Я попытался провести собственное расследование. Разумеется, искать чашу Грааля по подземельям я не могу. Не уверен я и в том, существовал ли какой-то священный сосуд у кельтов и бриттов, или Иосиф Аримафейский на самом деле привез чашу в Британию»
Зато в моих силах просмотреть легенды, связанные с королем Артуром и рыцарями Круглого стола, и рассказать вам о том, что они сообщают о чаше Грааля.
Как-то к главному из рыцарей Круглого стола, Ланселоту, подошла неизвестная женщина и настойчиво попросила следовать за ней.
Ланселот женщине отказать не мог и попал в монашескую обитель, где монашки представили ему молодого человека по имени Галахад, который был « хорош собой и кроток, как голубица». Эту «голубицу» монашки попросили посвятить в рыцари, что Ланселот послушно сделал, а потом вернулся в Камелот ко двору короля Артура, где и стоял Круглый стол. На спинках кресел, расставленных вокруг стола, золотом были написаны имена их владельцев. Лишь одно из кресел называлось «Погибельным». Видно, рыцарь, сидевший там раньше, погиб.
Вдруг Ланселот увидел, что на спинке этого кресла появилась свежая надпись золотом: «Когда сравняется 454 года со дня страстей Господа нашего Иисуса Христа, тогда будет занято это место».
Сэр Ланселот почесал в потылице и заявил:
— А не кажется ли вам, друзья, что это место будет занято именно сегодня, потому что как раз 454 года назад все и приключилось?
Видно, тут Ланселоту захотелось сделать сюрприз, и за минуту до того, как в зал вошел король, он накинул на спинку кресла платок.
Король Артур вошел в зал, а следом за ним вбежал паж и закричал:
— Чудо! По реке плывет камень, а из камня торчит меч!
Река была неширокой, камень плыл медленно, рыцари успели разглядеть, что это глыба красного мрамора, на которой выбиты слова: «Меня извлечет лучший рыцарь мира».
Король обернулся к Ланселоту и сказал:
— Тащи, друг! Ты же лучший рыцарь в мире.
— У меня свой меч есть, — отказался от предложенной чести Ланселот. — К тому же я предчувствую, что с того мгновения, как будет добыт этот меч, начнутся приключения со святым Граалем.
Так как раньше о чаше в легендах речи не было и мы не знаем, кто сообщил о ней Ланселоту, будем считать, что подсказывал ему кто-то очень осведомленный.
И эти слова стали первым упоминанием о чаше.
Некоторые славные рыцари пытались вытащить меч, но, видно, делали это, плывя рядом с камнем, так что ничего у них не вышло.
Разочарованные рыцари вернулись в зал и уселись за стол обедать. Тут в зал вошел старенький рыцарь и привел с собой прекрасного юношу. И сказал при этом вот что:
— Я привел вам юного рыцаря, он королевской крови и из рода Иосифа Аримафейского.
— Да это же Галахад! — воскликнул Ланселот.
Король и рыцари Круглого стола обрадовались прибавлению в их семействе, а старец подвел юношу к сиденью, спинка которого была завешена платком. Платок сорвали, и под ним обнаружилась золотая надпись: «Это место сэра Галахада».
Как вы понимаете, случайно такие надписи в период всеобщей неграмотности не появляются. Ясно, что Провидение избрало сэра Галахада для великих подвигов. А какого рода должны быть эти подвиги, стало ясно из родословной рыцаря — его прадедушкой был ни кто иной, как сам апостол.
Тут же Галахаду указали на плавающий красный камень с мечом. А Галахад заявил: «Так это же мой меч! Смотрите, у меня на боку пустые ножны, как раз для меча!»
Он нырнул, схватил меч и вытащил его из камня.
А тут еще прискакала прекрасная дама на белом коне и сказала Ланселоту, что отныне он — не лучший рыцарь в мире. Меч-то не посмел вынуть.
— Что касается меня, — ответил известный своей покладистой скромностью Ланселот, — то я отлично знаю, что и раньше не был лучшим.
Тут и разрешилась главная тайна: оказалось, что Галахад — сын сэра Ланселота, о чем Ланселоту раньше не удосужились сказать.
Тогда раздался громовой раскат, и голос с неба сообщил, что сэр Ланселот в восьмом колене происходит от Иисуса Христа, а значит, что Галахад — потомок Господа нашего в девятом колене.
Средневековых сказителей вовсе не беспокоило утверждение Евангелия о том, что ни жены, ни детей у Спасителя не было.
