пика девятой ступени. Восьмая ступень, которую видел я, была лишь ширмой, свою истинную силу Кримзон скрывал с помощью своей магии барьеров.
И в-третьих, в отличие от своего отца, который относительно аккуратно сказал богине добиться поддержки Трёх Праведных «любыми способами», Кримзон, уже ничего не стесняясь, сделал из Золлы буквально шлюху на выданье.
Компромат, что был собран Золлой на Майигу-покровителей разных кланов страны стал кнутом. А шикарное тело богини — пряником.
Разумеется, о том, что всё это происходит по принуждению, никто не знал. Иначе ощущение собственной избранности, получаемое Майигу, проведшими ночь с той, кому они присягали на верность, сменилось бы пренебрежением или даже презрением.
Да, на территории своей страны Золла была практически непобедима. А сама по себе присяга практически исключала возможность предательства. Но то, что у отца Кримзона получилось захватить власть, несмотря на все эти препятствия, только подтверждало, что не бывает неприступных замков.
В результате за сорок лет своего правления Кримзон создал страну, которая на поверхности представляла из себя жёсткую тиранию с абсолютной властью непогрешимого короля, а с изнанки была самым настоящим борделем.
Со мной Кримзон при этом собирался поступить точно также. Подложить под меня Золлу, заставив меня думать, что я настолько шикарен, что меня выбрала сама богиня, а также чувствовать свою неразрывную связь с его страной.
Может быть в итоге я бы и не встал полностью на их сторону. Но и врагом места, где меня обслужила настолько шикарная женщина, мне стать было бы сложно.
И тут я, к сожалению, мог только согласиться с таким прогнозом Кримзона. Сейчас мне в принципе не было из-за чего конфликтовать с этой страной. Но, если бы богиня не рассказала мне свою историю и я бы просто вышел отсюда, то в случае чего я бы действительно трижды подумал, прежде чем возвращаться в Золлу не с миром, а с войной.
Даже несмотря на то, что я бы в любом случае понимал, что инициированный Золлой секс — это не более чем средство влияния. Всё-таки я оставался мужчиной и не мог просто махнуть рукой на ту, с которой стал настолько близок.
Конечно, ещё далеко не факт, что рассказ Золлы был полностью правдивым. Да, она призналась, что шпионила и шантажировала ради влияния, а потом ещё и Камиона убила. Впрочем, совершенно заслуженно, на мой взгляд.
Но в остальном она в этой истории всё равно представала эдакой невинной овечкой, которую только и делали, что использовали. Наверняка там были свои подводные камни. По крайней мере я бы ни за что не поверил, что за сорок лет правления Кримзона Золла ни разу не пыталась как-то выбраться.
Тем не менее, её версия давала ответ на огромный вопрос, которым я задавался практически с первого же дня пребывания в этой стране. А именно: «Как Кримзону это удалось?»
Молодой король, взошедший на престол полуразрушенного государства в пятнадцать и сумевший не только продержаться целых сорок лет, но и превратить потрёпанную гражданской войной страну в мощную монолитную державу, занимавшую не последнее место в Большом Союзе.
Сюжет едва ли не мифологического уровня, буквально. Услышь я нечто подобное до знакомства с Кримзоном, сто процентов счёл бы настолько идеалистическую историю всего лишь выдумкой.
Кримзон, конечно, сам говорил, что часть его успеха — это не более чем удача. Но чтобы на протяжении всех сорока лет продолжать двигаться вперёд, разрушая на своём пути все препятствия и преграды, человеку нужно было обладать удачей поистине космического уровня.
А вот если у человека в тайнике будет запрятана личная богиня, то подобная невероятная удача уже становится вполне объяснимой. Да и в конце концов не было смысла Золле придумывать настолько сложную историю и просить меня спасти её, если бы она оставалась хозяйкой положения.
Так что, хотя у меня оставались некоторые сомнения, которые нужно было проверить, я был склонен верить её словам. Тем не менее, оставался ещё один вопрос, который предстояло задать.
— Что именно ты хочешь, чтобы я сделал? Думаю, если ты за столько лет ещё не убила Кримзона, то он позаботился о том, чтобы надёжно запрятать твои глаза. Поймать его и пытать тоже не звучит, как хорошая идея.
