эталоном для наших людей, но это не значит, что мы как-либо ущемляем их в знаниях или доступных техниках. До меня доходили слухи, будто, мол, у главной ветви клана есть особые привилегии на изучение клановых ниндзюцу и тайдзюцу. Уверяю, Сенсома, ничего подобного нет и в помине. Но есть правила. Ограничения на количество членов главной ветви. Родись у меня две дочки, даже одновременно, я бы смог оставить их обеих в главной ветви — это бы дало нам маневр для политических браков. Нет, мальчики, конечно, тоже могут…
— Оставь это, Сэдэо! — вскинул руки Сенсома. — Не хочу лезть так глубоко в вашу политику. Но… Почему бы не расширить главную ветвь? Я понимаю — она нужна, как и нужна побочная — они оперативники и вообще — цвет шиноби Конохи, использующий величайшее тайдзюцу в мире. И я также понимаю, что ничем, кроме печати на лбу, член побочной ветви от члена главной не отличается.
— Любой член главной ветви может приказывать любому члену побочной, — заметил Сэдэо.
— Как и Кагами может приказывать что угодно и кому угодно из своего клана, — отмахнулся Сенсома. — Это несущественно.
— Это так. Тобирама-сенсей считал, что увеличение численности членов главной ветви приведет к дальнейшей дискриминации членов ветви побочной. Если элиты станет хоть немного меньше, в клане могут начаться волнения. Сейчас мы довольны. Клан находится в мире. Но если я не отдам одного из своих детей в побочную ветвь, случится может все, что угодно!
Последнее предложение всегда спокойный и собранный Сэдэо выкрикнул в голос. Сенсома видел это — ему больно. И сейчас он лихорадочно соображал, как помочь другу выпутаться из этой сложнейшей ситуации.
И он смог придумать.
— В десять, на крыше, — почти шепнул он Сэдэо.
Хьюга вскинул голову, смотря снизу вверх на вскочившего друга. В его белесых глазах, названных им самим когда-то «Истинным Бьякуганом», плескалось море внутренней боли. Но теперь, услышав слова Сенсомы, в этом море вдруг появился корабль.
Математик Боя только что создал корабль надежды для главы клана Хьюга.
Раздумывая над своим планом, Сенсома посетил остальные клановые кварталы. С большинством глав кланов он знаком еще с детства, так что официоза его визиты несли мало. Больше всего его пришлось «испить» в кланах Яманака, Абураме и Инузука. В последнем, впрочем, он задержался надолго.
— Конечно, забирайте эту шавку! — мило улыбаясь, Дазай Инузука (нынешний глава клана собаководов) отвесил своей дочери, сидящей рядом, сочный подзатыльник.
— Хватит меня бить, чертов старикан! — взвилась Майко, чуть ли не зарычав на отца.
Эта девочка — Майко Инузука, была самой задиристой выпускницей этого года. Она не раз цеплялась и к Джирайе, и к Цунаде, и к Орочимару. Показательно то, что она (в отличии от всех остальных девушек… в Конохе) не делала разницей между «белоголовым извращенцем» и потомком клана Ясягоро. Она просто не любила, когда кто-то был хоть в чем-то лучше нее.
А еще она являлась одной из самых слабых в выпуске. Почти полностью бесталантной. Не так, как Дай — у мальчика проблемы с чакрой с рождения, ее был самый мизер. У Майко же, наоборот, чакры было даже больше, чем у признанных гениев, только вот контролировать она ее толком не умела.
Но гонору и криков о том, что она надерет задницы вообще всем в мире, а после станет первой девушкой-Хокаге, у нее хватало на тысячу выпускников.
— Я тебя прибью к Биджу! — рычала девушка на отца.
— Закрой варежку, соплячка! — вновь влепил девушке подзатыльник отец. — Из-за того, что ты такая слабачка, тебя вообще никто брать к себе не хочет! Благодари директора-сама за его щедрость!
— Хватит уже, пожалуйста, — попыталась успокоить отца и дочь мать семейства — Нанао Инузука (в девичестве — Сарутоби, как ни странно). — Нельзя так вести себя перед учителями.
— Помолчи, старуха, это тебя вообще не касается! — отмахнулась (отрычалась) Майко.
— Я сказал: «Закрой свой рот, Майко!» — зарычал в ответ Дазай. — Если открыла пасть, то говори по-человечески!
— «От этой семьи как-то сразу тьмой повеяло…» — подумал Сенсома, чувствуя, как горячо с ним согласен Исобу. А вслух произнес. — Значит, вы согласны с предложением?
— Что? — Дазай отвлекся от дочки, повернулся к Сенсоме и новым подзатыльником успокоил Майко. — Ну, если вы про обучение под вашим началом, то — да. У вас ей будет намно-о-ого лучше. Майко не всегда думает о том, что делает, но именно ей достались такие огромные запасы чакры. В итоге — мы сильно избаловали ее, поэтому она выросла такой. Ее всегда хвалили лишь за количество чакры и амбиции, поэтому меня очень обрадовал именно ваш подход. Вы не восхищаетесь потенциалом — вы его раскрываете. Поэтому я подумал: «Как же здорово, что сам директор-сама решил взять ее на обучение». Я сильно переживал, узнав о результатах ее экзаменов, но главное, что она прошла и станет настоящей куноичи. Может быть она и похожа на злобную засранку, но мы с Нанао надеемся, что вы сможете воспитать ее. Верно?
Обрадованная урегулированием конфликта (с помощью сильной отцовской руки, крепко держащей голову Майко наклоненной вниз), Нанао, улыбнувшись, кивнула.
— Прошу вас, — поклонились родители самой задиристой девочки выпуска. — Позаботьтесь о ней, Сенсома-сама.
— Сделаю все, что в моих силах, — улыбнулся им в ответ Сенсома и взглянул на девочку. — Майко, подготовься к выпускному. Я знаю, ты очень любишь поединки. В этом году, как и два года назад, похоже, будет проводится показательный поединок. Ну и поединки выпускников там тоже будут.
— Поединок? — удивился Дазай. — Неужели опять вы с Хокаге-сама?
— Нет, — усмехнулся Сенсома, вспоминая тот бой. — В этот раз на арене выступит глава клана Хьюга.
* * *
В десять часов вечера Сенсома пришел к своей старой квартире. Сейчас в ней живет Озин, однако, перерожденный пришел сюда не ради того, чтобы навестить брата своей невесты.
Напитав ноги чакрой, Сенсома легко запрыгнул на крышу соседнего дома.
Когда-то, давным-давно, на этой крыше собралась мужская часть третьего класса Академии Шиноби Скрытого Листа. Тогда они уже были шиноби, но еще молодыми и только-только заканчивающими полевое обучение. Грандиозная вышла попойка…
Сарутоби Хирузен, вопреки обыкновению, одетый в простое домашнее кимоно, и Сэдэо Хьюга, одетый более официально, уже ждали его там.
— Хорошее место, чтобы обсуждать внутреннюю политику одного из Великих Кланов Страны Огня, — иронично оценил Хирузен, протягивая Сенсоме стопку с саке. —
