Читаем без скачивания Прочитанные следы - Лев Самойлов

Капитан Маттерн появился не один. Следом за капитаном, комкая в руках порыжевшую кепку, тяжело переставляя ноги в грубых кирзовых сапогах, вошел высокий светловолосый мужчина, одетый в простую крестьянскую одежду.

— Здравствуйте, господа! — Крузе поднялся навстречу пришедшим, — Прошу вас, капитан, садитесь, отдыхайте…

Капитан Маттерн прошел в глубину комнаты и грузно опустился на диван. Он очень устал, этот уже немолодой человек, начальник разведывательной школы. Раньше, до приезда Крузе на этот участок Восточного фронта, капитан Маттерн жил куда спокойнее. Воспитанники и выпускники школы Z-16 готовились обстоятельно, методично, без спешки и суматохи. О, если бы можно было так прожить всю войну! Но появился Крузе, и спокойная жизнь капитана пошла прахом. Полковник с первого дня приезда развил необыкновенную активность. Он работал почти без отдыха и требовал того же от своих подчиненных. Капитан Маттерн с ног сбился: спешно комплектовал разведывательную школу отборными кадрами, готовил досрочные выпуски.

Но требовательность полковника велика. Ему мало быстроты, оперативности. Крузе с пристрастием экзаменовал всех, кто шел «на дело». И если почему-либо очередной выпускник школы Z-16 не удовлетворял требованиям Крузе, оказывался недостаточно подготовленным для выполнения задания, Крузе удивленно поднимал брови и начинал костяшками пальцев нетерпеливо постукивать по столу. Этот стук капитану Маттерну снится по ночам.

Вот и сейчас, прислонившись к спинке дивана, капитан с волнением и внутренней дрожью прислушивается к разговору начальника с человеком в крестьянской одежде.

— …Капитан Маттерн доложил мне, что ваша подготовка успешно завершена и вы готовы выполнить ответственное задание. Так ли это? — Полковник спрашивает тихим, вежливым голосом.

— Я готов! — так же тихо отвечает собеседник Крузе, нервно теребя кепку и не поднимая головы.

— Отлично! Я рад пожать руку завтрашнему герою.

Крузе делает шаг вперед, эффектно протягивает руку и крепко жмет холодную, вялую руку «завтрашнего героя».

Чувство зависти и восхищения растет в груди капитана. Нет, он никогда не сможет так работать. Маттерн сидит неподвижно, внимательно наблюдая за происходящим. А Крузе продолжает говорить:

— Жизнь каждого из нас принадлежит фюреру. — Он пристально оглядывает стоящую перед ним фигуру с поникшей головой и, некоторое время помолчав, добавляет проникновенным голосом: — Мне известно, Грубер, что в вашей биографии есть кое-что, чем вряд ли может гордиться настоящий немец. Я все учел. Посылая вас на ответственное задание, я даю вам возможность смыть ваши грехи перед фюрером, освободиться от груза, мешающего вам… и вашей семье.

Человек, которого полковник назвал Грубером, при упоминании о семье вздрогнул, но промолчал. А Крузе невозмутимо продолжал:

— Выполняйте поручение, возвращайтесь, и тогда…

Полковник перечертил воздух крестом. Это означало, что все прошлое забудется, простится.

Грубер молча слушал полковника, переминаясь с ноги на ногу. В эти минуты он думал о семье, о жене, о двух сыновьях, которые живут в небольшом домике в Шварцбурге и с нетерпением ждут его возвращения. Живы ли они? Американская авиация трижды налетала на маленький городок Шварцбург, где, кроме обувной фабрики и мастерской по починке велосипедов, нет никаких других предприятий.

Словно прочитав его мысли, полковник Крузе сказал:

— Чтобы не создавать беспокойства у ваших родных, завтра же я пошлю им «пакет фюрера». Не беспокойтесь, адрес у нас есть.

Крузе помедлил несколько секунд и добавил:

— Когда вы вернетесь, Грубер, вы лично объясните семье причину некоторого перерыва в переписке с ней.

Увидя недоуменный взгляд, Крузе улыбнулся:

— Да, Курт Грубер, вы лично объясните жене, почему так долго не писали. Я предоставлю вам месячный отпуск для поездки в Шварцбург.

Поездка в Шварцбург! Грубер невольно шагнул вперед. О да! Он сделает все, чтобы добиться свидания с семьей. Господин полковник может быть уверен.

— Идите, отдыхайте. — Снисходительно кивнув, полковник отпустил Курта Грубера.

Неслышно закрылась дверь. Крузе прошел к дивану и сел рядом с капитаном Маттерном, который поспешно отодвинулся в самый угол.

