Сѣверо-западномъ проходѣ… Ну, что-жъ, возвращались люди и оттуда.
– Не всегда,– отвѣтилъ Джонсонъ; изъ этого однако не слѣдуетъ, чтобы туда нельзя было ѣздить.
– Къ тому-жъ – началъ опять Шандонъ,– если мы не ошибаемся въ нашихъ предположеніяхъ, то нельзя не согласиться, что настоящее путешествіе предпринимается при благопріятныхъ условіяхъ. Forward судно доброе и при помощи своей машины можетъ уйти далеко. Восемнадцать человѣкъ экипажа – больше намъ и не надо.
– Восемнадцать человѣкъ,– сказалъ Джонсонъ,– столько именно было на кораблѣ американца Кэна, когда онъ предпринялъ свою знаменитую экспедицію въ сѣверному полюсу.
– A все-же странно, что отыскивается еще человѣкъ, рѣшающійся пройти изъ Дэвисова пролива въ Берниговъ! Экспедиціи, отправлявшіяся отыскивать адмирала Франклина, обошлись Англіи болѣе 760,000 фунтовъ стерлинговъ[7], а между тѣмъ ни въ какому практическому результату онѣ не привели. И какой дьяволъ рѣшается еще разъ рискнуть своимъ состояніемъ для такого дѣла?
– Прежде всего, Джемсъ, отвѣтилъ Шандонъ,– это только предположеніе, но куда отправимся мы,– въ сѣверныя или южныя моря,– этого я не знаю. Быть можетъ, дѣло идетъ о новыхъ открытіяхъ. Наконецъ, на дняхъ долженъ явиться къ намъ нѣкто докторъ Клоубонни, которому таинственное предпріятіе извѣстно лучше нашего; я полагаю, что онъ дастъ намъ необходимыя разъясненія. Подождемъ – увидимъ.
– Ну, ладно, подождемъ, сказалъ Джонсонъ. A я, между тѣмъ, постараюсь подыскать надежныхъ ребятъ. Что-же касается до ихъ животной теплоты, какъ говоритъ капитанъ, то за это я ручаюсь вамъ напередъ. Въ этомъ отношеніи вы можете положиться на меня и быть совершенно покойны.
Джонсонъ былъ неоцѣненный человѣкъ. Онъ освоился съ плаваніемъ въ высокихъ широтахъ, находясь въ качествѣ боцмана на кораблѣ Phenix, входившемъ не разъ въ составъ экспедицій, отправлявшихся отыскивать Франклина. Отважный морякъ былъ свидѣтелемъ смерти французскаго лейтенанта Бэлло, сопровождая послѣдняго во время его экскурсіи среди льдовъ. Джонсону былъ извѣстенъ личный составъ моряковъ въ Ливерпулѣ и онъ немедленно приступилъ къ вербовкѣ экипажа.
Шандонъ, Уэлль и Джонсонъ дѣйствовали такъ успѣшно, что въ первыхъ числахъ декабря экипажъ былъ въ полномъ составѣ. Дѣло не обошлось однакожъ безъ труда; многихъ соблазняла высокая плата, но, вмѣстѣ съ тѣмъ, страшила будущность экспедиціи; иной матросъ, смѣло принявъ предложеніе, черезъ нѣсколько времени бралъ свое слово назадъ и возвращалъ задатокъ, такъ какъ друзья не совѣтовали ему принимать участіе въ таинственной экспедиціи. Но всѣ они старались проникнуть тайну и надоѣдали разспросами Шандону, который спроваживалъ ихъ къ Джонсону.
– Но что-же я могу сказать тебѣ, другъ мой? – неизмѣнно отвѣчалъ Джонсонъ. Я знаю не больше твоего. Во всякомъ случаѣ, ты будешь въ хорошемъ обществѣ, съ лихими, на робкаго десятка, товарищами, а это что нибудь да значитъ. Слѣдовательно, раскидывать тутъ умомъ долго нечего: согласенъ или несогласенъ?
И большая часть матросовъ соглашалась.
– Пойми-же, наконецъ,– добавлялъ иногда шкиперъ,– что я нисколько не затрудняюсь на счетъ выбора. Высокая плата, какой никто не запомнитъ изъ моряковъ, и увѣренность по возвращеніи получить кругленькій капиталецъ – штука, братецъ ты ной, лакомая.
– Что и говорить: больно лакомая! – говорили матросы. Къ тому-же, если вернешься цѣлъ и невредимъ – обезпеченъ и всю жизнь, а это штука важная!
