кондитерскую за фруктовой корзиночкой. — Вон, там принтер стоит.
Максим быстро подошёл к видавшему виды принтеру (по состоянию техники каждый легко мог понять, какое место в служебной иерархии занимает тот или иной сотрудник), скептически покачал головой, но всё же запустил печать. Принтер судорожно вздрогнул, едва не спрыгнув со стола, старчески закряхтел, пару минут подумал, но всё-таки стал печатать. Правда, каждая третья фотография оказалась с полосой, но это уже ерунда, для Максима фотографии были всего лишь поводом.
— Жди меня, и я вернусь, — процитировал своего любимого классика Максим и поспешно шагнул в лифт, истово молясь всем святым, чтобы Каталина была в кабинете одна.
Звёзды явно покровительствовали фотографу, грозная начальница была в кабинете одна. Едва Максим вышел в коридор, как Каталина с шумом отложила мобильный телефон в сторону, с трудом удерживая себя от того, чтобы запустить им в стену.
— Не ходил бы ты, Максимка, — шёпотом предупредила парня тётя Люся, — она опять с Коноплёвым по телефону ругалась.
— Она всегда ругается, — отмахнулся Максим и, торопливо стукнув костяшками пальцев по двери и даже не дождавшись ответа, шагнул в кабинет.
Тётя Люся меленько перекрестила дверь кабинета, после чего торопливо посеменила прочь по коридору. Крики будут раздаваться из логова грозной начальницы или стоны сладострастные, в любом случае, свидетели будут лишними.
Каталина сидела за столом, обхватив длинными тонкими пальцами голову, и даже головы не подняла на незваного гостя, коротко приказав:
— Пошёл вон!
— Я фотографии принёс, — Максим скользнул ближе к столу, положил ещё тёплые после принтера листки и предусмотрительно шагнул за спину Каталины.
— Я сказала, пошёл вон!!! — рявкнула Каталина, запуская бумагами в стену.
— Я соскучился, моя сладкая, — шепнул Максим, осторожно целуя Каталину в шею.
— Иди отсюда, не до тебя, — отмахнулась Каталина Сергеевна, но уже без прежней злости.
— Хочешь, чтобы я ушёл? — рука Максима ловко скользнула в вырез светло-кремового платья, пробралась в чашечку бюстгальтера, чуть сжав грудь. — Уверена?
Каталина замерла, а потом резко шлёпнула парня по руке. От неожиданности Максим дёрнулся, Каталина Сергеевна резко поднялась и сделала пару шагов к стоящей в углу кофеварке:
— Если ты забыл, я могу и напомнить, хотя вообще это не в моих правилах. Я жду тебя в обед. Сейчас ни ты, ни твои фотографии мне не нужны. Пошёл вон.
— А если я не приду в обед? — сердито сверкнул глазами Максим. — Если я вообще уйду, что тогда?!
— Найду замену, это не сложно, — так уверенно ответила Каталина, что Максим ни на миг не усомнился: его замена — вопрос времени.
— Я на пленэр, возьму Марьяшку с собой, — рыкнул раздосадованный фотограф, направляясь к двери.
— Ну-ну, — усмехнулась Каталина, — когда будешь с малышкой кувыркаться, не забудь: в обед я тебя жду. Если опоздаешь или не придёшь, можешь вообще не возвращаться.
Максим вылетел из кабинета пунцовый от ярости, звучно шарахнув дверью, а Каталина Сергеевна покачала головой, сделала себе чёрный кофе без сахара и сливок и вернулась за рабочий стол. С отвращением посмотрела на чёрную жижу в чашке и с лёгким стоном откинулась в кресле.
***
Каталина
Господи, как же я устала от этих бесхребетных хлюпиков, которые ничего толком сделать не могут! Ненавидят, плюются ядом за спиной, а в глаза улыбаются, лебезят. Им самим-то не противно? Так и вспомнишь анекдот: «Девочки, как же хочется, чтобы прискакал, схватил, увёз… А у него то дождь, то выходной, то конь сдох, то спину прихватило…» Где они, настоящие мужчины, неужели вымерли все ещё до динозавров?! Я отхлебнула кофе и скривилась от его пронзительной горечи. Паршивая погода, паршивый день, неудивительно, что настроение ему под стать, тоже паршивое. Я сделала ещё один глоток кофе и включила компьютер. Сегодня, активно поддерживая общую паршивость дня, загружался мой единственный верный друг на целых полторы минуты дольше, а потом и вовсе, вместо того чтобы привычно открыть для меня электронную почту, развернул неизвестно откуда вытащенную картинку: лихой всадник на горячем вороном чертит в воздухе огненную букву Z. Этот-то идиотизм у меня откуда? Неужели вирус какой пробрался сквозь мощную систему защиты? Я нажала команду: «Полное сканирование», а потом не глядя щёлкнула кнопку селекторной связи. Моя личная секретарша, дама без определённого возраста, определённых увлечений и весьма размытой системой личных ценностей откликнулась моментально:
— Слушаю Вас, Каталина Сергеевна.
Ну, слушай-слушай. Это единственное, что ты нормально умеешь делать.
— Cпециалиста службы IT ко мне в кабинет. Срочно.
Я отключилась раньше, чем секретарша успела ещё хоть что-то сказать. Ей только дай волю, неделю языком будет молоть, а порученное дело так и не сдвинется с мёртвой точки. Пустая бабёнка, надо менять её. Вот годовой контракт закончится, и пинком под зад. Я допила кофе и, нахмурившись, уставилась на отчёт о результатах сканирования. Компьютер утверждал, что вирусов, вредоносных программ или ещё чего-то такого же вредоносного он не обнаружил. А это тогда что? Я свернула окошечко антивирусной защиты и недовольно посмотрела на картинку. Исчезать после проверки она не собиралась, и конь, и всадник выглядели до омерзения довольными жизнью. Я побарабанила пальцами по столу. И что это, если не вирус? Чья-то дурацкая шутка? Узнаю чья, выгоню к чёртовой матери с такой характеристикой, что даже в тюрьму заключённым не возьмут! И вообще, где этот чёртов айтишник?!
Словно прочитав мои мысли, в дверь робко постучали, заставив меня раздражённо закатить глаза. Ну неужели среди пяти, подчёркиваю, пяти специалистов не нашлось никого кроме этого тюфяка Лёнечки, чтобы прийти ко мне?! Я этого слизняка по стуку определяю: тихому, неуверенному, если занята чем-то, даже не услышишь, а этот рохля так и будет под дверью торчать, ждать приглашения войти. Я посмотрела на всадника на картинке. Да уж, этот-то герой вообще не стучится, с ноги дверь открывает, а то и окном заходит. Интересно, какой из него любовник? Я фыркнула, прогоняя абсурдные мысли, и громко крикнула:
— Входи, Леонид!
— Вызывали, Каталина Сергеевна? — проблеял белобрысый голубоглазый парнишка, которого язык не поворачивался назвать не только мужчиной, но даже парнем.
Я раздражённо поджала губы: нет, блин, не вызывала, пошутила!
— У меня вирус, который система не определяет, — я
