Читаем без скачивания Образы добра: люди и животные - Владимир Ахтырский

Другие батюшки придерживаются иной точки зрения. Вот, например, мнение известного публициста, волгоградского священника Алексия Плужникова:

– Давайте разобьем вопрос на две части. В первой части вопрос будет звучать так: увидим ли мы души наших любимых животных во время нашего посмертного существования в виде только душ до Второго пришествия Христа? Тут нет твердого богословского ответа, мы знаем из святоотеческой литературы, из житийной, что праведники в Царстве Небесном прославляют Бога, молятся за мир. Общаются ли они там с душами животных – нам неизвестно, но можно в это верить, в этом нет ничего богословски недопустимого.

А второй вопрос будет сформулирован так: будут ли животные в Царстве Божьем на Земле после Страшного Суда, когда старый мир сгорит в огне, «и мы изменимся», по слову апостола Павла? А вот тут ответ вполне однозначен: раз Бог создал первый рай как сад, где были животные, над которыми была дана власть человеку, то и в вечном Царстве Христа животные будут обязательно, так нам и пророк Исаия обещает: «1. И произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его; 2. и почиет на нем Дух Господень, дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия; 3. и страхом Господним исполнится, и будет судить не по взгляду очей Своих и не по слуху ушей Своих решать дела. 4. Он будет судить бедных по правде, и дела страдальцев земли решать по истине; и жезлом уст Своих поразит землю, и духом уст Своих убьет нечестивого. 5. И будет препоясанием чресл Его правда, и препоясанием бедр Его – истина. 6. Тогда волк будет жить вместе с ягненком, и барс будет лежать вместе с козленком; и теленок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их. 7. И корова будет пастись с медведицею, и детеныши их будут лежать вместе, и лев, как вол, будет есть солому. 8. И младенец будет играть над норою аспида, и дитя протянет руку свою на гнездо змеи. 9. Не будут делать зла и вреда на всей святой горе Моей, ибо земля будет наполнена ведением Господа, как воды наполняют море» (Ис. 11:1–9).

Если уж змеи и барсы будут в Царстве Божьем, то наши домашние любимцы – наверняка. Ведь не зря нам Господь их послал, не зря мы их любили, а они – по-своему – нас. Любовь не умирает, она будет жить в вечности…

Рассуждая о приведенных выше словах пророка Исаии, Андрей Десницкий пишет:

«Можно, конечно, понять их иносказательно: хищные и жадные люди оставят свои дурные дела и помирятся с теми, кого прежде угнетали и обижали, и так волк из басни Крылова будет дружить с ягненком из той же басни. Змея, разумеется, напоминает об искусителе-сатане: настанет время, когда даже очень наивное дитя сможет спокойно играть, не опасаясь никакого вреда с его стороны.

Но неужели это только басни про разных людей? Если виден в этих строках и некий образ нового, совершенного мира, где будет все доброе, что есть в мире нашем – то как же тогда обойтись в нем без животных? Весенний лес – и тот скучен будет без гомона птиц, без веселой суеты белок, без ежиков и, если уж совсем повезет, – без мелькнувшего вдали зайца. Ведь в любом, самом законченном пейзаже мы невольно ищем их, наших собратьев по творению, и ставим их в самый центр. Представить себе “новое небо и новую землю” без них – просто невозможно. Они там будут, я уверен.

Но точно так же трудно понять, как это лев будет есть солому: изменится его пищеварительная система, он станет травоядным? Но тогда это будет уже какой-то другой зверь, может быть, могучий, красивый и благородный, как, к примеру, слон – но это ни в коем случае не будет лев.

Может быть, не о смене рациона тут речь, а скорее о мире, где никто не будет болеть и умирать, никто не будет испытывать нужды в мясе или вообще чувствовать голод – но при этом львиная грация и мощь сохранятся, как и нежная беззащитность ягненка. Как именно будет выглядеть этот мир, мы не можем даже отдаленно себе представить, но из Библии можно заключить, что, скорее всего, он будет населен не только людьми» (Андрей Десницкий. Некролог коту).