– Не скрою отъ тебя,– продолжалъ Джонсонъ,– что кампанія продолжительная, трудная и опасная. Это формально выражено въ нашихъ инструкціяхъ. Необходимо, поэтому знать, за что берешься. По всѣмъ вѣроятіямъ, придется дѣлать все человѣчески-возможное, но, быть можетъ, и того больше. Значитъ, если ты не изъ храбрыхъ и характеръ у тебя не выносливый, если въ тебѣ не сидитъ самъ сатана, и ты порою говоришь себѣ, что на одинъ шагъ успѣха у тебя имѣется двадцать шансовъ погибнуть, словомъ, если тебѣ пріятнѣе оставить свою шкуру въ этомъ, а не въ другомъ мѣстѣ, здѣсь, а не тамъ, то поворачивай оглобли и дай мѣсто молодцамъ. посмѣлѣе тебя.
– Но,– говорилъ прижатый къ стѣнѣ матросъ,– по меньшей мѣрѣ, вы знаете капитана?
– Капитанъ – это Ричардъ Шандонъ до поры, до времени.
Слѣдуетъ замѣтить, что такъ думалъ и самъ Шандонъ; онъ легко поддавался мысли, что въ послѣднюю минуту получатся точныя инструкціи на счетъ цѣли путешествія и что онъ останется капитаномъ брига. Онъ даже высказывалъ такое мнѣніе въ бесѣдѣ съ офицерами или съ матросами, слѣдя за работами на бригѣ, ребра котораго торчали на бирвенгедской верфи, подобно ребрамъ лежащаго на спинѣ кита.
Шандонъ и Джонсонъ строго сообразовались съ полученными инструкціями относительно выбора матросовъ. Видъ у послѣднихъ былъ вполнѣ удовлетворительный и они обладали элементами животной теплоты въ количествѣ достаточномъ для приведенія въ движеніе машины брига Forward'а. Ихъ упругіе члены, бѣлыя, румяныя лица давали имъ полную возможность противустоять сильной стужѣ. То были увѣренные въ себѣ, энергическіе, рѣшительные и крѣпкаго сложенія люди. Однакожъ, не всѣ они обладали равными силами; Шандонъ даже не рѣшался принять нѣкоторыхъ изъ нихъ, напримѣръ, матросовъ Гриппера, Гарри и гарпунщика Симпсона, показавшихся ему нѣсколько худощавыми. Но такъ какъ они были люди здороваго тѣлосложенія и смѣлые, то въ концѣ концовъ, дѣло уладилось и они были приняты.
Всѣ матросы принадлежали въ одной и той-же сектѣ. протестанской религіи,– обстоятельство достойное замѣчанія. Общая молитва и чтеніе библіи служатъ лучшимъ средствомъ поддержать и укрѣпить упавшій духъ въ минуту несчастія, а потому весьма важно было, чтобы между матросами – характеры и темпераменты которыхъ различались между собою очень рѣзко,– не возникли-бы впослѣдствіи препирательства по какимъ либо религіознымъ вопросамъ. Шандонъ по опыту зналъ пользу совмѣстныхъ религіозныхъ упражненій и ихъ вліяніе на нравственную сторону матросовъ; общая молитва и чтеніе священнаго писанія – обычное явленіе на корабляхъ, зимующихъ въ полярныхъ странахъ.
Покончивъ съ вербовкою экипажа, Шандонъ, Джонсонъ и Уэлль занялись заготовкою съѣстныхъ припасовъ, строго придерживаясь инструкцій капитана, инструкцій точныхъ, ясныхъ, подробныхъ, опредѣлявшихъ какъ число, такъ и количество малѣйшихъ предметовъ пищеваго довольствія. Благодаря ордерамъ, которые имѣлъ Шандонъ, все оплачивалось чистоганомъ, съ надбавкою восьми процентовъ, тщательно относимыхъ Шандономъ за счетъ К. Z.
Въ январѣ 1860 года, все было въ полной готовности: экипажъ, провіантъ и грузъ. Бригъ, со своей стороны, принималъ опредѣленную форму. Шандонъ каждый день бывалъ въ Биркенгедѣ.
23 января, утромъ, по своему обыкновенію, Шандонъ находился на палубѣ одной изъ тѣхъ широкихъ паровыхъ лодокъ, которыя имѣютъ по рулю на каждой изъ своихъ оконечностей и безпрестанно совершаютъ рейсы между обоими берегами Мерсея. Въ воздухѣ стоялъ обычный туманъ, заставлявшій прѣсноводныхъ моряковъ прибѣгать къ помощи компаса, не смотря на то, что каждый рейсъ длился не болѣе десяти минутъ.
Какъ ни густъ былъ, однакожъ, туманъ, онъ не помѣшалъ Шандону замѣтить какого-то невысокаго роста, но довольно толстаго человѣка, съ интеллигентнымъ, веселимъ лицомъ и ласковыми глазами. Человѣкъ этотъ подошелъ въ Шандону,
