в основном традиционные блюда. Но это даже хорошо. Уверен, гости будут приятно удивлены тому, что в их любимом заведении появится хоть что-то новое.
— Ага, — усмехнулся пухляш. — К примеру, жареные козьи рёбрышки под название «То, что осталось»!
— Пф, — презрительно фыркнула Кохаку. — Ты серьёзно? Сам бы такое ел?
— Нет, — признался самому себе Сэдэо и сразу же поник.
— А у тебя есть какие-нибудь предложения, Кацу? — девушка перевела на меня взгляд, чуть прищурив глаза. — Ты ведь у нас гений.
— Я думал, что после двух гамбургеров и картошки-фри ты станешь добрее, — усмехнулся я, отчего та покраснела. Видимо, ей было стыдно, что кто-то заметил, как она заточила столько всего. — Но если честно, то пока не думал над этим. Однако мне кажется, что нам необходимо какое-то красивое и броское название. К примеру, «Плач императрицы».
— Почему именно плач? — уточнила Кохаку. — Мы будем пить солёную воду?
— Ты всегда всё понимаешь буквально? — хмыкнул я. — Нет, необязательно всё так утрировать. Можно, допустим, подать мясное блюдо с яркими каплями какого-нибудь соуса. Это и будет плач.
— Хм, — моя собеседница задумалась. — А что, звучит интересно.
— Ещё бы, — я расплылся в улыбке. — Моя же идея.
— Ой, всё, — отмахнулась от меня девушка, но теперь она смеялась. — Нашёлся тут умник. И без тебя же как-то справлялись.
Хотелось ей ответить, что-то вроде: «В том-то и дело, что как-то», но я решил прикусить язык. Нам ещё работать вместе, да и шутка на самом деле уж слишком эгоистичная. А нарциссизмом не страдал даже Дьявол. Ну-у-у… только если самую малость.
А дальше начался коллективный мозговой штурм. Ребятки оказались непростыми и вмиг уловили мою мысль, после чего стали набрасывать свои идеи. И их оказалось так много, что мне пришлось притормозить парочку, разведя руками, так как они дошли до столь жаркого спора, что готовы были наброситься друг на друга.
— Не спешите, друзья, — успокаивал их я. — Ещё успеете подраться.
— С кем⁈ — вновь презрительный фырк от Кохаку. — С ним, что ли? Да посмотри на этого борова, он даже задницу себе нормально подтереть не может.
— Фу, ну что за грубости, — скривился я. Не люблю, когда опускаются до столь откровенных сортирных оскорблений. То же самое и с юмором. Унижать и шутить нужно тонко. Так, чтобы твой оппонент не сразу понял, а когда до него дойдёт, ты уже начнёшь новую мысль, и он, по итогу, растеряется. — Давайте уже заканчивать. И так много придумали.
— И заметь, без тебя, — хмыкнула Кохаку.
— Да, да, я очень этому рад. — я закатил глаза, а потом взглянул на её напарника. — А ты что скажешь, Сэдэо?
— Ничего, — тот просто пожал плечами. — Вроде бы всё и так понятно.
— Уверен? — я хитро прищурился.
— А что не так? — сразу же заволновался парень, перебирая бумажки, на которых они записывали идеи. — Бред где-то?
— И это тоже, — кивнул я. — Но главная проблема в том, что вы написали слишком много.
— То есть? — не поняла Кохаку.
— Вот представь, насколько сильно надо обновить меню, чтобы всё это ввести в производство, — я ткнул пальцем в первую попавшуюся записку. — И это с учётом того, что надолго блюда в кафе не останутся. Нам нужна разовая акция.
— На один день что ли? — девушка непонимающе смотрела на меня.
— Вот только что посчитал тебя умной, а оказалось, что ты просто умело прикидывалась, — усмехнулся я. — Какая печаль.
— Эй⁈ — возмутилась Кохаку, пронзив меня суровым взглядом. — Забери слова назад!
— Ладно, ладно, не сердись ты так, — я вскинул руки, будто сдавался. — Я же пошутил.
— Но в каждой шутке… — начал было Сэдэо, но я с усмешкой посмотрел на него, мол, тебя это тоже касается, и парень умолк.
— Давайте так, — я первым поднялся из-за стола. — Отнесём это всё Рио, а там посмотрим, что он скажет.
* * *
Но стоило нам только открыть дверь зала собраний, как мы застыли с распахнутыми ртами. Точнее, мои спутники замерли в такой глупой позе. Я же сохранял хладнокровие. Лишь слегка улыбнулся.
— Однако, — только и произнёс я.
А дело в том, что мы застали весьма интересную картину. Рио, сидя на своём рабочем столе, целовал бывшую. Сэма Банко, если вы помните. Эта русоволосая стерва даже свою неизменную косу расплела, лишь бы быть более желанной. И должен отметить, у неё это получилось. Она и до этого казалась мне симпатичной, а теперь с таким жаром в глазах… эх.
Ну да ладно, на моей улице тоже праздники случаются.
— Что? — хмыкнул в ответ Рио.
Казалось, что наше внезапное появление его совсем не смутило. Чего нельзя сказать о его бывшей любовнице, которая отпрыгнула от партнёра сразу же, как только мы появились в дверном проёме. Стараясь убрать растрепавшиеся волосы, она водила по нам злобным взглядом. Не удивлюсь, если в тот момент она могла бы наброситься на нас.
— Так быстро управились? — Рио потерял к ней всякий интерес и подошёл к нам, протянув руку. Сэдэо передал ему наши заметки, при этом руки у парня почему-то дрожали. Босс тоже это заметил. — Эй? — он чуть повысил голос, привлекая к себе внимание. — В чём дело, Сэдэо? Никогда не видел поцелуев? Мы же кино снимаем. Ну, приди в себя!
После посмотрел на меня, и мы оба улыбнулись.
Что ж, хотя бы он на меня не злится. А вот Банко…
Я взглянул на свою коллегу и увидел, как она хмурит носик. После чего молча показала мне средний палец, заколола, наконец, волосы, и присела за наш стол.
То же самое сделали и мы.
— Итак, друзья мои, — пробормотал Рио, надев очки и вчитываясь в наши записи. — Бред… бред… бред. О, а вот это хорошо, — взглянул на нас поверх бумаг, и я понял, что он просто смеётся над нами. Но беззлобно, лишь из-за хорошего настроения. — Но тоже бред, — после чего всё отложил и снял очки. — Но вынужден признать, что вы всё-таки неплохо потрудились. Осталось узнать мнение той,
