Девушка попыталась уклониться, нырнуть в сторону, но опоздала на долю секунды: пальцы Камри, словно когти, впились в ее тело. Затем Камри принялась трясти ее. На глаза Алейтис навернулись слезы.
- Ты вся в мать... Грязная похотливая ведьма... Ну, кого ты околдовала?.. Кого ты отравила так, чтобы он не смотрел на меня... Вся в мать... О, эти адские огненные волосы...
Алейтис пригнулась, чтобы уберечь лицо от гадкого дыхания Камри. Страх, сковавший ее поначалу, прошел, и она заметалась, попытавшись вырваться. В конце концов ей это удалось. Пронырнув под растопыренными руками старухи, она рванула в сторону дворика и остановилась только под деревом.
Судорожно сжимая кулаки, с побагровевшим лицом, Камри, выскочившая из туннеля вслед за девушкой, уставилась горящим взглядом на предмет своей ненависти и снова потребовала ответа: - Ну, рувваи, скажи, кто он?.. - С каждым шагом к Алейтис она выплевывала новую фразу. - Кто пробудил старое проклятие?.. Кто хочет разрушить наш дом? Проклинаю тебя, тварь... и твою мать-суку...
- Салкурдех кхату! - прервал отвратительную сцену глубокий мужской бас, который так напугал Алейтпс, что она дернулась и больно ударилась затылком о ствол дерева.
-- Ахай, Зираки! - Она потрясла головой и перевела взгляд на Камри. Та словно погасла: тело ее обмякло, лицо снова стало бледным, без кровинки.
Алейтис еще раз посмотрела на Зираки: его лицо, словно вобрав в себя кровь Камри, побагровело.
Он нахмурился, и морщины избороздили все его лицо - от уголков глаза до носа, от носа - до уголков рта, от уголков рта - к острому подбородку.
- Иди сюда, - повелительно приказал он и поманил ее указательным пальцем.
Озадаченная Алейтис бочком подошла к нему, все еще с опаской поглядывая на Камри.
- А ты, Камри... Ты и без того уже сказала слишком много...
Камри опустила глаза и больше не поднимала их на Зираки.
- Тебя ждет таклиф. Там нужны рабочие руки. Возможно, позднее тебя позовет Аздар...
Словно старый усталый мундарик, Камри заплетающимся шагом пересекла дворик-патио и исчезла в доме.
Алейтис концом рукава вытерла покрытое испариной лицо.
- Спасибо, Зираки.
- Иди за мной, - сказал он бесцветно и, повернувшись, зашагал к ближайшей двери. Когда они оказались в доме, он остановился в дверях библиотеки.
- Входи и садись.
Она поспешно проскользнула мимо него и остановилась у длинного стола.
- Садись!
Он настойчиво смотрел на нее с порога комнаты. Она нервно пододвинула к столу первый попавшийся стул и плюхнулась на него. Бросив украдкой взгляд на Зираки, Ьна положила дрожащие руки на стол.
- Алейтис... - Он произнес ее имя необычно резко, словно вытолкнул. В голосе его слышалась невыразимая тревога.
- Да?
Она не отрывала взгляд от своих ладоней.
- Щура собирает мулакат в сЬинджане Топаз.
- И?
- Ты не пойдешь туда.
Она резко подняла голову и с изумлением посмотрела на Зираки:
- Как?
- Так решил Аздар. Это его приказание. Забудь о работе, которая тебе назначена. Иди в свою комнату и оставайся там. Не показывайся никому на глаза. Я пришлю тебе азири с едой.
- Но... - она вскочила со стула. - Я имею ПРАВО!
Зираки нервно поджал губы.
- Алейтис, не надо спорить. Сейчас не время отстаивать свои права. Если ты пойдешь с нами... - Он пожал плечами. - Ты только что видела Камри... И увидишь то же самое, но помноженное на сто!
Алейтис судорожно сглотнула и опять уставилась на свои руки, лежащие на столе.
- Он должен был сам сказать мне об этом!
- Сабийя-а... - отрывисто, грубо произнес Зираки. - Ты ведь умная девушка.
- Ха! - коротко засмеялась она. - Зираки... - Голос ее задрожал.
- Я не могу ответить на твои вопросы, Алейтис, и поэтому не спрашивай меня ни о чем!
Он подошел к девушке и осторожно коснулся ее лба.
- Постарайся не путаться под ногами следующие несколько дней. Так будет лучше, поверь мне. Для твоей же безопасности. Надо, чтобы о тебе забыли...
И он, не поворачиваясь к ней спиной, сделал несколько шагов назад.
- Дай им немного успокоиться, хорошо? - произнес он уже в дверях.
Когда Зираки покинул комнату, Алейтис устало опустила голову на руки.
- Ну и денек, - вздохнула она и откинулась на спинку стула. Руки, словно тряпичные, безвольно упали вниз.
Вдруг что-то мягкое нежно коснулось ее щиколотки, потом еще и еще раз, потом послышалось тихое "мур-р-р".
- Мули, - улыбнулась она и услышала в ответ новое "мур-р-р". Она подняла мягкое косматое существо и опустила себе на колени. Гарб тут же свернулся клубком и шершавым языком лизнул ее пальцы.
- Мули, мули, - заворковала Алейтис. Она гладила его густой красновато-коричневый мех до тех пор, пока не испарились ее гнев и напряжение.
Алейтис села в кровати и, наклонив голову, прислушалась к Тванит. Та дышала глубоко и ровно и, кажется, была намерена продолжать в том же духе до самого рассвета. Каждый третий вдох ее сопровождался тихим клокотаньем в горле, но не более громким, чем писк мыши.
Но едва Алейтис перебросила ноги через край постели, как кожаные ремни сетки громко скрипнули. Она соскользнула на пол и, затаив дыхание, чувствуя, как дергается уголок рта, напряженно застыла. Однако Тванит не шевелилась. Дыхание ее было ровным, как ход часов: вдох-выдох, вдох-выдох.
Алейтис облегченно вздохнула и через голову стащила теплую ночную рубашку. Вздрагивая от холода, она аккуратно сложила ее, спрятала под подушку.
По холодному полу, босиком, с сильно бьющимся сердцем, она проскользнула к шкафу и открыла его.
Схватив первую же попавшуюся под руку аббу, она влезла в нее и дрожащими пальцами завязала тесемки, Потом закрыла глаза, прислонилась к стене.
- У меня еще много времени... - прошептала она. - Еще много времени... - И откинула волосы с лица. - Духи... Мне нужны духи... - Она принялась шарить среди склянок, вздрагивая всякий раз, когда те чуть звякали. Наконец нужный пузырек нашелся. Алейтис вытащила пробку дрожащими от волнения пальцами, принялась втирать ароматную эссенцию во все тело, не забывая и самых мест. От прикосновения влаги кожа ее покрылась пупырышками, в крови загорелся огонь предвкушения.
Внезапно она поняла, что поступает слишком опрометчиво, и решительно закрыла пузырек пробкой. Смех душил ее. "МЕНЯ МОЖНО ВЫСЛЕДИТЬ ПО ОДНОМУ ЭТОМУ ЗАПАХУ, - подумала она. - ВОТ ДУРА..."
Свечи в холле укоротились уже наполовину. Мятущиеся тени плясали на стенах, как кошмарные чудовища. Алейтис нервно сглотнула и, на цыпочках подбежав к лестнице, молнией помчалась вниз. Она почти не касалась пола босыми ногами, но ей казалось, что ее бег подобен ударам гонга.
В патио она на миг остановилась возле домашнего дерева, погладила его блестящую кору.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
