Читаем без скачивания Итоги № 7 (2012) - Итоги Итоги

Осторожно, двери закрываются / Политика и экономика / Что почем

Осторожно, двери закрываются

/  Политика и экономика /  Что почем

30 тыс. руб. в среднем стоит одна входная дверь в вестибюль Московского метрополитена. Сегодня в 286 вестибюлях метро насчитывается примерно 5700 дверей. Треть из них, как заявил глава департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры Москвы Максим Ликсутов, в этом году поменяют. Правда, в пресс-службе департамента «Итогам» уточнили, что это «всего лишь предложение, проработка только ведется». Однако москвичам давно ясно, что со злополучными дверьми надо что-то делать. Открыть их пожилому человеку или ребенку порой просто не под силу. А в обществе защиты прав потребителей «Общественный контроль» навскидку вспомнили несколько случаев травмирования пассажиров. Последний серьезный инцидент произошел в ноябре на станции «Маяковская», когда тяжелая дверь (а некоторые старые двери весят 200 килограммов!) раздробила девушке палец.

Чиновники вняли недовольству граждан и решили ставить двери с системой задержки. Подобные уже устанавливают на новых станциях. Проходить через них — одно удовольствие: сантиметров за 30 до проема створка притормаживает и движется медленно до полного закрытия.

Если транспортникам одобрят предложение по замене трети всех дверей, что составит около 1900 штук, то на это уйдет примерно 57 миллионов рублей. Однако сами производители дверей удивлены такому порыву чиновников. По словам представителя ООО «Черкизовский завод Метростроя», проблема заключается даже не в тяжести дверей, а в том, что они плохо обслуживаются. «Если дверь отбивает назад, значит, не работает доводчик, который можно заменить или починить», — объяснили «Итогам» на заводе. При этом новый доводчик стоит 10 815 рублей. Значит, на ремонт могло бы уйти всего 20 с половиной миллионов рублей. Экономия почти на треть.

Купи кипу купонов / Политика и экономика / Что почем

Купи кипу купонов

/  Политика и экономика /  Что почем

419 процентов роста доходов показал купонный сервис Groupon в 2011 году. Вот это да! Но это первая — хорошая новость. Вторая — зафиксирован чистый убыток, да еще размером чуть ли не с четверть дохода. С чего, казалось бы, компании сидеть в финансовой дыре, если покупатели валом валят?

Действительно, сервис раскрученный, модный, армия поддерживающих его сейлеров растет день ото дня. Даже несмотря на то, что Groupon умудряется «нагибать» партнеров до 50-процентных скидок. Это не странно. Если ее 1,6 миллиарда долларов прошлогоднего дохода поделить на 250 тысяч партнерских компаний по всему миру, получится, что каждая из дружественных парикмахерских, автомоек, кафешек и косметических салонов отдает Groupon около 530 долларов в месяц — вполне себе лояльные расценки на привлечение посетителей к своим прилавкам.

Но этот прибыток падает в пропасть затрат на раскрутку бизнеса в 47 странах мира. И вместе с ним — первичные венчурные инвестиции. А также те 700 миллионов долларов, что были выручены на IPO осенью. «Руководство компании пока не ставит прибыль во главу угла, — комментирует Анна Мишутина, аналитик ИХ «ФИНАМ». — На данном этапе Groupon стремится нарастить максимально возможную базу поставщиков и покупателей». Интересно, где же тот максимум, после которого компания сбавит накал агрессии в завоевании рынков? Теоретически это момент, когда компания станет № 1 на ключевых международных рынках. «Тогда ей не только будет достаточно просто привлекать лучших торговых партнеров, но и добиваться от них эксклюзивных условий — запрета на сделки с другими купонными площадками», — поясняет Андрей Куликов, инвестиционный аналитик Fast Lane Ventures. Вот тогда Groupon точно успокоится и перестанет вливать деньги в маркетинг и команды промоутеров, целиком положившись на коммуникационную платформу веб-сервисов — ее ведь практически не нужно модернизировать с ростом клиентской базы. Вот только деньги могут кончиться гораздо раньше.