И в тот момент, когда раздавался этот громовой раскат, в зал, где стоял Круглый стол, проник солнечный луч, а посреди стола обнаружилась священная чаша Грааля под белым парчовым покровом, но увидеть ее никто не смог. Немедленно на столе появились удивительные яства и напитки. А дальше легенда гласит: «Была священная чаша Грааля пронесена через всю залу и исчезла неведомо как и куда».
И тогда вскочили на ноги все рыцари Круглого стола и заявили, что «завтра без всякого промедления отправимся на подвиг во имя святого Грааля и не возвратимся ко двору, пока не увидим святую чашу...».
Все кричали и радовались приключению, но король Артур опечалился и сказал, что он теряет всех своих рыцарей и более не будет содружества Круглого стола, ибо рыцари, «отправившись в странствия, никогда уже не съедутся вместе в этом мире, но погибнут многие в поисках».
Постепенно рыцари отсеивались, в основном по моральным причинам. Не выдержал испытания даже Ланселот. Три героя — Галахад, Персиваль и Боре, порой вместе, а порой каждый сам по себе, продолжили поиски святого Грааля и пережили множество приключений.
Наконец Галахаду удалось увидеть чашу. Появился дух Иосифа, копье, с которого капала кровь, и вот ангелы внесли чашу. И тогда «ангел опустил платок свой на священную чашу, а другой установил копье стоймя на крышке чаши».
Затем Иосиф поместил в чашу хлебец, в котором находился человечек с лицом «светлым и красным, как огонь», и тогда из чаши вышла фигура Иисуса Христа с открытыми ранами. Иосиф поднял чашу и предложил Персивалю, Галахаду и Борсу по очереди отпить из нее. «И нашли они напиток причастия таким сладким, что никакими словами нельзя передать».
После этого святой Грааль был передан рыцарям, и они его повезли с собой, но вскоре попали в плен к плохому королю, который заточил их в темницу. Но чашу взять не посмел или не догадался, поэтому «святой Грааль питал их все время, пока они находились в темнице».
Вскоре Галахад спокойно умер, и остались два рыцаря, которые увидели, «как с небес протянулась рука, но тела они не видели, и та рука дотянулась до священного сосуда, и подняла его и копье тоже, и унесла на небо. С тех пор больше никто на земле не видел святого Грааля».
Через два года умер Персиваль, и лишь Боре, похоронив друга, смог вернуться в Камелот к прочим рыцарям.
Вот и все, что известно о святом Граале из сказаний о короле Артуре.
И все, что мы можем о нем сказать.
Судя по всему, это был все же гибрид рога изобилия и чаши для причастия, в которую наливали сладкое вино, символизировавшее кровь Иисуса. Отсюда и видения — человек-хлебец и Христос с кровоточащими ранами, поднимающийся из чаши.
Обладание чашей Грааля ничего не дает, кроме того, что она подкармливает рыцарей, угодивших в темницу. Но ведь три рыцаря были могучи настолько, что им никакая армия не указ. Так почему же они дали себя в тюрьму посадить?
У меня создается впечатление, что и сами авторы не смогли придумать, что им делать с этой чашей. Поиски ее, подвиги и приключения рыцарей им были интересны, а как дело дошло до самой чаши и христианских святынь, то они стали путаться. Ведь Артур и его рыцари — христиане весьма условные. А их прототипы, вернее всего, были язычниками и предпочитали иметь дело с волшебником Мерлином, а не со священниками.
Чаша Грааля была недостижимым символом, который мог даться в руки лишь чистому сердцем и помыслами герою.
И как положено подобным символам, чаша бесследно исчезла, стоило лишь таким героям до нее добраться. Как писал в свое время поэт Константин Симонов:
Все романы на свадьбе кончают недаром,Потому что не знают, что делать с героем потом.
ПАПОЙ БЫЛА МАМА. ПАПЕССА ИОАННА
Уже больше тысячи лет коронация Римского Папы проходит одинаково. Каждый шаг торжественной процессии выверен и неизменен.
Собираются все участники коронации возле развалин Колизея — древнеримского стадиона. Оттуда тысячи людей медленно движутся к собору Святого Климента. Впереди будущий папа верхом на коне. Остальные сзади — пешком.
Процессия движется самым коротким путем, но в одном месте вдруг сворачивает в сторону и, сделав петлю по улицам, снова возвращается на основной путь.
Почему же папам нельзя двигаться по короткой, узкой улочке, которую они так тщательно обходят?
«А просто так!» — отвечают историки Ватикана. Ни одного документа, запрещающего папам такой маршрут, не сохранилось. Более того, в 1585 году папа Сикст V приказал ту улочку расширить. Значит, с тех пор процессии должны были по ней двигаться, а раньше она попросту была для них узка?
