— У меня есть к тебе предложение, гном, — сказал Амадеус, — Если сделаешь для меня то, что я попрошу, то скоро обретешь долгожданную свободу.
Коллум подозрительно прищурил глаза, вглядываясь в лицо короля.
— Что мне надо сделать? — спросил он.
Амадеус услышал голос Главного Тюремщика:
— Ваше Величество, прошу вас, не делайте ошибку. Его нельзя отпускать. Он слишком силен и опасен!
Король резко развернулся к говорившему, его лицо исказила недовольная гримаса.
— Кто ты такой, Варриус, что смеешь давать советы королю? — спросил он холодно. Тюремщик нервно сглотнул и, бледнея, сделал несколько шагов назад, пока не уперся спиной в направленные на него мечи стражи.
— Разве я просил тебя дать мне совет? — продолжал Амадеус.
— Нет, Ваше Величество, — Лой опустил голову, — Прошу прощения.
Амадеус улыбнулся. Злость вмиг исчезла с его лица, только улыбка не затронула светлых глаз короля. Они оставались по-прежнему холодными.
— На первый раз, прощаю, — сказал он, — Но впредь веди себя надлежащим образом, если не хочешь сесть в собственную тюрьму, ты понял меня?
— Да, Ваше Величество, — голова тюремщика опустилась еще ниже. Стражники за его спиной опустили свое оружие. Лой вытер со лба выступившие бисеринки пота.
Амадеус снова повернулся к гному. Коллум безучастно смотрел на происходящее.
— Так ты поможешь мне? Конечно, выпустив тебя, я рискую, но у меня есть одно маленькое средство, чтобы ты оставался преданным мне и ни в коем случае не попытался исчезнуть, — Король достал из-под плаща два тонких браслета. Коллум едва взглянул на них, но по его лицу тот час пробежал испуг.
— Тебе придется надеть это, — сказал король и добавил немного добрее, — Но когда ты выполнишь то, что от тебя требуется, я обещаю, что сниму их.
Гном тяжело вздохнул. Несколько секунд он колебался, словно не зная, что решить, затем вытянул вперед руки.
— Я согласен, — сказал он, — И выполню любое ваше поручение, мой король.
Амадеус хищно ощерился и одним быстрым движением надел на руки гнома браслеты.
— А теперь снимите с него цепи, — приказал он Лойю и покосился на Коллума, пока стражники стали возится с замком — Пойдешь со мной. Нам надо поговорить.
Гном покорно кивнул.
Глава 2
В большом зале играла музыка. Едва переступив порог, я оказалась окружена нарядной толпой. Отец только кивнул мне, и тот час растворился в ней. Я прошла вперед, изредка здороваясь со знакомыми и оглядываясь по сторонам. Дамы в дорогих туалетах, пышные бальные платья всевозможных цветов, от кричаще алых до нежно кремовых. Драгоценности, поблескивающие в свете ламп. Мужчины во фраках, тщательно причесанные, галантные. Толпа гомонила. Я слышала обрывки фраз, смех и покашливание.
Музыканты расположились прямо на балконе сверху над залом, но музыка, казалось, лилась со всех сторон. Нежные переливы флейты, скрипка…Я протиснулась в сторону балкона. Вся эта толкотня действовала на меня угнетающе, к тому же платье на мне, одетой по правилу придворного этикета, было довольно тяжелым, громоздким и крайне неудобным, хотя, признаться, выглядела я в нем довольно мило. Единственное, что мне действительно нравилось в фасоне — открытые плечи и шея. Остальное вызывало раздражение и крайнее неудобство.
Я перевела дыхание. Через распахнутую дверь, ведущую на балкон, в зал вливался свежий холодный воздух, несущий запахи осеннего сада. Я набрала полные легкие и огляделась. Скоро был выход короля, а затем следовало начало бала. Прислонившись к мраморной колоне, поддерживающей круглый свод, я внезапно почувствовала прикосновение к своей руке.
— Эдвард, — произнесла я и повернулась назад. Молодой мужчина с улыбкой встал рядом со мной, но руки моей не отпустил.
— Ты давно здесь? — спросил он.
— Нет, мы только приехали, — я пристально посмотрела на мужчину, который вскорости должен был стать моим мужем. Одетый в черный фрак, идеально сидящий на его подтянутой, крепкой фигуре, он был необычайно красив в этот вечер. Зачёсанные назад вьющиеся каштановые волосы обрамляли волевое лицо с твердым подбородком и полными губами. Синие глаза лучились лукавством.
— А где твой отец? — спросила я. Эдвард тем временем пригнулся ко мне и нежно поцеловал в шею.
— Наверное, там же, где и твой, возле нашего короля.
Я отстранилась.
— Эдвард! — возмутилась я. Но, кажется, никто из присутствующих не обращал на нас внимание.
Он нахмурился. Улыбка тут же покинула его губы.
— Я не имею права поцеловать свою будущую жену? — спросил он немного удивленно.
— Нет, только не сейчас и не сегодня.
Он с пониманием кивнул.
— Я понял. Боишься, что нас увидит Принц?
Я кивнула.
— Мне отец вчера рассказал, — продолжил Эдвард. Его рука вернулась к моему локтю, — Честно говоря, мне не нравится то, во что тебя втянули наши папаши. Это крайне неразумно.
— Я тоже так считаю, — вздохнула я, — Но отец меня очень просил.
— Это рискованно, чтобы Его Величество тебе там не говорил, — добавил мой жених, — Я знаю Северина. Он опасен. Наш замечательный Амадеус дитя в сравнении с ним.
— Ты его знаешь?
Эдвард кивнул.
— Естественно, я же нахожусь при дворе 20 часов в сутки, а принц хоть и не часто, но все же иногда удостаивает нас чести лицезреть его королевскую особу, — он усмехнулся. Неожиданно музыка сменилась. Откуда-то из-под сводов полилась мелодия вальса. Музыка спускалась в зал, постепенно проникая в каждый его угол, мягко обволакивая. Некоторые пары вышли на середину зала и закружились в медленном танце. Эдвард сжал мой локоть и уверенно потянул меня за собой.
— Пойдем, потанцуем, — сказал он, — Это будет выглядеть вполне безобидно.
Я улыбнулась.
Мы присоединились к танцующим. Эдвард придержал меня за талию, я вложила свою ладонь в его сильную руку и нас закружила музыка. Я расслабилась в руках Эдварда, он танцевал очень грациозно и, казалось, мы летим над полом. Я опустила глаза вниз, словно хотела убедиться, что мы все еще стоим здесь. Когда, внезапно, музыка резко стихла. Я остановилась и налетела на грудь своего партнера. Он схватил меня под локоть и увлек в сторону. Остальные пары последовали нашему примеру.