Утилизация конкурентов / Политика и экономика / Что почем

Утилизация конкурентов

/  Политика и экономика /  Что почем

25 процентов — такой станет таможенная пошлина на ввоз подержанных иномарок после окончательного вступления России в ВТО. Пока этот сбор составляет 35 процентов. Опасаясь, что россияне вместо новых отечественных машин снова кинутся покупать ввезенные из-за границы «бэушки», Минпромторг придумал способ сохранить статус-кво. Одно из предложений министерства заключается в том, чтобы вместо таможенных пошлин обложить автомобили дополнительным сбором — утилизационным. Поскольку машину когда-нибудь придется утилизировать, а делать это нужно по всем правилам, без вреда для окружающей среды, то пусть за это платит владелец еще при покупке авто.

Новый сбор планируется распространить на все машины, вводимые в эксплуатацию на территории России, но для подержанных он будет выше. Точные цифры пока никто не называет. Ранее в Минпромторге заявляли, что уничтожение одной легковушки обходится в 3000 рублей. Однако сразу в нескольких утилизационных пунктах Москвы «Итогам» предложили забрать автомобиль бесплатно, с доставкой за счет фирмы (и даже без полного комплекта документов!), поскольку продажа лома черных и цветных металлов делает этот бизнес самоокупаемым. Значит, «погребальная» наценка будет минимальной? Вряд ли. Сейчас за растаможку, скажем, четырехлетнего Volkswagen Golf 1.6 юрлицо, то есть автосалон, платит 190 тысяч рублей. После вступления в ВТО эта сумма снизится до 154 тысяч. При итоговой стоимости машины в России менее 500 тысяч рублей разница в 36 тысяч окажется существенной. Следовательно, для поддержки отечественных заводов для иномарок второй свежести придется установить куда более высокий сбор за утилизацию, нежели три тысячи рублей. Остается вопрос: если превращение машины в металлолом обходится в сущие копейки, куда идет разница?

Божья помощь / Политика и экономика / Те, которые...

Божья помощь

/  Политика и экономика /  Те, которые...

Не в силе Бог, а в правде. Но когда кесарь объединяет усилия с божьими людьми, этот альянс воистину непобедим. Образец такого союза был продемонстрирован на прошлой неделе в Свято-Даниловом монастыре на встрече Владимира Путина с представителями религиозных конфессий. В единении духовного и административного обнаружился лишь один диссонанс: царство небесное — вещь непреходящая, а срок земных полномочий премьера вот-вот истечет. Впрочем, как сразу же уточнил во вступительном слове хозяин мероприятия, патриарх Кирилл, священство встречается с Путиным «в первую очередь как с кандидатом на пост президента, который имеет наибольшие шансы реализовать это кандидатство в реальную должность».

Объяснению того, отчего эти шансы так высоки, собственно, и была посвящена беседа. Высокую планку дискуссии, с каждым новым выступлением все более напоминавшей экуменический молебен за здравие высокого гостя, задал предстоятель РПЦ. Допутинский период постсоветской истории патриарх сравнил со «Смутой XVII века, с наполеоновским нашествием, с гитлеровской агрессией и с Гражданской войной». Ну а потом случилось «чудо Божье при активном участии руководства страны». Последняя формулировка — лучшая отповедь тем, кто считает, что Святейший и его коллеги по цеху занимаются неприкрытой политической агитацией. Мол, Богу — Богово, кесарю — кесарево. Ведь ясно сказано: речь идет не о политике, а о чуде.

Находятся, правда, и такие граждане, которые подвергают сомнению божественную миссию кандидата в президенты. Но с ними, уверены выступавшие, их пастве не по пути.

Иудеям, к примеру, не пристало участвовать в оппозиционных митингах уже хотя бы потому, что они проходят по субботам. «Не еврейское дело», — заключил главный раввин России Берл Лазар. И уж, конечно, не мусульманское. Единственное, в чем мог упрекнуть руководство страны глава Координационного центра мусульман Северного Кавказа Исмаил Бердиев, — это чрезмерная мягкость по отношению к «крикливому меньшинству».

В многоконфессиональном хоре, поющем осанну кесарю, не хватает, пожалуй, лишь язычников. Но этот факт нельзя назвать странным — слишком узок круг идолопоклонников и слишком далеки они от ветхозаветных канонов. Хотя в последнее время дистанция явно сократилась. Заповедь «Не сотвори себе кумира» явно перестала быть догмой и по эту сторону границы, разделяющий моно- и политеизм.