— Как вы считаете, Маттерн, по-моему, я действовал психологически правильно? — небрежно спросил Крузе, закуривая сигарету.

— Вполне, господин полковник, вполне! — торопливо отозвался Маттерн. — Вы затронули самую чувствительную струнку Грубера. Я внимательно изучил его. О-о! Семья — это слабое место. Теперь он будет стараться!

— Стараться! Да, да, пусть он постарается! — Тонкие губы полковника растянулись в улыбке. Капитан Маттерн не понял, чему улыбается полковник. Он не был посвящен в оперативные планы начальника особой разведывательной группы. После короткого молчания Крузе спросил:

— Как себя чувствует «восемнадцатый»?

— Отлично, господин полковник, к выполнению задания готов!

— Хорошо! — Крузе встал, за ним поднялся Маттерн.

— Благодарю вас, капитан. Сегодня я доволен. Можете идти.

«Можете идти» — эта стереотипная фраза для капитана Маттерна, когда он находился в обществе полковника, была самой приятной.

Крузе снова остался один. Стрелки настольных часов приближались к цифре девять. Ровно через три часа начнется тщательно разработанная операция, которая им, Крузе, обдумана и выверена до мельчайших подробностей. Неудачи не могло быть!

Крузе откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Он снова и снова, — в который раз! — обдумывал все детали предстоящего дела. Минута. Еще минута… Крузе взглянул на часы и нажал кнопку звонка.

— Пригласите… — полковник наклонился к Фитте и шепотом отдал приказание.

Прочитав первую главу, Сергей Сергеевич сделал маленькую паузу. Он не спеша закурил и задумался.

Крузе… Эта фамилия давно знакома полковнику. «Почерк» гитлеровского разведчика был известен еще до войны. Этот почерк отличался сложным и тонким рисунком. После войны Крузе не переменил ни фамилии, ни профессии. Он переменил только хозяев и стал одним из ближайших сотрудников генерала Гелена.

Дымов вынул из ящика стола папку с газетными и журнальными вырезками, перелистал их и положил перед собой большую статью из «Правды». Заголовок статьи «С поличным!» был подчеркнут синим карандашом.

Сергей Сергеевич бегло просмотрел статью и тем же синим карандашом подчеркнул фразу: «Документально установлено, что главная цель деятельности организации Гелена — это подготовка войны».

Вот и фамилия Крузе среди соратников Гелена.

Конечно, Васильев никогда не видел Ганса Крузе, не встречался с ним. Но он, очевидно, верно угадал внешний облик и повадки этого матерого волка. Именно таким и представлял его себе Дымов.

Васильев сталкивался с Крузе на фронте. Но Андрей Николаевич не знал одной существенной детали в служебной биографии Крузе: тот никогда не занимался войсковой разведкой, не тратил своей энергии на «текущие дела». Этот опытный и умный разведчик специализировался на дальнем прицеле, на внедрении своей агентуры в глубокие тылы и на долгие сроки. Этим он занимался и сейчас.

За окном почти бесшумно плыла ночь. Город затихал, засыпал. А Дымов продолжал чтение.

Глава 3.

Спокойная ночь

Нынешняя ночь была относительно спокойной: телефоны молчали, связные со срочными донесениями не появлялись, никаких чрезвычайных происшествий не произошло, и дежурная по отделу контрразведки Н-ского соединения лейтенант Строева могла заниматься и личными делами. К личным делам относилось короткое, полное нежности письмо матери, чтение свежих газет и, наконец, воспоминания о недавнем, близком, желанном и уже таком далеком прошлом.

Отложив в сторону газеты и притушив настольную керосиновую лампу, девушка поудобнее устроилась на стуле, закинула руки за голову и задумалась.

Вчера лейтенанту Нине Строевой исполнился двадцать один год, и ей было немного грустно. Обычно день ее рождения отмечался как большой семейный праздник. В годы внезапно кончившегося детства все выглядело по-иному. Еще накануне вечером, ложась спать, она знала, что утром найдет на стуле, рядом с кроватью, подарок — то красивую куклу с большими голубыми глазами на розово-глянцевитом лице, то новое платьице с кружевами и оборочками. Когда она стала старше, папа торжественно вручал ей то массивную книгу в переплете с золотым тиснением, то желтый портфель с множеством пряжек и застежек, и обязательно — коробку конфет.

Вечером собирались гости — родственники, школьные подруги и товарищи, их родители. Все поздравляли именинницу, желали ей здоровья, счастья, исполнения всех желаний. На тумбочке, возле шкафа, вырастала горка подарков. Все шумно разговаривали, танцевали, пели. Ах, как хорошо и весело катились дни совсем недавно, кажется, только вчера!