Читаем без скачивания Карим. Против воли (СИ) - Бонд Юлия

— Я отвезу тебя домой. Поехали, — Карим потянулся рукой к галстуку и ослабил его узел.

— Я не хочу домой, — возразила девушка, отступая назад. — Если Арс увидит меня в таком состоянии, то три шкуры сдерет.

А ведь Зарецкая была права. Его друг мог действительно съесть с потрохами свою сестру за вусмерть пьяное состояние. Это сейчас она ещё стоит на ногах и более-менее связно говорит, но сколько же Зарецкая выпила и когда алкоголь достигнет своего апогея? Оставаться в ресторане тоже не вариант. В любую минуту её может увидеть брат. Да, пока он занят и ведёт переговоры с важными людьми в отдельной кабинке, но рано или поздно Арсений выйдет к гостям.

Решение пришло само. Карим даже не сомневался и секунды. Он отвезёт девушку к себе домой, а потом что-то придумает для её брата. Да если уж так получится, скажет, что у них с Любой отношения, а там будь, что будет.

***

Голова кружилась и кружилась, а к горлу подступал тошнотворный ком. Я трижды успела прочистить свой желудок, но спазмы не прекращались. Карим пытался влить в меня воду и принять прохладный душ, но я сопротивлялась. Желудок не воспринимал больше ничего. Стоило сделать один глоток, как всё возвращалось снова.

Так и застал меня за этой картиной друг брата. Я сидела на коленках напротив унитаза, когда к моей голове прикоснулись чужие руки. Он держал мои волосы на затылке, пока я извергалась, как вулкан, а потом… Потом был душ. Я уже не сопротивлялась. В тот момент мне было абсолютно всё равно. Любимый парень бросил меня, да и не просто бросил, а ушёл к другой. Сказал, что я никакая: ни рыба, ни мясо. Больно? Чертовски. На этот раз я влюбилась. Сильно, до одури. Но меня бросили, выкинули, как отработанный материал или ненужный хлам. Никогда мне не везло с мужчинами. Меня постоянно бросали, снова и снова. Проклятая, что ли? Наверное, да, иначе я отказываюсь понимать, что со мной ни так.

Карим закрыл кабинку душа и ушёл, оставив меня в одиночестве. Хотя, если бы он остался и решил лично проконтролировать, как я пытаюсь трезветь, мне бы было уже всё равно. В душе кипела такая лава, что затушить её пожар было невозможно.

Закончив принимать душ, я вышла из кабинки и обмоталась большим банным полотенцем. Сунув босые ноги в гостевые тапки, которые мне так заботливо заранее приготовил Карим, я потопала к выходу из ванной комнаты. Голова продолжала кружиться. Таких вертолётов я ещё ни разу не встречала в своей жизни. Возможно, я бы совершила посадку и растеклась лужицей на дорогом паркете в гостиной, но вдруг откуда не возьмись появился он.

Его руки обвили мою талию подобно плющу и оторвали тело от пола. Я зарылась лицом в вырезе мужской рубашки и прикрыла глаза, не имея сил даже возмутиться. Он нёс меня на руках и что-то шептал на ухо. Его голос баюкал моё сознание похлеще чем детская колыбельная. Я засыпала в его объятиях, не думая ни о чём.

— Маленькая девочка. Моя маленькая…

То ли это говорил Карим, то ли это мне уже снилось. Я просто растворилась в пространстве стоило моей голове коснуться мягкой подушки.

Глава 4

Карим сходил с ума. Смотрел на спящую девушку и не мог оторвать глаз. Она так близко, совсем рядом, даже можно услышать размеренный стук сердца и ощутить запах её кожи. И почему, почему среди всей вереницы женщин его угораздило влюбиться именно в эту малолетку? Красивая? Да. Фигуристая? Да. Но сколько таких экземпляров, просто пруд пруди. Да они сами вешаются на Карима, ему даже и пальцем не нужно манить, а Зарецкая… Она другая, чистый весенний цветок среди всего этого гербария. Бескорыстная, наивная, добрая душой и сердцем. Таких больше нет, в этом Карим убедился на собственном опыте.

Девушка шелохнулась и повернулась на другой бок, ложась к нему спиной. У Карима аж дыхание сперло, когда с хрупкого плеча сползла простынь и оголила женские лопатки. Чёрт… Это всего лишь женские лопатки! Что он раньше их не видел, что ли?! В голову ударил градус, а внизу живота пробежала знакомая волна. Карим даже кулаки сжал и попытался отвлечься на что-нибудь другое, но не смог. Он, как та статуя, врос в кровать и не двигался. Смотрел на Зарецкую, боясь глубоко дышать, чтобы не разбудить.