— Да, ты прав, — произнесла богиня, тяжело вздохнув, из-за чего её грудь совершила восхитительное путешествие сначала вверх, а потом вниз.
Н а всякий случай, чтобы не вызывать лишних подозрений, мы перебрались на кровать, после чего Золла закрыла плотный полог, сквозь который было почти ничего не видно, и уселась мне на живот. И хотя серьёзность ситуации и обсуждения не способствовали интимности обстановки, я никак не мог не бросать взгляды на её шикарные формы.
Благо, мои глаза были полностью белыми, без намёка на зрачок, и потому понять, куда именно я смотрю, было очень сложно. Нервировать Золлу мне сейчас совсем не хотелось.
— Не говори, что ты за столько времени не смогла найти хотя бы какой-то подсказки.
— Только парочку. Во-первых, из-за того, что Кримзон не просто мой последователь, а носитель значительной части моего Дара, я могу не только видеть и слышать всё, что видит и слышит он, но и отчасти читать его мысли. К сожалению, это не слишком помогает, так как каким-то образом он заставил самого себя забыть, где находятся мои глаза. Но у меня есть информация о Майигу, который помог ему стереть воспоминания. Возможно, у него получится узнать о тайнике Кримзона. А если у тебя получится заставить его вернуть воспоминания Кримзону, то я смогу прочесть, где мои глаза, в них сама. А во-вторых, его телохранительница, Ялиана. Несмотря на то, что на публике они ведут себя предельно сдержанно, на деле они — любовники. И не знаю насчёт неё, но я совершенно точно уверена, что Кримзон по-настоящему любит её и готов сделать ради неё что угодно.
— Почему тогда ты ещё не отправила кого-нибудь к этому Майигу мастеру воспоминаний или к Ялиане? И, кстати, ещё вопрос. Почему ты не могла узнать, где твои глаза, к примеру, когда Камион сообщал об этом Кримзону?
— По поводу второго вопроса всё довольно просто. У нас нет прямой власти над нашими последователями, как ты уже мог понять. Одарённые высоких ступеней могут по желанию блокировать связь со своими покровителями. Это требует значительного усилия воли и такую блокировку невозможно поддерживать на постоянной основе. Но для того, чтобы скрывать от меня свои планы, Камиону сил вполне хватало. Так что даже мы не застрахованы от предательства своих подчинённых, и тебе стоит тоже об этом помнить.
— Я запомню.
— К Ялиане я не могу никого отправить, потому как Майигу-покровителям кланов страны я ни за что не доверю свою тайну, а ни один человек не сможет сравниться с Кримзоном. Они с Ялианой не расстаются почти никогда и, хотя формально она — его телохранительница, на деле всё наоборот. Так что взять её в заложницы невозможно. И по той же причине я не могу вытрясти правду из Майигу, стёршего воспоминания Кримзону. Он — покровитель крупного клана и слишком силён, чтобы на него мог надавить абы кто.
— М-да, ситуация… — я плотно зажмурился, вызвав мерцание алых пятен перед глазами. — А твои мысли Кримзон читать, случайно, не может?
— Нет. Как бы там ни было, но я по-прежнему богиня, а он — смертный. Есть вещи, для него недоступные.
— Допустим. Тогда последний вопрос. Что я получу, если помогу тебе?
— Если ты вернёшь мне мои глаза, освободишь от влияния Кримзона и пообещаешь, что не будешь использовать меня так же, как использовал он, то я поклянусь тебе в верности. По сути, это будет означать, что всё: я сама, принадлежащая мне земля и присягнувшие мне Майигу — станут твоими. Лучше уж так, чем продолжать гнить в этом подвале.
— Заманчиво, — улыбнулся я. — Но разве может быть у одной территории два владыки?
— Может, конечно. И два, и три, и сколько угодно. Я ведь являюсь владыкой территорий, одновременно принадлежащих присягнувшим мне Майигу. У территории может быть только один полноценный хозяин, но если другие присягнут ему на верность, то с его разрешения они смогут легко править на вверенных землях.
— Понятно. По сути, я смогу заполучить всю страну в один присест. Такое предложение мне, разумеется, нравится. Я согласен.
— Закрепим наш договор? - ухмыльнулась Золла, наклоняясь к моему лицу.
Подкладывал её Кримзон под других Майигу или нет, но определённо нельзя было сказать, что ей самой
