мессенджером WeChat.
Для успешной защиты и развития нашего интернета мы должны взять на вооружение китайский опыт. Система интернет-безопасности Китая доказала свою эффективность в период масштабной информационной агрессии США против Поднебесной во второй половине 2010-х годов. Мы также должны создать специальную киберслужбу. Эта служба может быть образована на базе Роскомнадзора, Управления по развитию информационно-коммуникационных технологий и инфраструктуры связи Администрации Президента, технических служб ФСБ и государственных центров хранения данных. Новая спецслужба должна подчиняться напрямую президенту и обладать всем необходимым кадровым и техническим потенциалом. На нее должен быть возложен контроль и координация государственной политики в сфере интернета, включая как противодействие агрессии против отечественного цифрового суверенитета, так и поддержку и продвижение российских интернет-компаний и инициатив.
Нравственность
Взяв под контроль интернет, мы должны остановить пропаганду ханаанского разврата. Русский народ, численность которого к концу XX века, по оценкам Д. И. Менделеева, должна была достигнуть 600 миллионов человек, стремительно вымирает. Нас сейчас всего 145 миллионов, а к 2050 году, согласно пессимистичному прогнозу ООН, будет уже 110 миллионов. Причина этого в том, что вместо православной русской семьи нормой стал массовый разврат, сначала – после революции 1917 года – коммунистический, а затем – после перестройки – либеральный.
Большевики нанесли по русскому народу страшный удар: до революции в Российской Империи средний коэффициент рождаемости на одну женщину составлял 7,1. Советская феминизация, превратившая женщин из жен и матерей в работниц и колхозниц, довела число рождений до критических 2,1 (более низкие значения этого показателя соответствуют убыли населения) уже к 1965 году. Большевики уничтожали семью целенаправленно в соответствии с «Манифестом коммунистической партии» Маркса и Энгельса. Семья была объявлена буржуазным пережитком, церковный брак отменен, а гражданский брак легализован. При этом в восприятии основной массы народа, остававшегося большей частью православным, штамп в паспорте без таинства венчания был лишь формой сожительства. Партийная жрица «крылатого Эроса» Александра Коллонтай уверяла русских девушек, воспитанных в православном целомудрии, что секс вне брака – это так же просто, «как выпить стакан воды». В 1920 году пропаганда разврата ожидаемо завершилась легализацией детоубийства – абортов, а два года спустя большевики легализовали и содомию, тогда как законодательство Российской Империи за совершение каждого из этих грехов предусматривало уголовную ответственность. Ханаан торжествовал – на месте Третьего Рима воцарился разврат.
Последствия всероссийского блуда вместе с ярой антицерковной пропагандой привели к массовому распаду семей и катастрофическому падению рождаемости. Количество разводов, бывших до революции редкой трагедией, к 1927 году выросло до 2,7 на тысячу человек. Для спасения ситуации Сталин в 1933 году ввел уголовное наказание за мужеложство, приравняв его к «шпионской деятельности», три года спустя были запрещены и аборты. В литературе и кино началась пропаганда нравственной семейной жизни, любви и верности. Количество разводов к 1950 году сократилось почти в 7 раз – до 0,4 на 1000 жителей.
Однако с повышением уровня рождаемости советский агитпроп не справился. Социалистическая экономика нуждалась в массовой низкооплачиваемой рабочей силе, которой стали среди прочего десятки миллионов женщин, ранее занятых только домашним хозяйством. Русским хозяйкам начала XX века и в страшном сне не могло присниться, что их супружество и материнство будет объявлено «буржуазным пережитком», а их «светлое советское будущее» окажется тяжелой мужской работой. Именно к этому призывали девушек комсомольские агитаторы 1920-х годов в городе и коллективизаторы 1930-х годов в деревне. В то же время низкие заработки советских мужчин, за очень редким исключением, не позволяли содержать семью на одну отцовскую зарплату, что было нормой до революции. Из дома, от мужа и детей, на завод и в колхоз советских женщин гнала не только пропаганда, но и нужда. Обычным же жильем советской семьи была одна, в лучшем случае две комнаты, до конца 1960-х – чаще всего в коммуналке. В таких условиях было затруднительно растить больше одного или в крайнем случае двух детей.
Но бытовые условия сами по себе не стали бы помехой для продолжения рода – русские веками жили в однокомнатных избах, а детей рожали в банях. Фундаментальной проблемой стало лишение семейной жизни христианского содержания: люди утратили осознание того, что семья создается во исполнение Божией заповеди «плодитесь и размножайтесь» и что женщина, рожая в муках, спасает свою душу для обретения вечной жизни и Рая. Поэтому главным слагаемым демографической катастрофы было то, что народ лишили веры в Бога. Советская власть боролась с христианской жизнью как таковой: были отменены православные праздники, убран из календаря воскресный день, вместо крестин введены «октябрины», во время которых детям давали нарочито нехристианские имена, даже рождественская елка до 1934 года находилась под запретом.
Со времен безбожника Хрущева демографическая ситуация неуклонно ухудшалась. В 1955 году были вновь разрешены аборты, количество разводов с 1956 по 1965 год подскочило с 0,6 до 2,7 на 1000 человек. Перестройка усугубила этот рост драматически: в 1991 году разводом заканчивался каждый второй брак. В колониальные 1990-е, когда в России наступил разгул либерального разврата и порнографии, крепкие семьи стали исчезать как класс, число разводов выросло до 80 %, а рождаемость снизилась до 1,5 рождения на одну женщину.
Выход из кризиса наметился только тогда, когда 1 января 2007 года стартовала провозглашенная Владимиром Путиным программа «материнского капитала». Экономист Е. Яковлев отмечает: «Доля рождений вторых и третьих детей выросла почти в два раза… рождаемость начала расти летом 2007 года, спустя девять месяцев после анонсирования программы федерального материнского капитала, и второй раз – в 2012 году, когда стали действовать региональные материнские капиталы. Рождаемость в буквальном смысле скакнула на 10 % после введения федерального и на 5 % после введения региональных материнских капиталов… Именно реформа… привела к росту рождаемости, который в сумме (после введения федерального и региональных материнских капиталов) составил минимум 20–25 % за первые 10 лет реформы»3.
Однако начиная с 2018 года эффект «материнского капитала» начал буксовать: в 2020 году коэффициент рождаемости упал с 1,7 до 1,5, а количество разводов составило катастрофические 73 % (564 тысячи разводов на 771 тысячу свадеб). Причина этого в том, что одними материальными стимулами традиционную многодетную семью не вернешь.
В богатой Норвегии при феноменальной поддержке населения (ежемесячные выплаты матери до 100 % от зарплаты в течение нескольких лет с момента рождения ребенка, декретные отпуска для мужчин, наличие высокооплачиваемых работ с неполной занятостью, доступность бесплатных детских центров для детей в возрасте от одного года) коэффициент рождаемости на женщину равен 1,48. При этом по уровню ВВП на душу населения Норвегия в 2020 году занимала 4-е место (номинал) и 7-е место (ППС) в мире.
В богатых мусульманских Объединенных Арабских Эмиратах за последние 30 лет коэффициент рождаемости на одну женщину
