Алейтис еще раз окинула взглядом фигуру Аздара.
"Смотрите, наш могучий орел храбро втягивает брюхо!"
Презрительно искривив широкий рот, угрожающе сведя лохматые брови, Аздар медленно ворочал массивной головой из стороны в сторону, как тар на охоте.
Шум утих. Взоры всех присутствзтощих были устремлены на Аздара. А он стоял, жутко молчаливый, выдаивая из этой сцены максимально драматический эффект.
Алейтис не стоялось на месте. Ее раздирал внутренний протест, ей хотелось крикнуть всем собравшимся: "Старый стервятник втирает вам очки!"
От возбуждения она даже начала пританцовывать.
Напряженную тишину внезапно нарушила Камри.
Сделав два шага вперед, она остановилась перед Аздаром. Алейтис не видела ее лица, но по плечам и по затылку, по хищно втянутой в плечи голове, она без труда определила чувство, сжигающее Камри: ярость, которую та подавляла ценой неимоверных усилий.
- Абу, cap - метеор! - громким хриплым голосом произнесла Камри, В атмосфере мучительной напряженности слова ее, короткие, отрывистые, приобрели зловещий оттенок. - Это она. Что же ты теперь с ней сделаешь? Последнюю фразу Камри выплюнула, словно змея порцию яда.
- С ней? - повторила Алейтис и вдруг испуганно прижала ладонь к губам. Но даже стоящие совсем рядом с ней не повернули головы: им сейчас было не до нее.
Аздар сверлил Камри взглядом до тех пор, пока та не опустила голову. Тогда желто-карие глаза Аздара сузились, и он рявкнул на столпившихся вокруг: - Свора бесхребетных микхнмикха!
Алейтис опять пришлось подавить смешок - так забавно затрепетали в порыве гнева пушистые усы Аздара.
Стукнув кулаком по притолоке двери, он продолжал реветь: - Дом наш крепок! Ай-джаха, гораздо крепче, чем многие из вас. Что, трясетесь, вспоминая призраки? А?!
Он презрительно хмыкнул, припечатывая всех и каждого тяжелым взглядом.
- Болваны! Ведьма ушла от нас. Она никогда уже не вернется. Завтра позовем мулоката и спросим его об этой штуковине. А до того момента ведите себя как взрослые люди, а не как хнычущие сопляки. Теперь расходитесь все! Дайте мне поспать! - Он шагнул к двери и одним движением плеча затворил ее за собой.
С минуту все аздархапе мельтешили по холлу, словно испуганные цыплята. Но вот их встревоженные голоса утихли, Алейтис сделала несколько шагов назад, потом крутнулась на носочках и помчалась по коридору.
Задыхаясь от смеха и слез, девушка все же взяла себя в руки. Приблизившись к спальне, она скользнула в открытую дверь и осторожно прикрыла ее.
Сетка кровати, сплетенная из кожаных ремней, надсадно заскрипела под Алейтис. Опа испуганно зажала РОТ ладонью и взгляпула на Тванит, но та продолжала тихо п ровно дышать. Успокоенная Алейтис опустилась на подушку, закинув руки за голову, и стала наблюдать за бледным световым прямоугольником окна, отражавшимся на двери, за ритмичной игрой теней на гладкой поверхности.
Приятная усталость вдруг охватила ее. Она зевнула и потянулась так, что хрустнули суставы.
- Квохчущие курицы, - пробормотала Алейтис и, закрыв глаза, улыбнулась в темноте. "Так кто же был там, в постели Аздара? Камри тоже видела, я уверена, что видела. Надеюсь, я никогда не буду так сходить с ума по мужчине. М-м-м... Надо бы взять одеяло, не то я совсем замерзну!"
Собравшись с силами, она уже было собралась приподняться на постели, но вдруг услышала, как хлопнула дальняя дверь и одинокие шаги двинулись вдоль коридора. Это Камри вышла на проверку.
Алейтис замерла.
- Сука! - пробормотала она, и ее пальцы судорожно сжали покрывало.
Шаги приближались.
Алейтис потерла лоб. "Когда Камри била меня в прошлый раз, я думала, что она с меня шкуру спустит". - Губы девушки искривились в злой гримасе.
Шаги стали медленнее, выдавая нерешительность идущего по коридору.
Алейтис замерла.
Снаружи раздался толчок в дверь. С глухим стуком обе половинки ее окончательно затворились. Вскоре Алейтис услышала, как шелест шагов удаляется в глубь коридора.
- Отличный финал для отличного дня! - коротко и невесело засмеялась она и сдернула с себя покрывало. - Лучше постараюсь заснуть, - вздохнув, пробурчала она, - а то завтра буду похожа на теленка, страдающего расстройством желудка. - Она потянулась и зевнула. Но что-то в глубине души Алейтис не давало ей окончательно успокоиться.
Передернув плечами, она снова накрылась покрывалом, но потом вдруг решительно отбросила его край, осторожно встала и, накинув на плечи шаль, подошла к двери. Сердце стучало так гулко, что ее груди мелко трепетали под тканью шали. Подняв защелку, Алейтис чуть-чуть отодвинула створку двери и просунула голову наружу.
Холл был пуст. Свечи догорали. Тени стали гуще.
Девушка осторожно проскользнула через холл и, спустившись по полукруглой деревянной лестнице, оказалась перед дверью, ведущей в вестибюль, откуда она намеревалась попасть во внутренний дворик.
Дрожащими кончиками пальцев нащупав засов, подняла его и, осторожно придерживая дверь (пружина была настолько тугой, что обычно дверь закрывалась с грохотом, сотрясавшим весь дом), вошла в вестибюль.
От пола, выложенного глазированными плитами, казалось, исходило ледяное дыхание.
- Ай-джаман, зря они выключили паровые светильники, - пробормотала она, подобрав от холода пальцы ног.
Наружная дверь была надежно заперта на двойной засов, обитый железом. Приведя его в вертикальное положение, Алейтис толкнула дверь. Чвакнула резиновая температурная прокладка. Со двора потянула холодом, и она поспешила выйти.
В центре патио росло их дерево. Ветер играл его ветвями, сплетавшимися в причудливые узоры в свете бледных лунных лучей. Трепет листвы казался шепотом духов умерших. Алейтис подбежала к дереву и, прижав ладони к его гладкому стволу, окунулась в облако мятного аромата листьев.
Подняв голову, девушка посмотрела в небо. На секунду ей показалось, что она видит какую-то туманную желтоватую полоску, прочерчивающую небосклон с востока на запад. Но чем дольше она смотрела, тем меньше оставалось уверенности, что там что-то действительно было. Со вздохом прислонилась она к стволу и почувствовала, как его внутренняя пульсирующая сила проникает в ее сознание и сердце.
Мурлыча от удовольствия, она потерлась о шелковистую кору дерева. Реальность стала медленно таять и растворяться в сознании Алейтис - так велико было блаженство.
Но вдруг она чихнула и разрушила собственную грезу. Тело ее сотрясала дрожь. Зубы выбивали негромкую дробь. Глаза набухли. Она опять чихнула и поспешила обратно в дом.
Направив все свои усилия на то, чтобы согреться, Алейтис не заметила зловещей злобной тени, нависшей над лестничным пролетом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