Сколько он так сидел? Значения не имело. Плевать, что ушёл с праздника. Плевать, что оставил больше сотни гостей, которые, между прочим, пришли на его день рождения. Ничего не имело значения. Он мог бы сидеть рядом с ней целую вечность и не дышать, да только это что-то меняло? Нет. С каждой минутой становилось только хуже. Внутри просыпались "демоны" и требовали совсем иного. И зачем, зачем она всё время крутится на его постели и скидывает с себя простынь? Карим старался не смотреть на обнажённую грудь и живот, когда поправлял ту самую простынь, но не получалось. Его взгляд постоянно опускался на округлые полушария и задерживался на темно-розовых сосках. Острые горошины так и манили. Карим даже стукнул себя по лбу, а затем провел ладонью по короткой щетине на лице, лишь бы отлепить взгляд от Зарецкой. Но ни черта не сработало. В чреслах сдавило, а в области ширинки неприлично натянулась брючная ткань. Ему нужна разрядка и прямо сейчас, иначе он за себя не ручается.

Он вышел из комнаты, едва не на цыпочках. Тихо закрыл за собой дверь и спустился по лестнице на первый этаж. Уже в гостиной лоб в лоб столкнулся с охранником, на свою удачу. Передал ему ключи от машины и попросил отвезти в одно место. Карим плюхнулся на заднее сиденье Ауди и устало прикрыл глаза. Чёрт… Лучше не закрывать, ведь перед глазами только она. Образ Зарецкой никак не выходил из его головы. Ну зачем, зачем он отвёз пьяную девушку к себе домой? Хотел помочь? А получилось?! Этого Карим не знал. Возможно, завтра явится Арс и разнесёт его коттедж в пух и прах за подобное благородство, но это будет завтра, а пока… Он едет в северном направлении, на самую окраину столицы.

Автомобиль остановился возле одной многоэтажки. Карим набрал три цифры на домофоне и после третьего гудка на металлической двери лязгнул замок. Пока ехал в лифте, всё время думал об одном и том же. В этом месте он в последний раз. Больше не придёт.

Он тихо постучал по гладкому дереву и даже не успел посчитать до десяти, как отворилась дверь и на пороге показался женский силуэт. Роскошная шатенка возраста Зарецкой приветливо улыбнулась Кариму и, недолго думая, обвила его шею руками.

— Ты не говорил, что придёшь, — замурлыкал тонкий голос прямо над ухом Карима.

— Я могу уйти, — сухо протянул и отпрянул в сторону, снимая со своих плеч женские запястья.

— Нет, нет. Я не это хотела сказать. На самом дела, я по тебе скучала, Карим…

Девушка обиделась и даже театрально поджала губы, но Карим не обратил на этот жест никакого внимания. Он просто прошёл в спальню, расстегнул пряжку на ремне, а затем — молнию на ширинке. Спустил брюки вместе с боксерами и принялся ждать, пока девушка отработает свои деньги. К Светке он приходил регулярно. Два раза по будням и иногда — по выходным. Сегодняшний случай был не по плану и это, мягко говоря, приятно удивило Светку. Она-то давно себе строила воздушные замки. Видный и солидный мужчина оплачивает аренду квартиры, деньги даёт регулярно. Да она даже успела немного подсобрать этих денег и сделать себе губы и грудь, чтобы больше нравиться Кариму. Оценил? И слова не сказал. Наверное, если бы Светка вышла к нему в противогазе, тогда бы он только заметил, что с ней что-то не так.

— Соси, — рыкнул грудной голос, когда Светка увязла в своих фантазиях.

Девушка опустилась перед Каримом на колени. Пробежалась пальчиками от колена и до внутренней стороны бедра. Очертила контур мошонки, слегка подула на неё, а затем пару раз погладила язычком. Поняв, что движется в правильном направлении, Светка сжала крепкий ствол одной рукой и, широко открыв рот, обхватила губами головку члена.

Карим тихо вздохнул, закатывая глаза вверх. Потянулся рукой к женской голове и, ухватившись за затылок, ещё сильнее погрузил свой член в рот Светки. У Светки чуть глаза на лоб не полезли от такого горлового минета. Рвотные спазмы подкатывали всё больше и больше, и Светка была готова поклясться, что раньше Карим был с ней куда нежнее, но сегодня, сейчас, в этого мужика будто сам Дьявол вселился. Он вбивался ей в рот мощными толчками и тянул за волосы, наматывая их на кулак.