Оппозиция архиепископа Феодора и его сторонников, так называемой «Даниловской группы» непоминающих, по отношению к митр. Сергию первоначально была достаточно умеренной. Можно сказать, что они занимали в Церкви центристскую позицию. Говоря о церковных взглядах владыки Феодора в то время, философ Лосев писал: «[Архиепископ Феодор] говорит, что сергиане и иосифляне одинаково будут судимы на будущем Соборе, хотя, по его мнению, последние безусловно будут оправданы…» По этим же воспоминаниям Лосева, владыка Феодор «фактически разорвавши (только в 1930 году!) с С<ергием>, формальное отложение все же считает не только ненужным, но и невозможным, ибо-де отложить может только Бог»[10]. Однако из-за недостаточности имеющихся источников (в частности, отсутствия в следственных делах подлинных текстов писем архиепископа Феодора) церковная позиция главы «даниловцев» пока до конца не ясна.
По окончании ссылки владыка Феодор 18 декабря 1930 г. возвратился в Москву, на Рождество 1931 г. вел службу в храме Воскресения Словущего и сразу уехал во Владимир. В начале апреля 1931 г. во Владимир на жительство приехал архимандрит Симеон (Холмогоров), близкий друг и сподвижник владыки Феодора со времен их совместной учебы в Казанской Академии, сменивший его на посту ректора Тамбовской Семинарии и продолживший его антиреволюционную политику, тяжело раненный в 1907 г. студентом-террористом и с тех пор прикованный к инвалидному креслу. Владыка Феодор заботился о нем всю последующую жизнь.
28 мая 1931 г. во Владимире, по адресу ул. Задний Боровок, дом 21, архиепископ Феодор был вновь арестован. При аресте «у Поздеевского Ф.В. принято 5 руб. 95 коп. денег». И вещи: «чайник, два креста, две кружки, стол, ложки, ложка чайная, ложка для заварки чая, мал. каструлька, три пустых коробки». В анкете арестованного указано, что владыке 63 года, что он родился в марте 1868 г. И вообще во всех следственных делах владыки Феодора указан как год рождения 1867-й, а не 1876-й. В конце анкеты примечание заключенного: «Болею хронической малярией и почечно-каменной болезнью и нуждаюсь в постоянной медицинской помощи».
В протоколе допроса от 10 июня 1931 г. в графе об отношении к советской власти написано: «Для меня форма государственного правления безразлична».
В Заключении следователя от 17 сентября 1931 г. сказано, что Поздеевский «объединял реакционных церковников, призывая к активной борьбе с Советской властью при помощи церкви. Для конспирации своей деятельности Поздеевский перешел на нелегальное положение и, проживая в г. Владимире, давал указания оставшимся в Москве единомышленникам». 1 октября 1931 г. Особое Совещание при Коллегии ОГПУ постановило: «Поздеевского Ф.В. заключить в концлагерь сроком на три года, считая срок с 28 мая 1931 г.».
Отбывал в Свирлаге. Вместе с ним в лагере, «в одной палатке», был и Алексей Федорович Лосев, который так отзывался о владыке Феодоре: «Большой человек. И интересный человек. <…> чуть ли не первый на моем пути настоящий монах из иерархов <…> Достойный и большой человек»[11].
20 мая 1932 г. на заседании Президиума ЦИК СССР «постановили: ходатайство о помиловании Поздеевского Ф.В. удовлетворить и от дальнейшего отбывания наказания в концлагере освободить» и владыка Феодор был досрочно освобожден из концлагеря «в порядке частной амнистии».
3 ноября 1934 г. вновь арестован в г. Зарайске, ул. Карла Маркса, д. 13 (или 11). Заведено дело № 24649-с Брянских Петра Арсеньевича (епископа Парфения) и Поздеевского Александра Васильевича (архиепископа Феодора). В справке на арест было сказано, в чем обвиняются эти люди:
«В Зарайске проживает с начала 1934 г. архиепископ Феодор, который сразу стал проявлять активную контрреволюционную деятельность, объединяя вокруг себя реакционно настроенное духовенство, монашество и верующих. В целях восстановления связей со своими последователями он неоднократно приезжал в Москву и Загорск, где организовывал тайные богослужения, производил сборы денег и продуктов для оказания помощи нуждающимся в ссылках и ИТЛ и монашествующим.
В своей квартире в г. Зарайске (в доме быв. купчихи Гузнищевой) Поздеевский организовывал тайную церковь, где систематически нелегально совершал богослужения. В последнее время Поздеевский был связан с проживающим в г. Кимрах еп. Брянских Парфением, руководителем украинского контрреволюционного ИПЦ, и совместно с ним проводил активную работу по воссозданию контрреволюционной организации ИПЦ».