Подобный вывод – что новая земля, очистившаяся от греха, будет населена не только людьми, – можно вычитать и у святых отцов. По словам преподобного Симеона Нового Богослова, Господь «все творение устроил в порядке и благочинном последовании; и семь дней определил, да будут во образ веков, имевших пройти впоследствии, во времени, а рай насадил после тех семи дней, да будет в образ будущего века» (Слово сорок пятое). То есть земной, первосозданный рай, данный Богом первым людям, в котором обитали и животные, был прообразом Рая Небесного.

Часто верующие, рассуждая о посмертной участи животных, прибегают к пророчеству святого апостола Павла. «Ибо думаю, – пишет апостол, – что нынешние временные страдания ничего не стоят в сравнении с тою славою, которая откроется в нас. Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих, потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего ее, в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих. Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне; и не только [она], но и мы сами, имея начаток Духа, и мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего. Ибо мы спасены в надежде» (Рим. 8:19–23).

Толкуя это место из Послания святого апостола, блаженный Августин понимает под тварью только человеческий род. Однако преподобный Симеон Новый Богослов видит в словах апостола указание на будущее обновление, которое совершится над всем сотворенным Богом миром: «Полагаю, что ни один христианин не подумает не поверить словам Господа, давшего обетование сделать небо новым и землю новою», – пишет он и поясняет, что подобно тому, как человек воскреснет в собственном теле, разрушающемся по смерти, но не обращающемся в ничто, «так и небо и земля со всем, что на ней, т. е. вся тварь имеет возобновлена быть и освобождена от работы тлению». «Таким же образом, – продолжает святой Симеон Новый Богослов, – и тварь, обветшавшая и ставшая непотребною по грехам нашим, будет Богом Творцом как бы растоплена в огне и перелита, и явится новою, несравненно светлейшую, нежели как она теперь есть» (Слово сорок пятое).

Такого же мнения придерживается и святитель Иоанн Златоуст. Толкуя слова апостола Павла – «сама тварь освобождена будет от рабства», – святитель задает вопрос: «Что значит “сама”?» И отвечает, что не только человек, но и низшие создания – «то, что ниже тебя, что не имеет ни разума, ни чувств» – примут блага вечной жизни. Все творения Божии освободятся от рабства, приобретя природу, подобную «благообразию тела воскресшего человека». «Как тварь соделалась тленною, когда твое тело стало тленным, так и тогда, когда тело твое будет нетленным, и тварь последует за ним и сделается соответственной ему».

Обратимся снова к преподобному Симеону Новому Богослову. Он говорит о том, что когда Адам, преступив Господню заповедь, был изгнан из Рая, Божьи твари больше не хотели ему повиноваться. Но Господь Своею силою сдержал их, «не дал им тотчас устремиться против человека и повелел, чтобы тварь оставалась в подчинении ему, и сделавшись тленною, служила тленному человеку, для которого создана, с тем, чтобы когда человек опять обновится и сделается духовным, нетленным и бессмертным, и вся тварь, подчиненная Богом человеку в работу ему, освободилась от сей работы, обновилась вместе с ним и сделалась нетленною и духовною».

О грядущем преображении Божьих творений вдохновенно пишет в своем учебнике «Догматика Православной Церкви» преподобный Иустин Сербский: «Богочеловеческая истина о преображении природы непрестанно живет в Богочеловеческом теле Православной Церкви Христовой и будет жить вовеки… Воскресение мертвых будет концом смерти не только для людей, но и для видимой природы, которая подверглась смерти и тлению по грехолюбивой воле своего надменного господина – человека… Восстановлением человека в изначальном состоянии Господь и природу вернет в ее изначальное безгрешное состояние. Тогда не только христолюбивые люди древнею добротою возобразятся, но и вся природа…»

Таким образом, святые отцы, учителя православной веры, едины во мнении, что при всеобщем Воскресении вместе с человеком воскреснут и преобразятся животные.

«Но это о них вообще, – рассуждает автор “Некролога коту” Андрей Десницкий, – а позволяют ли нам слова Павла или Исаии рассуждать о личном бессмертии для каждого из них? Наверное, все-таки нет. Низшие животные лишены всяких зачатков индивидуальности: гусеница, став бабочкой, едва ли помнит о своей прежней жизни, и если бы она, умерев, воскресла, то не узнала бы саму себя. Множество клеток ежедневно погибает в нашем организме, но мы не ощущаем этого, не печалимся о них: на их место, если мы здоровы, приходят новые, и благополучие организма не страдает от гибели его составных частичек.