
— Надо подняться засветло, чтобы успеть помыться. Не отправитесь же вы в дома своих мужей грязными, — добавила она, укоризненно глядя на невест.
— Ну и красавчик! — воскликнула Элсбет, едва за девушками захлопнулась дверь спальни.
— Кто? — удивилась Фиона.
— Лэрд, конечно, дурочка безмозглая! — засмеялась сестра.
— Скорее похож на настоящего разбойника, — чопорно заявила Марджери.
— А мне он нравится, — возразила Мораг. Джин задумчиво покачала головой:
— Интересно, подарит ли он нам пони? По-моему, в Бре-Касл нам будет не так уж плохо.
— Да ты в жизни там не была! — возмутилась Фиона.
— Там наверняка тепло и сухо, и есть мы будем каждый день! Говорю же, мне понравится жить в замке! — рассудительно воскликнула Джин.
Фионе на миг стало стыдно, но она тут же выругала себя. Чего ей терзаться угрызениями совести? Она делала для сестер все что могла, особенно после смерти отца. Но вечно голодная Джинни в отличие от сестер беспрерывно ныла и жаловалась. Остальные были куда сдержаннее.
— Немедленно умывайтесь и ложитесь спать, — приказала Фиона. — Не успеете оглянуться, как настанет утро и придется носить и греть воду. Элсбет, Марджери, ваши вещи собраны?
— Да, — пропели близняшки.
— В таком случае приглядите за младшенькими и скорее в постель. Я должна поудобнее устроить лэрда на ночлег. — И Фиона поспешила поскорее выйти, чтобы не стать объектом новых шуточек.
— Она так много делает для нас, — обронила Марджери. — Хорошо ли, что мы позволяем ей пойти на такой позор?
— А если не позволим, что с нами будет? — в свою очередь спросила не по годам мудрая Джин. — Все умрем старыми девами. Нет уж, лучше завтра вы обвенчаетесь со своими парнями, ведь Фиона ни о чем ином не мечтает! А мы отправимся в Бре-Касл. Если Фиона угодит лэрду, тот, возможно, найдет и для нас подходящие партии.
— Но что бы сказала мама? — охнула Марджери.
— Ма пыталась выжить как могла, а с нашим отцом это было нелегко, — фыркнула Джинни. — Вот и Фиона постарается взять верх над лэрдом.
— Откуда тебе знать? — вознегодовала Элсбет. — Когда умерла ма, тебе и трех не было.
— Верно, я ее не помню. Зато Флора часто твердит, что Фиона удалась характером в матушку, хотя лицом походит на отца.
— А я знала маму? — допытывалась Мораг, пока Марджери оттирала ее мордашку, испачканную подливой.
— Мама умерла, рожая тебя, — пояснила сестра.
— Почему? — заупрямилась Мораг. Она всегда задавала этот вопрос, хотя прекрасно знала ответ.
— Потому что Господь взял ее к себе, Мораг, — добродушно пояснила Элсбет. Марджери сняла с малышки платье. Оставшись в одной рубашонке, Мораг устроилась на своем обычном месте, посреди постели.
— Теперь закрывай глазки и спи, — велела Марджери. — Завтра большой день для всех нас.
Остальные сестры умылись и тоже легли.
— Я оставлю свечу зажженной, чтобы Фиона не споткнулась в темноте, — сказала Джин, укрываясь одеялом.
Спустившись, Фиона обнаружила, что со стола уже убрано, но престарелых слуг нигде не видно. Вероятно, они забрались на чердак и заснули.