Архиепископ Феодор на допросах отвечал на вопросы коротко и отрицательно: «В Москве был два раза проездом». «Посылки получаю от Красного Креста. От знакомых и прихожан Даниловского монастыря ничего не получаю». «Связей ни с кем не поддерживал, никто в Зарайск не приезжал. Брянских не приезжал ни разу, 2 года его не видел». «С митрополитом Кириллом Смирновым не встречался. С епископами Прокопием Титовым, Дамаскиным, Парфением Брянских, архиепископом Серафимом Самойловичем не встречался 2 года». «В январе 1934 г. во Владимире заходил к Холмогорову навестить несколько раз».
«Вопрос: Вы постригли в схиму Холмогорова?
Ответ: Мне, как настоятелю быв. Данилова монастыря, о постриге в схиму Холмогорова Семена ничего не известно, так как мне он прошение не подавал.
Вопрос: Как протекала ваша деятельность и осуществлялось руководство монашеской братией быв. Данилова монастыря после вашего возвращения из концлагеря?
Ответ: В Зарайске встретился с Поликарпом Соловьевым и Серафимом, который живет в Кашине. Больше ни о ком не знаю».
При аресте епископа Парфения (Брянских) была изъята переписка, и, видимо, во многом благодаря этому его допросы гораздо более информативны:
«Вопрос: С кем поддерживали связь?
Ответ: На Украине Абашидзе Антоний, архиепископ, г. Киев Панкеев Антоний, епископ Белгородский, г. Белгород, Дамаскин Цедрик, епископ, г. Нежин, <…>, Кармазин Макарий, епископ, проживает около Костромы, Садковский Игнатий, проживает в г. Скопин Москов. обл., Поздеевский Феодор, архиепископ Волоцкий, Зарайск, Стадницкий Арсений, митрополит Ташкентский».
На допросах епископ Парфений показывает, что с Поздеевским виделся в январе 1934 г. в Зарайске, с Поликарпом Соловьевым. Что они пили чай, вели общие разговоры о знакомых. Что епископ Прокопий Титов приезжал на 2–3 дня в сентябре 1934 г. Что с Поздеевским и Титовым встречались «на почве общности наших взглядов на положение православной церкви в Советском Союзе при правлении Советской власти и митрополита Сергия», где «она лишена всех своих прав на легальное служение». Что «я и мои единомышленники – еп. Макарий Кармазин и в письме еп. Цедрик – считают, что митрополит Сергий нарушил и продолжает нарушать указания Патриарха Тихона и митрополита Петра Крутицкого по управлению православной церковью. Поздеевский и Титов с этим согласны». Что еп. Прокопий Титов «подтвердил мне свою непримиримую точку зрения по отношению к Советскому правительству и митр. Сергию, изложенную в его письме митр. Сергию (копия изъята при аресте)». Что еп. Прокопий доказывает, что «политика митр. Сергия угодничества Советской власти пагубна для русской церкви и сознания верующих людей», что это «руководство, ведущее в пропасть антихристову».
Архиепископ Феодор (Поздеевский). Фотография из следственного дела. 1934 г.
Здесь необходимо обратить внимание на то, как на изъятых при аресте письмах строятся «показания» на допросах. Так же будет и в последнем следственном деле владыки Феодора. Но при аресте в 1933 г, в отличие от епископа Парфения, у владыки никакой переписки, на которой можно было строить его «показания», изъято не было. Поэтому сведений ни о ком от архиепископа Феодора получить не удалось. Даже проведенная 7 января 1935 г. «очная ставка» ничего не дала:
«Брянских: В янв. 1935 г. в Зарайске на квартире Поликарпа Соловьева я и Поздеевский говорили "о тяжелом положении церкви в России" и "пришли к убеждению правоты наших взглядов и действий на дальнейшее отрицательное отношение в Советской власти и ее церковной политике".
Поздеевский: Нет, я Брянских в Зарайске не встречал, знал о приезде его от моего знакомого Поликарпа Соловьева, у которого Брянских остановился в Зарайске».
Обвинен архиепископ Феодор был в том, что «будучи враждебно настроен к Советской власти, по возвращении из концлагеря восстановил свои связи с отдельными монахами быв. Данилова монастыря, через которых проводил свою контрреволюционную деятельность по созданию вокруг себя антисоветски настроенного духовенства и верующих. <…> поддерживал тесную связь с отдельными деятелями "ИПЦ"». Приговорен к ссылке в Севкрай сроком на 5 лет, которую отбывал в Сыктывкаре.
В последний раз владыка Феодор (Поздеевский) был арестован в Сыктывкаре 4 марта 1937 г.
